Могущество на краю империи (СИ)

Лука Каримов уже знал о моих секретах.
Я показал ему гончую и объяснил, что в кофрах. Предупредил, что мы злостно нарушаем Закон Меча, ибо в случае опасности я достану штурмовой автомат и начну расстреливать всех, кто встанет на нашем пути. Каббалист охренел от таких откровений, но никуда не слился. Кремень.
Визит Маро не вписывался в мои планы.
— А так… — я поправил издающую характерные звуки сумку и с невинным видом повернулся в сторону лестницы. — Покатаемся, чайку попьём.
  
— Вы к чайку выпечку набрали? — вкрадчиво поинтересовалась бессмертная.
Я заметил, что у Маро при себе меч.
А ещё девушка, судя по всему, вынесла мозг Михалычу, потому что заявилась в мимикрирующем комбинезоне. Я сейчас видел только её голову. Значит, ещё и перчатки сумела раздобыть. Правильного образца.
— Ну, там… всякое, — уклончиво ответил Лука.
Маро бросила взгляд на лениво перебирающую щупальцами Хорвен.
— Всякое, — мечница остановилась рядом с нами. — Сынок, я тебя знаю много лет. И когда ты пытаешься что-то скрыть… у тебя всегда одинаковый тон, вот эти вот пальцы, которые теребят куртку, и взгляд отведён. Ты всегда себя выдаёшь.
Каббалист смутился.
Взрослый мужик, но мать у него жёсткая.
И очень наблюдательная.
— У нас рейд, — не стал отрицать я.
— В Монголию? — поинтересовалась Маро.
Скрывать что-то я не планировал. Тем более, бессмертная теперь принадлежит к моему Роду. И да, мечница неоднократно доказывала, что на неё можно положиться.
— Есть такое, — хмыкнул я.
— Ма, не переживай, — вмешался Добрый Эх. — Мы хорошо вооружены.
Госпожа Кобалия с улыбкой посмотрела на сына:
— Мы?
— Сергей, — поправился каббалист. — И с нами Хорвен.
— Я отправляюсь тоже, — уверенно заявила Маро.
Чего-то подобного я и ожидал.
— Маро, ты ведь боец. Не шпион. Не убийца. И вряд ли тебе понравятся мои методы.
Бессмертная перевела взгляд с сына на меня.
Материнская улыбка сменилась совершенно новым выражением. Азарт, предвкушение… любопытство? Маро была заинтригована.
— Сергей, я понимаю, что ты не дашь моему сыну умереть. Но я — его мать. И твой телохранитель. Тебе не кажется, что пора меня вводить в курс твоих дел и почаще задействовать в операциях?
— Хм. Обычно я планирую… сильно заранее.
— Так внеси поправки. Уверена, лишнее место в автоморфе найдётся.
Мы с Лукой переглянулись.
— Ладно, — сдался я. — Почему бы и нет?
Байт Мусаев держался в стороне и не участвовал в разговоре. Идеальный исполнитель. Не обсуждает приказы и выполняет любые поручения.
По моей просьбе несколько часов назад Бродяга передал автоморфу Каримова немного протоматерии. Что позволило сегодня увеличить объём багажника и выкроить больше места в салоне. Как знал, что появится ещё один пассажир.
— В курс введёшь? — в глазах Маро появилась хитринка. — Или попросишь не путаться под ногами?
— Отчего ж не ввести, — я задумчиво почесал подбородок. — Сейчас попрошу Олю слепки тебе перебросить. Весь монгольский набор. У нас ещё времени хватает.
— А чего мы ждём, кстати? — поинтересовался Лука.
— Ночи, — коротко ответил я. — Хочу, чтобы в Монголии было темно.
Связавшись с Ольгой, я отдал распоряжение организовать трансляцию.
Маро забралась в салон, устроилось поудобнее в одном из кресел и закрыла глаза. Её появление вынудило меня скорректировать тактику, но я понимал, что лишний меч не повредит. Да ещё такой меч. Хорошо мотивированный. Я понимал, что мать хочет собственноручно обеспечить безопасность своему единственному сыну. Но было и ещё что-то. На краткий миг у меня возникло ощущение, что бессмертная решила войти в мою жизнь. Принимать в моих операциях более активное участие.
Автоморф принял облик бронированного вездехода с отъезжающими на доводчиках дверцами. В салон надо было подниматься по крохотной лесенке, всего на две ступеньки. Корпус был выкрашен в «Полынь» — степной камуфляж с уклоном в сухой, жёлто-коричневый оттенок. Имелась и передовая разработка от Михалыча — те же каббалистические цепочки, что легли в основу модных комбинезонов. С той лишь разницей, что напитать геометрические линии можно было из салона, приложив палец к специальному уловителю. И да, простенький тумблер позволял отключать режим мимикрии. На минуточку, безо всяких там иллюзионов, которые можно блокировать стационарными излучателями. Таким образом, мы могли перемещаться в двух режимах — обычном и экономном, с мизерным расходом ки.
В специальный бак под крышей мы закачали питьевую воду с запасом на три дня. Излишняя предосторожность, ведь к нашим услугам были все измерения… Но раз уж я параноик, репутацию надо поддерживать. У нас ещё и сухпайки были предусмотрены. И топливо — на случай, если автоморф откажет, и придётся ехать по степи на обычном моторе.
Мимикрия прошла испытание на «ура».
Броневик, созданный Добрым Эхом, растворился в бетонном нутре гаража, фактически слившись с квадратными колоннами, серым полом и полосатой створкой ворот. Я нарезал вокруг артефакта круги, но маскировка держалась отменно. Никаких запаздываний, сдвигов, адаптационных подёргиваний. Красота!
Я ещё раз перепроверил оружие и закрыл багажник.
Маро продолжала спокойно сидеть с закрытыми глазами. Свою любимую катану она держала между ног, словно трость.
Из пустоты раздался голос Бродяги:
— Сергей, звонок с КПП.
— Что там ещё? — проворчал я.
— Охрана утверждает, что прибыли инквизиторы.
Умеют же, сволочи, подбирать момент.
— Кто именно прибыл? — уточняю я. — Дознатчики, каратели? С ордером или без? Штурмовать нас хоть не планируют, собаки?
Вместо ответа на ближайшей колонне сформировался телефонный аппарат. Модный, с кнопочками и определителем номера. И со стильным корпусом под полированное дерево.
Телефон начал звонить.
Раздражающее пиликанье эхом распространилось под сводами гаража.
Шагнув к аппарату, я снял трубку:
— Барон Иванов на проводе.
— Ваше благородие, — произнёс голос охранника. — Прибыли инквизиторы. Хотят поговорить с вами.
— Из консистории? — осторожно поинтересовался я. — Что у них там? Ордер на обыск? Или под стражу меня взять хотят?
Охранник замялся.
А потом удивил:
— Боюсь, ваше благородие, вы не угадали. У них непонятные нашивки, чёрные рясы и никаких ордеров. Это сто процентов не консистория. И не дознатчики. К нам никаких претензий. Просят об аудиенции.
— И всё? — что-то здесь нечисто.
— Да. Просят передать, что речь идёт о сотрудничестве.
— А что за нашивки у них?
— Не могу знать, ваше благородие, — виновато ответил дежурный. — Они похожи на карателей. Но каких-то… элитных. Даже не знаю, как сказать. Очень мощные ребята.
Меня пронзила внезапная догадка.
— Ладно, пропусти. Я сейчас их встречу.
Повесив трубку, я меньше всего ожидал следующего звонка. А он прозвучал. Как удар в спину. Я сегодня — популярная личность. Звезда.
— Бродяга, ты издеваешься?
— Подобный стиль поведения для меня недопустим.
— Я выразился фигурально. Кто там ещё?
— Артур Олегович Барский.
Обречённо вздохнув, я снял трубку.
— Сергей, ко мне приезжали Паладины, — в голосе эсбэшника чувствовалось напряжение. — Целый отряд. Их командировали, чтобы заняться монголами.
— Тогда они маленько промахнулись, — зло бросил я. — Географически.
— Не факт, друг мой. Это Паладины. С ними шутки плохи. Они проделали большую работу, побывали в Пекине и в Никополе. Не спрашивай, как они везде успевают. Думаю, там несколько групп. Возможно, прыгуны.
— Хотите сказать, они добрались до слепков?
— Да.
  
— И вы им сдали меня.
— А какие у меня оставались варианты? Я звоню, чтобы тебя предупредить. Они едут в Красную Поляну. Но не пори горячку, я тебя умоляю. Ты их не интересуешь, как… в общем, никаких обвинений. Насколько я понял, эти парни хотят попасть в Улан-Батор. Вероятно, вы сможете договориться.