Метаморфозы. Культ чуда (СИ)

– Сам женись, умник, – проворчал Сэргар. – Ты старше меня на четыре года, а все еще холост. Где наша красавица-королева?
С ее отсутствием была связана весьма любопытная семейная история: отец пытался женить Рейнара, когда тому исполнилось двадцать, но все попытки оказались тщетны. Юному, хорошо воспитанному, привлекательному наследнику престола ужасно не везло с помолвками. Первая принцесса, выбранная отцом, сбежала в жрицы незадолго до свадьбы. Вторая, за которой Рейнар послушно ухаживал, тайно обвенчалась с любовником. Третья была чудесной девушкой, но ее слабое здоровье заметно ухудшилось в их климате, так что пришлось все отменить. У четвертой оказался такой грубый и дурной нрав, что она не нашла ничего лучше, чем публично оскорбить Рейнара, что привело к огромному скандалу и разрыву помолвки. После этого ее сослали куда-то далеко и больше о ней никто не слышал.
Рейнар переносил неудачи стоически, однако предположил, что Всеблагой Матери пока неугоден его брак. Так же стали думать и правители других стран, вежливо отказывающиеся присылать новых принцесс. Сэргар даже начал переживать за брата, не понимая, чем тот прогневал верховную богиню.
Несколько лет спустя в своих путешествиях он столкнулся с той самой принцессой-скандалисткой (наслаждающейся свободой в дальнем имении) и узнал, что все помолвки Рейнара втихую расстраивал он сам, объединяясь с собственными невестами и изыскивая подходящие способы. Принцесса отзывалась о нем с огромной благодарностью, без его поддержки она бы не решилась пойти против семьи.
Будущий король Ариная предпочитал сам управлять своей судьбой. А вовсе не был тем идеальным сыном, которого Сэргару частенько ставили в пример.
После смерти отца их ровные отношения потеплели. Рейнар не пытался ему что-либо запрещать, никогда не повышал на него голос, но четко очерчивал границы дозволенного. Он поддержал желание Сэргара искать Талисман Матери, принимал большинство его решений, а разговоры о женитьбе были всего лишь их общей любимой шуткой. Политический брак Сэргару не грозил.
– Я супругу себе найду, не сомневайся, – ответил Рейнар, – такую, которая принесет наибольшую выгоду нашей стране. А также родит мне наследников и станет достойной женой. Красота – дело десятое.
– Возлюбленная такого подхода не одобряет, – назидательно сказал Сэргар.
– Она тут вообще не причем. Брак и продолжение рода – прерогатива Всеблагой Матери. Не прикрывайся верой, это не поможет. Вернемся к твоей дипломатической поездке в середине октября. Я рассчитываю на тебя. Больше не на кого.
– Ладно, ладно. Постой, почему не на кого? А тетя Реланна? Давай отыщем ее и вернем во дворец? Жрицей Госпожи она может быть и в столице. 
Рейнар хмыкнул.
– Тебе не стыдно сваливать свои обязанности на пожилую женщину?
– Стыдно, но я за справедливость. Почему она полностью свободна, а я – нет, хотя мы оба – не наследные?
– Спаси всю страну в эпидемию, тогда и поговорим. Но лично я не стал бы ссориться с избранницей богини смерти. Неразумно. Так что готовься, тебя ждут в Тамарии.
– Тамарии? Что же ты сразу не сказал? Это я с удовольствием. Тамариск давно приглашал навестить его.
Рейнар кротко вздохнул.
– Возможно, однажды ты научишься слушать меня, не перебивая. Сомнительно, но надежда есть.
  
Глава 6. Ради любви
 
В крохотном домике Хэледис, приобретением которого она ужасно гордилась, разгоралась нешуточная драма:
– Поверить не могу: месяц до свадьбы, а ты еще не продумала, какие закуски выставят гостям! – Рила была поражена. – Платье-то хоть готово?
– Готово, – успокоила ее Хэледис. – Закуски не столь важны. Люди же не есть придут, а порадоваться за нас с Джелоном.
– Наивная. Радоваться на голодный желудок невозможно. А какого цвета платье?
– Светло-желтое. Этот цвет идет нам обоим. Обожаю желтый, я в нем всегда хорошо смотрюсь!
Рила одобрительно кивнула.
– Умница. Ярша, а в чем будешь ты?
– Подберу ближе к дате.
– Но это ведь будет платье? – с нажимом спросила Рила.
 
– Возможно.
Хэледис кашлянула. Спор о платье для Ярши был горячее, чем о ее собственном. Рила утверждала, что это неуважение – приходить на свадьбу в воинском наряде, Ярша отмалчивалась и отделывалась общими фразами. Хэледис сомневалась, что она наденет платье, и не думала на этом настаивать. Главное, чтобы сама Ярша была с ней в этот день, а там пусть хоть в лохмотья наряжается.
Негромкий стук в дверь не дал начаться новому циклу уговоров.
– Ты кого-то еще ждешь? Тиа?
– Нет.
На пороге стоял Джелон. 
– Здравствуй. Прости, что без предупреждения. Ты занята? Ох, добрый вечер Ярша, Рила. Я помешал?
У Хэледис сжалось сердце. Джелон был какой-то взъерошенный и поникший. Что-то случилось.
– Нет, я свободна. Девочки, давайте завтра продолжим.
Ярша молча кивнула и вышла, по пути, прощально коснувшись ее руки. Рила поколебалась, но волевым усилием не стала ничего спрашивать.
– Завтра в то же время?
– Да. Спасибо.
– Не за что. Увидимся.
Хэледис закрыла за ними дверь и поспешила вернуться.
– Что такое? Что-то с родителями?
Он мотнул головой.
– С тобой? Свадьбу надо перенести?
– Нет. Мысль о ней – единственное, что меня радует в последнее время, – тяжело вздохнул Джелон. – Еще немного, и мы будем вместе. Только вот муж у тебя – неудачник.
Хэледис нахмурилась.
– Все терпят неудачи время от времени. Рассказывай.
– Можно я положу голову к тебе на колени?
– Конечно.
Они устроились на софе, с которой недавно встали ее подруги. Джелон снял очки и Хэледис положила их на спинку. Без них он казался совсем юным.
– Поговори со мной. Что произошло?
– Ничего. Там, где я надеялся, что будет.
– Джелон, я не смогу помочь, если ты не объяснишь в чем твоя беда.
Он слабо улыбнулся.
– Хорошая моя, ты этого не сможешь в любом случае. Никто не сможет. Я задумал грандиозную авантюру и бился над ней несколько месяцев. Если бы получилось, я бы изменил судьбу исследований в Крепости Врат и, возможно, саму разведку. Полезных открытий стало бы намного больше. Тароит говорил, что я – мечтатель, Табита, что сумасшедший. Миран помогал писать обращения к старшим командирам после каждого отклоненного. Сегодня вернули восьмое. Начальник посоветовал смириться, хотя раньше поддерживал меня.
– О чем были эти прошения?
– Я хотел, чтобы меня взяли в одну разведку для правильного сбора образцов.
Хэледис вздрогнула. Джелон бросил на нее печальный взгляд.
– Думаешь, я спятил?
– Немного, – пробормотала Хэледис. – Там же опасно. Чем плохи образцы, приносимые разведчиками?
– Всем. Они гребут все подряд, ловят и калечат, а то и убивают живность. Они не наблюдают за ней в естественной среде обитания. Почву берут в одном и том же месте, хотя земля возле ручья и на холме абсолютно разная, как и ее обитатели. Их не учат исследованиям, поэтому они пропускают множество важных вещей. А если мы в лаборатории не найдем в груде принесенного мусора что-то потенциально интересное, то желтый мир перемаркируют в синий и никогда больше не посетят. Представь, что было бы, если бы Яма в мире с моллюсками оказалась немного дальше от побережья? Разведчики прошли бы мимо. Они герои, ищущие Талисман Матери. Исследованием иных миров должны заниматься ученые.
Хэледис запустила пальцы ему в волосы. Помассировала и добилась того, что Джелон немного расслабился. Его зажатость исчезла, и слова полились потоком:
– Если бы меня взяли с собой хоть один раз, я сумел бы доказать, что состав разведчиков необходимо поменять! Мне так этого хотелось! Пять часов под чужим небом – это целая жизнь, это то, после чего понимаешь, кто ты и зачем все это делаешь. Я увидел бы наконец те миры, о которых рассказывал Джео с таким восторгом. Продвинул бы науку вперед скачками, а не черепашьим ползком! Мы в стагнации, Хэледис, мы давно не находили ничего существенного. Даже та несчастная «ветка» издохла, ведь никто не понял, чем ее кормить. Мы так и не разобрались, как она перемещалась. Если бы я увидел где она жила, все было бы иначе.