Граф Аверин. Колдун Российской империи (СИ)

— Ты не совсем понимаешь. Ты будешь служить не хозяину. Ты будешь служить государству.
— Еще не хватало. Государство — это институт порабощения масс!
— Чего?! — не поверил своим ушам Аверин. — Ты что же, и правда анархиста когда-то съел?
Кузя смутился:
— Не ел!.. — он внезапно запнулся. — А почему это я сам не могу так считать?
Аверин сжал пальцами виски:
— Так. Вот скажи мне, ты же совсем не помнишь, что с тобой было до того, как ты оказался в Пустоши?
— Я родился в Пустоши. Точнее, появился. Мы не так рождаемся, как вы. Вы получаетесь из двух людей разного пола. А нас выбрасывает из огромных черных ям кучей слабеньких дивов, которых вы здесь называете «бесятами». Малыши тут же начинают бороться друг с другом. Если им не повезет, то всех сожрет нашедший яму сильный див, а если повезет — уцелевшие выбираются из ямы и прячутся среди льдин, дерутся и едят друг друга. Иногда из вашего мира в дыру выпадет какое-нибудь животное. Тогда мы съедаем попавшееся существо и начинаем менять форму. И становимся сильнее. И уже сами можем нападать на бесят и жрать их. Ну или на дивов, которых вы, колдуны, выбрасываете в Пустошь. Обычно такие дивы очень слабы и легкая добыча. А мы чуем, что поблизости открылась дыра. Кому-то везет, и он успевает ухватить выпавшего дива первым. Я обычно хватал и убегал. Если начинается свалка — все рвут и жрут друг друга.
Аверин нахмурился:
— Подожди. Так выходит, что тех дивов, которых я вызывал и отправлял обратно, тут же сжирали сородичи?
— Ну да. Вы же их не просто так вызывали, они выполняли работу и тратили силу. Нет, ну если вы меня выкинете, мне может повезти. Я сильный и сам всех сожру. Но у слабых дивов шансов никаких. А вы что, разве, не знали?
— Не то чтобы не знал… я как-то об этом не задумывался.
Кузя оскалился. На этот раз это была не улыбка.
— Так вы убивали десятки, сотни дивов и даже не думали об этом?
— Вообще-то, убивали их вы.
— Ну да, — согласился Кузя, — только у нас выбора нет. Это инстинкт Пустоши. А мы отчаянно хотим выжить.
— Да… я понимаю.
Аверин прикрыл глаза. Не слишком ли часто дивы стали читать ему нотации? Но следовало признать, что Кузя прав.
— Послушай, — открыв глаза, проговорил он, — а если перед отправкой обратно я буду давать им отдых? Это даст им шанс выжить?
— Если вы их еще и накормите — вообще отлично будет! — Кузя просиял.
— Хорошо. Так и буду поступать впредь.
— Что, правда?! Обалдеть вы колдун, так интересно наблюдать за вами! Не отдавайте меня никому, ладно?
Аверин вздохнул и посмотрел диву в глаза:
— Интересно тебе? Хорошо, я постараюсь что-нибудь придумать, Кузя. Очень сильно постараюсь. А сейчас надо идти спать. Завтра предстоит нелегкий день.
— Можно подумать, они до этого легкие были, — пробурчал Кузя.
Что брать с собой, когда идешь в гости к диву? Прежде такого опыта у Аверина не было, поэтому он понятия не имел, что принести в качестве подарка. В прошлый раз, собираясь с визитом в этот дом, он брал оружие. Сейчас он прихватил с полки пару книг, которые счел подходящими, и сдернул за хвост с лестничных перил катающегося на них Кузю.
— Что может понравиться диву?
— Еда, конечно, — не задумываясь ответил Кузя, обращаясь человеком. Он огляделся по сторонам и, видимо, не найдя ничего подходящего прикрылся занавеской. — А зачем вам?
— Я же сказал, что мы идем в гости. Причем идем как просители. Поэтому надо произвести хорошее впечатление.
— Куда это можно пойти в гости к диву? О! — его глаза округлились, когда не него дошло. — Мы идем к Анастасии? Здорово! Я надену свою новую рубашку… ой. Ей тоже нельзя говорить, да?
— Ты ведь и так ей не говорил. Или — говорил?
— Не-а, — замотал головой Кузя, — я никому не показывал человеческую форму. Только Сомову, один раз, — он хрюкнул.
— Почему? Ты же ей доверял?
— Ну… — замялся Кузя, — вдруг, узнав, что я человек, она не захотела бы мне помогать?
— То есть… она помогает слабым. И ты боялся, что если она поймет, что ты сильный, то не поможет? Но она и так чувствовала твою силу.
 
— Мы по-разному относимся к тем, у кого есть человеческая форма, и к тем, у кого ее нет.
— Интересно… — Аверин отметил для себя, что обязательно еще поговорит об этом. Но сейчас надо было торопиться. До прихода Маргариты нужно было успеть многое.
— Так что можно подарить Анастасии?
Кузя задумался.
— Вино, — сказал он, — она любит вино.
— Вино? — удивился Аверин. — Вы же не пьете алкоголь, вам от него плохо.
— Ага, — согласился Кузя, — но ей нравится его запах и вкус, она сама говорила. И я видел, что иногда она пьет по маленькому глоточку.
— А, отлично. Куплю хорошего вина. Давай, возвращайся в облик кота, и пойдем.
— Эх, — вздохнул Кузя, — рубашка… я в ней такой красивый.
— У меня есть золотой браслет с гербом рода Авериных. Хочешь, я тебе его на шею надену?
Кузя на миг задумался:
— Не. Он тяжелый, будет мне мешать. — И полностью исчез за занавеской.
 Глава 4 
Калитку в доме Перовых долго не открывали. Наконец она приоткрылась, и оттуда выглянул дворецкий. И тут же распахнул дверцу:
— А-а-а, это вы, ваше сиятельство! А я не узнал сразу. Машина у вас другая, очень приличная.
Вежливее дворецкий Артемий точно не стал, поэтому Аверин сделал вывод, что и всё остальное в этом доме вряд ли изменилось.
Он прошел по дорожке. На этот раз Анастасия вышла его встречать.
— Как продвигается дело? — спросил он.
— Если верить вашему адвокату, то проблем возникнуть не должно. Я даже не знаю, как вас благодарить.
— Благодарить стоит, когда всё благополучно завершится, — улыбнулся он.
Они прошли в дом. Там их встречал Алеша.
— Доб-о-е ут-о, Ге-мес А-а… — мальчик запнулся. Он попытался привстать с дивана, на котором сидел, но чуть не упал и с трудом вернул своему телу прежнее положение.
— Не старайся, спасибо, Алеша, тебе тоже доброго утра.
— Нет-нет, ему нужно учиться говорить сложные слова. Вы же сами сказали: если всё получится, он сможет поступить в Академию. Да, не в двенадцать, как обычные дети, а лет в четырнадцать, но сможет.
Аверин поднял подарочный бумажный пакет и достал оттуда книги.
— Вот, Алеша, это тебе, — он протянул мальчику подарок. — Эти книги написал мой отец. Я читал их в твоем возрасте. Сначала ты мало что поймешь, но потом они тебе очень помогут при поступлении.
— Спа-а-и-бо! — старательно проговорил Алеша и протянул за книгами здоровую руку. Аверин дал ему одну, а вторую положил рядом.
— А это тебе, Анастасия, — он достал бутылку с вином.
— Мне? — удивилась дива. — Как это… неожиданно. Не желаете кофе? Легкий завтрак?
— Кофе я уже пил. А от чая с какими-нибудь пышками или свежим хлебом не откажусь, я еще не завтракал. Если господин Артемий, конечно, сочтет меня достойным.
— Прошу, присаживайтесь, — она указала на кресло, — я сама всё принесу. Не судите строго Артемия: Синицыны, черти, не дают никакого покоя. Каждый день приходят под ворота, пишут гадости, пачкают, грозятся спалить дом и «перестрелять всех вместе с колдуном». Боюсь, они имеют в виду вас, ваше сиятельство, — она печально улыбнулась.
— Почему они преследуют вас? Меня, я еще понимаю. Они уверены, что я укрываю дива, убившего их сына. А ты тут при чем? И Алеша?
— Не знаю. Думаю, им просто нужно кого-то винить, а мы ближе всех. Я пока не хочу никуда обращаться — мое слово не имеет законного статуса. Но как только я его получу, я немедленно напишу на них жалобу, и Артемий передаст ее в суд. А если господин граф сунется сюда — я просто оторву ему голову.
Аверин улыбнулся. Он прекрасно понимал, что это не речевой оборот.
— Я сейчас принесу чай. — Анастасия поклонилась и, шурша длинной юбкой, вышла из гостиной.
Аверин посмотрел на мальчика. О чем с ним говорить, он не знал. Но и молчать было неловко. И тут его осенило: