Королевы и монстры. Месть

Так, две вещи. Первое: он прав. Пусть он и постарше Слоан, но сорок два –  не пожилой.
Что более важно, обращение «подруга» –  теперь мой новый любимый кинк.
Расслабляюсь на заднем сиденье автомобиля и любуюсь великолепным профилем Паука. Через секунду он кидает на меня вопросительный взгляд.
– Извини, я просто пытаюсь представить, каково это –  ходить по улицам, когда ты так выглядишь.
  
– Как?
– Ну, знаешь…
Я машу рукой, указывая на его общую ослепительность:
–Вот так.
– Не понимаю, о чем ты.
Удивительно, но он, по всей видимости, говорит искренне. На его лице неподдельное недоумение. Но как такое возможно? Будь я так сногсшибательна, я бы точно это знала.
Как Слоан.
Тут мне приходит в голову, что Паук может быть не самым сообразительным парнем на свете. Следует прояснить для него ситуацию.
– Я просто хочу сказать, что ты очень привлекателен.
Мое тело почти цепенеет от шока, когда его щеки становятся пунцовыми. Он мямлит какие-то невразумительные возражения, поправляет галстук и смотрит перед собой в ветровое стекло, комично моргая. О. Он застенчивый! Роскошный, не обделенный природой и застенчивый! Мне хочется заползти ему на колени, но вместо этого я просто улыбаюсь.
– Наверное, ты пользуешься большой популярностью у дам, Паук.
Опять какое-то бормотание. Наконец он берет в себя руки настолько, чтобы мрачно ответить:
– У меня нет времени на отношения.
–Понимаю! На твоем месте я бы тоже была ходоком. Зачем складывать все печенья в одну банку, если можно раздать их каждому и осчастливить всех? –   смеюсь я в ответ.
– Что-то ты перегибаешь палку, –   ворчливо доносится с водительского сиденья.
– Да ладно, не злись. Это комплимент.
– Звучит непохоже.
–Ты бы предпочел, чтобы я назвала тебя невзрачным и отталкивающим? Ведь я буду только рада подкормить твое очаровательное заблуждение, что ты не потрясающе красив. Это очень мило.
Теперь у него покраснело все лицо. Он зарделся от краев накрахмаленного воротника до кончиков ушей. Этот парень просто абсурдно симпатичный.
Откинувшись на сиденье, произношу с тяжелым вздохом:
– Ладно, проехали. Почему бы тебе не сказать, где мы находимся?
– На Бермудах.
У меня чуть глаза из орбит не вылезают. Бермуды? Неудивительно, что воздух такой влажный. Заметив мое выражение, Паук поясняет:
– Это временно. До этого мы были в Мартас-Винъярд, но возникли, так сказать… –   На его лице появляется загадочное выражение. –   Пусть твоя сестра сама все объяснит.
Хм-м-м. Становится все интереснее.
– Вас прогнали с Мартас-Винъярд постоянные нашествия обожателей Слоан, колотящихся в вашу дверь? Наверное, нелегко приходится ее жениху справляться с бесконечными мужчинами, падающими к ее ногам? –   сухо говорю я.
Паук выдерживает небольшую паузу, а потом тихо произносит:
– Зависть тебе не к лицу.
От стыда становится тяжело сделать вдох. Смотрю в окно на пролетающий мимо пейзаж, и мои щеки пылают. Мы какое-то время едем в тишине, а потом я с обидой признаюсь:
– Когда она рядом, люди смотрят на меня как на пустое место.
– Потому что люди –  чертовы придурки.
Он пытается быть со мной милым, потому что я наговорила ему откровенных комплиментов.
Ну и ладно. И так сойдет.
– Спасибо, Паук. Ты не только очень сексуален, но еще и очень добр, –   произношу с улыбкой.
Его щеки наливаются еще гуще.
Мы сворачиваем на длинную подъездную дорожку, и меня отвлекают огромного размера железные ворота, которые мы минуем. Они внушительно поскрипывают гигантскими прутьями, открываясь перед нами. С обеих сторон возвышаются кирпичные стены, а за ними –  роща деревьев, закрывающая дальнейший обзор. Замечаю камеры безопасности на стенах и отряды вооруженных людей, юркающих между деревьями. Чувствую, как нахмуриваются мои брови.
– Паук?
– Да, подруга?
– Жених моей сестры какая-то звезда?
Он кривит губы.
– Типа того.
– Не играй в загадки. Я начинаю нервничать, когда люди так себя ведут.
– Мистер О’Доннелл… Могущественный человек.
Из-за неуверенности в его голосе нервничаю еще сильнее.
– Насколько могущественный? Он политик или типа того?
– Политики мечтают о его власти, –   произносит он с ухмылкой.
– О Господи. Звучит страшно. Он суперзлодей?
Он едва заметно и таинственно улыбается.
– Ну, я не стал бы заходить так далеко.
– Значит, он хороший парень?
– Смотря у кого спрашивать.
–Серьезно? Ты меня убиваешь!
Похоже, моя расцветшая буйным цветом паника кажется забавной –  Паук не может сдержать смех.
– Не я должен тебе все это рассказывать, подруга. Но не волнуйся. Тут ты в безопасности.
Мы приближаемся к парню в черном костюме с большой черной винтовкой. Он на корточках затаился в кустах и с прищуром наблюдает за машиной, пока мы проезжаем мимо. Он поднимает руку и будто говорит в наручные часы, но это, очевидно, какой-то прибор связи. Как у шпиона. Или у шестерки суперзлодея.
– Ну да. Я уже чувствую себя в абсолютной безопасности! –   сухо произношу я.
А потом ахаю:
– Ух ты! Это наш отель? Такой огромный!
Когда Паук в ответ только усмехается, все становится понятно.
–Жеваный крот! Это его дом?
– Ага.
С открытым ртом гляжу на раскинувшийся на вершине холма каменный особняк. Я видела замки поменьше.
–Это один дом? Для одного человека?
– Для двоих, если считать Слоан.
Я кисло на него смотрю.
– Да ты издеваешься.
– Никогда в жизни!
Он пытается изобразить невинность, но с треском проваливается. Я тыкаю его в плечо.
– Ай! К чему насилие, подруга?! Что за одичавший маленький барсучок?!
Теперь он хохочет еще сильнее. Что за придурок.
– Я тебе одичавшего маленького барсучка в задницу затолкаю, мистер!
Его плечи трясутся, губы сжимаются, глаза горят, и мне хочется его поколотить.
Только я этого не делаю, потому что тут же замечаю Слоан, выходящую из огромных деревянных дверей дома. За ней следует мужчина, при виде которого у меня падает челюсть.
Высокий, широкоплечий, с развязной походкой Мика Джаггера, темными как ночь волосами, голубыми глазами цвета кобальта и хитрой, нахальной улыбкой, как у короля пиратов. Этот мужчина настолько красив, что сам дьявол бы позавидовал.
Мой голос звучит сдавленно:
–Это жених?
Паук отвечает с нескрываемой гордостью:
– Ага. Деклан О’Доннелл. Единственный и неповторимый.
Деклан О’Доннелл. Господи Боже, у него даже имя сексуальное. По сравнению с ним мой последний парень выглядит как Шрек. Как только кончится мой отпуск, я сяду на самолет прямиком до Ирландии.
Когда внедорожник останавливается, Деклан открывает для меня дверь, не успевает двигатель еще затихнуть. Я выскакиваю из машины и тут же поражаюсь его росту. Мне приходится задрать голову, чтобы взглянуть на него. От этого его красота впечатляет еще сильнее.
– Райли, –   обращается он ко мне. –   Наконец-то мы встретились. Твоя сестра много о тебе рассказывала.
У него глубокий голос, белоснежная улыбка, и мой уровень эстрогена подскакивает до небес. А затем, чтобы у меня в голове все окончательно перемкнуло, он заключает меня в медвежьи объятия и отрывает от земли. Интересно, сестра не будет против, если я начну называть ее жениха Папочкой?
Когда Деклан ставит меня обратно на ноги, я смотрю на Слоан. Она стоит в паре метров от нас и смотрит с неуверенной улыбкой. А потом тихо произносит:
– Привет, Смоллс.
Как и всегда, она выглядит потрясающе. Идеальные волосы, идеальное лицо, идеальное тело. Моя сногсшибательная старшая сестра, бесстрашная львица, легкомысленная кокетка, пожирательница мужских сердец. Для нее жизнь всегда была легка. Даже в свой «нескладный» подростковый эмо-период она была солнцем, вокруг которого все крутилось. Она никогда не была не великолепна.