Питер Пэн и Венди. Дети воды. Ветер в ивах

Он расхохотался, и на этот раз смех его звучал очень весело.
– Ага! Вот они и умрут!
Неряха слушал его с восторгом.
– Чудеснейший, коварнейший план! В жизни не слышал ничего лучше! – воскликнул он.
И они заплясали от радости и запели:
Держи, трави! Когда иду,
Трясутся все вокруг.
Простись с башкой, когда тебя
Погладит Джимми Крюк!
Но они так и не допели свою песню до конца: что-то зашуршало в траве, они умолкли и прислушались. Было так тихо, что, казалось, если бы с дерева упал листок, он заглушил бы этот шорох. Но вот он всё ближе и ближе, вот уже звучит совсем отчётливо.
Тик-так, тик-так, тик-так…
Крюк затрепетал.
– Крокодилица! – прошептал он и бросился бежать.
Боцман кинулся за ним.
Это действительно была Крокодилица. Она обогнала индейцев, которые теперь шли по следу остальных пиратов, и ползла дальше, за капитаном.
Мальчишки снова вылезли на лужайку, однако впереди их поджидала новая опасность: из лесу стремглав выбежал Задавака, а за ним – стая волков! Языки свисали у них из пасти, и от их воя кровь стыла в жилах.
– Спасите! Спасите! – закричал Задавака, падая на землю.
Что было делать?
Питер был бы очень доволен, если б узнал, что в час испытания мальчишки прежде всего подумали о нём.
– А что сделал бы Питер? – спросили они хором. – И тут же ответили: – Ну конечно, он сделал бы вот так!
Мальчишки разом нагнулись, просунули головы между ногами и грозно посмотрели на волков. Можешь не сомневаться, это самый лучший способ отпугнуть волков! Мгновение тянулось целую вечность, и всё же победа осталась за ними. Мальчишки двинулись вперёд, сохраняя всё ту же устрашающую позу, – волки поджали хвосты и убежали.
Задавака поднялся с земли. Его глаза всё ещё были широко раскрыты – от страха перед волками, подумали мальчишки. Но дело было не в волках!
– А я что видел! – воскликнул он.
Мальчишки окружили его.
– Удивительную вещь! Большую белую птицу! Она летит сюда!
– Какая это птица?
– Не знаю, – отвечал Задавака в ужасе. – Она, кажется, страшно устала и всё стонет на лету: «Бедная Венди!»
– «Бедная Венди»?
– Помню, помню, – тут же сказал Малыш. – Да, есть такие птицы, которые называются венди.
– Смотрите, вон она! – закричал Задира, указывая вверх.
Венди в эту минуту была у них прямо над головой, и они услышали её грустный крик. Но ещё отчётливее долетал до них пронзительный голос Динь-Динь. Ревнивая фея отбросила всякое притворство и, шныряя вокруг Венди, безжалостно щипала её со всех сторон.
– Здравствуй, Динь! – закричали удивлённые мальчишки.
В ответ она крикнула:
– Питер велел вам застрелить эту Венди!
Они привыкли подчиняться Питеру беспрекословно.
– Сейчас! – закричали простодушные мальчишки. – Где наши луки и стрелы?
И тут же бросились к деревьям. Один Шалун остался, потому что лук и стрелы были у него с собой. Динь это заметила и потёрла свои маленькие ручки.
– Давай, Шалун! – завопила она. – Вот Питер обрадуется!
Шалун радостно вставил в лук стрелу.
– Динь, посторонись! – крикнул он и выстрелил.
Венди упала на землю.
 
Глава шестая
 
Домик для Венди
 
Когда остальные мальчишки вылезли со своими луками из деревьев, глупый Шалун стоял с видом победителя над бездыханной Венди.
– Вы опоздали! – гордо сказал он. – Эту Венди убил я. Питер будет так мною доволен!
– Болван! – крикнула с дерева Динь и поспешила убраться восвояси.
Никто её не услышал. Мальчишки окружили Венди. Весь лес, казалось, замер. Если бы сердце у Венди билось, они бы его услышали.
Первым заговорил Малыш.
– Но ведь это совсем не птица, – прошептал он испуганно. – По-моему, это девочка…
  
– Девочка? – переспросил Шалун и задрожал.
– И мы её убили, – сказал Задавака хрипло.
Тут они все как один сняли шапки.
– Теперь понятно, – протянул Задира. – Питер достал нам девочку…
– …чтобы она о нас заботилась, – сказал Близнец. – А ты взял и застрелил её!
Конечно, мальчишкам было жаль Шалуна, но себя они жалели ещё больше, и, когда он шагнул к ним, они от него отвернулись.
Шалун страшно побледнел, но во всём облике его появилось достоинство, которого не было раньше.
– Да, я её убил, – сказал он задумчиво. – Никогда раньше я не видел ни одной девочки, разве только во сне, и тогда я говорил ей: «Мамочка! Мама!» Когда же наконец она к нам прилетела, я взял и убил её.
Он повернулся и побрёл прочь.
– Останься! – закричали, жалея его, мальчишки.
– Нет, – ответил он, содрогаясь. – Я так боюсь Питера.
И в эту тяжёлую минуту они услышали громкий петушиный крик. У мальчишек душа ушла в пятки: это был голос Питера. Он всегда таким криком извещал их о своём прибытии.
– Питер! – закричали мальчишки.
– Спрячем её, – зашептались они и торопливо окружили Венди.
Один Шалун остался в стороне. В воздухе снова прозвенел петушиный крик, и Питер опустился на землю.
– Здоро`во, ребята! – закричал он.
Они отдали ему честь, а затем опять наступила тишина. Питер нахмурился.
– Я вернулся, – сказал он в сердцах. – Что ж вы не кричите «ура»?
Они открыли рты, но не могли произнести ни звука. Впрочем, Питер так торопился сообщить им радостную весть, что не стал обращать на это внимание.
– Замечательные новости, ребята! – весело сказал он. – Я достал вам всем маму!
И снова никто не произнёс ни звука, только бедный Шалун упал на колени. Питер забеспокоился:
– Вы её не видели? Она летела сюда.
– О горе нам, горе! – закричал кто-то.
А другой добавил:
– О мрачный день!
Шалун поднялся.
– Питер, – сказал он спокойно. – Я покажу её тебе.
Никто не двинулся с места.
– Отойдите, Близнецы, – сказал Шалун. – Пусть Питер увидит.
Все расступились, и Питер увидел Венди; он смотрел на неё и думал, ибо не знал, что надо делать дальше.
– Она умерла, – сказал он в замешательстве. – Ей, верно, страшно, что она умерла.
А что, если взять да и ускакать, посмеиваясь, от неё на одной ножке далеко-далеко и никогда больше сюда не возвращаться. Как бы все обрадовались, если б он это сделал! И как весело поскакали бы за ним следом!
Но Питер взглянул на стрелу, которая попала Венди в сердце. Он вынул стрелу и повернулся к мальчикам.
– Чья? – спросил он сурово.
– Моя, – ответил Шалун, снова падая на колени.
– Злодейская рука! – воскликнул Питер, занося стрелу, словно это был кинжал.
Но Шалун не дрогнул. Он обнажил грудь.
– Пронзай меня, Питер! – сказал он твёрдо. – Пронзай меня в самое сердце!
Дважды заносил Питер руку, и дважды рука его падала.
– Не могу, – сказал он с ужасом. – Что-то останавливает мою руку.
Все в изумлении уставились на Питера – все, кроме Задаваки, который в эту минуту, к счастью, взглянул на Венди.
– Ой! – закричал он. – Это она, это девочка Венди тебя останавливает! Взгляните на её руку!
И правда, Венди – о чудо! – подняла руку. Задавака склонился над ней и почтительно прислушался.
– Кажется, она сказала «Бедный Шалун!», – прошептал Задавака.
– Она жива, – произнёс Питер кратко.
– Девочка Венди жива! – подхватил Малыш.
Питер опустился на колени и увидел висевшую у неё на цепочке пуговицу. Помнишь, он сам подарил её Венди?
– Видите? – сказал он. – Стрела ударила вот сюда и отскочила. Это мой подарок, называется «поцелуй». Он спас ей жизнь.
– Помню, помню, – тут же вмешался Малыш. – Дайте-ка мне посмотреть… Да, это самый настоящий поцелуй.
Но Питер его не слушал. Он просил Венди поскорее поправляться, чтобы он мог показать ей русалок. Венди, конечно, промолчала, она ещё не пришла в сознание, но что это за жалобный стон прозвучал вверху?