Пси-ON. Книга V: Финал (СИ)

— Исполняю, Ваше Величество. В регионе резко возросла сейсмическая активность. В перспективе ожидается её распространение по всему земному шару, начиная с эпицентра: под ударом все литосферные плиты. Кроме того, объём поглощаемой объектом воды колоссален, уже зафиксированы локальные смещения водных масс. Если тенденция сохранится, мы ожидаем изменения подводных течений…
Докладчик сглотнул, продолжив.
  
— … Уже сейчас возникают серьёзные трудности с доставкой к аномалии воздушных и водных судов из-за множества экстремально сильных штормов и ураганов. Все воздушные и морские сообщения, особенно межконтинентальные, экстренно приостановлены. Помимо этого, лояльная аристократия под началом Великого Князя Дмитрия Оболенского выделила силы и принимает активное участие в закрытии границ и обеспечении достаточного уровня контроля над ними. В перспективе, к нам хлынет мощнейший поток беженцев в истории уже в течение нескольких суток…
— Выделите в помощь князю первую и вторую гвардейские группы. — Император принял решение незамедлительно. — За моим приказом. Границы необходимо укрепить и удержать любой ценой.
Того, что уже происходило внутри Отечества Алексею Второму было более чем достаточно. Прибавлять к этому десятки, сотни тысяч или даже миллионы беженцев ему не хотелось. Их было бы, где разместить в мирное время, и даже как использовать можно придумать, но вот назвать нынешнюю ситуацию подходящей для увеличения числа рабочей силы в стране у мужчины не поворачивался язык.
— Исполняю, Ваше Величество!
Отметив в своём сознании имя и фамилию ответственного за это сообщение подчинённого, Император вновь сконцентрировал всё внимание на экранах. Телепаты… он чувствовал, что ключ лежал именно в ментальных силах. Что те крупицы информации, собранные, порою, ценой жизни смельчаков, предпринимающих попытки «вслушаться» хотя бы в эхо пси-шторма, могли пролить на ситуацию свет.
Но лично в это лезть он не торопился, понимая, что некий шанс не стоит обезглавливания его Империи. Владимир не сможет быстро собрать нити управления, случись им выпасть из его рук, а значит гегемон окажется в очень уязвимом положении. И одно дело — если коллапс не остановить, и человечеству грозит неотвратимая гибель. И совсем другое — если аномалия схлопнется, и его государство окажется под ударом соседей, не торопящихся бросать все силы на изучение воронки.
«А чего они ждут все и так, я надеюсь, понимают» — промелькнула мысль в голове Императора перед тем, как всё его естество ощутило… что-то.
Это не походило на колоссальное искажение реальности, как в случае с моментом образования воронки. Но и обычным пси-воздействием нечто не являлось. И из присутствующих в помещении заметили это, насколько разогнавший скорость мышления Император мог судить, только по-настоящему способные псионы: высокого ранга или исключительного телепатического таланта. Все они разом напряглись, словно в ожидании удара.
А в следующую секунду пространство дрогнуло, и посреди зала всколыхнулась поглощающая свет точка.
Изящные потолки в ту же секунду вздрогнули, выпуская массивные бронеплиты, отсёкшие потенциальный источник угрозы от Императора и его приближённых. Псионы-телохранители окружили Алексея Второго барьерами и собственными телами, и даже некоторые операторы повскакивали со своих мест, озираясь и не понимая, что это за гнетущее ощущение, давящее и свербящее в самом мозгу.
— Ваше Величество, ход готов!
— Отставить. — Император гордо выпрямился, глядя в бронированную переборку и видя куда больше, чем окружающие. — Не стрелять. Опустить барьеры.
Не прошло и пары секунд, как прямо сквозь переборку просочилось нечто подрагивающее и чёрное, как сама ночь. Оно уже приобрело форму объёмного человеческого силуэта, и остановилось в нескольких метрах от Императора. Телохранителей и стражей дворца не обнадёжили слова Хозяина Трона. Поэтому они хоть и не демонстрировали агрессию слишком уж явно, но всё равно были готовы в любое мгновение пустить в ход всё, что имели: пули, холодную сталь и псионические силы. Ни у одного из людей тут не было даже малейшей крупицы уверенности в возможности победить, потому как чем дольше перед Императором стояло это нечто, тем чётче становилось осознание того, что оно контролирует всё вокруг.
И ярче всего это ощущали сильные псионы.
Такие, как Алексей Второй.
— Что ты такое? — Хозяин Трона действовал аккуратно, так, словно перед ним была живая ментальная бомба, готовая на любое телепатическое касание отозваться разрывающим разум на клочки взрывом. И потому он смог составить некоторое представление о незваном госте, но не установить с ним контакт.
В ментальном плане тот ничем не отличался от бетонной стены, но при этом создавал вокруг себя фон, присущий живым существам.
— Я? — Существо подняло руку, взглянув на неё, будто увидев в первый раз. И вместе с тем пространство вокруг пришло в движение: подле тьмы закружилась простая и понятная материя, подчинённая чужой воле. Кости, кровь и плоть, неясные жидкости и вкрапления появлялись из ниоткуда, в крошечном мясном вихре формируя человеческое тело.
Но это люди поняли лишь спустя десяток секунд, до этого момента успев всерьёз перепугаться, словно уже произошедшего для этого было мало.
Жуткая, противоестественная и невозможная картина, представшая перед ними, била по психике достаточно сильно, чтобы самый впечатлительный из присутствующих операторов кулем свалился на пол, потеряв сознание. А псион, не выдержавший и попытавшийся атаковать неизвестное существо, застыл недвижимым памятником самому себе, в то время как его псионическая манипуляция бессильно разбилась об абсолютный контроль реальности того, что предстало перед людьми.
И только Алексей Второй сохранил достаточное самообладание, чтобы, глядя в оформившееся лицо «неизвестного», прищуриться:
— Геслер…
— Нет. — Ответ был дан незамедлительно, едва аномалия сформировала вокруг тела Артура Геслера привычное Лжебогу облачение. — Я — не он.
Хозяин Трона невесело усмехнулся, качнув головой и опустившись в операторское кресло: он представлял себе возможности Лжебога, и понимал, что здесь и сейчас они могут хоть на атомы разложиться, но даже не поцарапают этого монстра.
— Правда ли? Тогда зачем ты принял его облик?
— Потому что я — это всё, что от него осталось. Я — последняя надежда человечества, Император. — Последним на лице Лжебога сформировался его шлем с пока что открытым забралом.
И только тогда схлынуло охватившее всех и вся кроме Алексея Второго оцепенение.
По всему помещению начали раздаваться шепотки. «Он вернулся», «это иллюзия», «мы спасены!» повторялись чаще всего. Люди обрели надежду, потому как в их глазах только Лжебог ассоциировался с невозможным.
Император ещё раз обвёл взглядом своих подчинённых, видя в лицах и мыслях страх, оцепенение, благоговение и, конечно же, надежду. Сам же Хозяин Трона чувствовал лишь пустоту, сиречь затишье перед бурей. Ему хотелось верить в то, что Лжебог спасёт положение, да только слова «того, что от него осталось» внушали определённые опасения.
— Ты остановишь аномалию? И откуда она вообще взялась? — Император спросил несмотря на то, что у него и так были определённые предположения на этот счёт. Основательные, подкреплённые фактами предположения.
— Всё успокоится само через двое суток, не больше. А взялась… — Не-Геслер ухмыльнулся, и от этого с души Алексея Второго словно камень свалился. Такая простая, но здесь и сейчас бесценная демонстрация человечности пришлась как нельзя кстати. — Он шагнул дальше, не видя других вариантов. И это — часть превращения.
  
— Это катастрофа планетарного масштаба. — Император нахмурился. От его взгляда не укрылось то, что и он сам перестал слышать своих людей, и они, судя по всему, перестали слышать его. Их рты открывались, они что-то обсуждали, а телохранители сновали вокруг, словно осматривая невидимую стену. — Миллионы уже погибли, и за последующие дни смертей станет ещё больше. На порядки больше.