Регалия. Невольная страсть
– Я видела, как ты во время трапезы спрятала в рукаве нож, – мило пропела монархиня. Однако я не повелась на её дружелюбность, ведь опасность никуда не исчезла, поэтому продолжала внимательно следить за каждым движением веера, не забывая и про вторую ладонь. – Брось, достань эту безделушку и отдай мне, иначе кое-кому отрежут палец за кражу. Тебя, конечно, не тронут, как высокородную, но порядки у нас суровые, и найдут кого наказать.
Сглотнув сухим горлом, я полезла доставать столовый прибор из ворота платья. Не горжусь этим. И она права, мне действительно следовало бы знать местные порядки.
– Отлично! – Императрица забрала у меня нож и со смешком сделала выпад веером. Я увернулась, шагнула назад одни раз, другой, намеренно увеличивая дистанцию между нами.
Громкий смех – и она снова нажала кнопочку, превращая красивый, но смертоносный элемент женского туалета в простую безделушку. Лезвия спрятались, будто и не было.
– Ловкость присутствует и выживаемость у тебя на уровне, – констатировала Фелма. – К слову, я владею несколькими боевыми техниками и видами оружий. Неплохо обучена.
Очень щедро с её стороны предупредить меня заранее, но меня волновало другое. Я посмотрела в сторону зелёных высоких кустов: ещё одно сложное препятствие мне сейчас казалось совершенно не безобидным.
– Куда мы идём?
– Ты наверняка голодна.
– Не думаю, что мне следует… – попыталась мягко отказать, но безуспешно.
– Как я уже сказала, если бы тебя желали убить, сделали бы это с лёгкостью, пока ты купалась. Но знаешь, на тебя напали после церемонии. Улавливаешь? После того, как ты вышла на всеобщее обозрение в качестве боевого трофея. Император доволен, несмотря на свой поспешный уход. Это часть игры.
– Так это были ваши люди там наверху? – кивок себе за спину.
А она поудобнее перехватила столовый нож и демонстративно посмотрела на его лезвие, словно искала отражение лица в зеркале.
– Неужели я похожа на ту, кто будет нанимать таких бездарных людей? Твоя жизнь имеет для меня некоторую ценность. Уверяю, тебя хотели только ранить, чтобы расстроить свадьбу. Убивать – нет смысла. Ведь теперь ты – единственная наследница империи Дилоун и находишься в нашем плену как гарантия исполнения мирного договора. Селим Отто ди Грис устранён с политической карты… – не договорив, императрица развернулась и зашагала в сторону розария. – Идём, я тоже проголодалась.
Несмотря на жестокие слова, сейчас она вела себя со мной будто с подругой. Во всяком случае, снова звучала крайне дружелюбно. Впервые встречаю человека со столь скорой переменой настроений.
– Идём, пока я не передумала, – подгоняла меня монархиня. Волей не волей, пришлось последовать за ней, уповая на случай и высшие силы, потому что ловить пулю голыми руками я, увы, ещё не научилась. А впереди моему взору предстала целая оранжерея. Застеклённая и крайне опасная по многим причинам. Пёстрые краски бросились в глаза, заставляя щуриться в попытке выискать взглядом притаившегося врага.
– Не останавливайся, – требовательно выдохнула императрица. – Здесь нет никого кроме нас и ещё двух слуг. Обещаю, в тебя никто стрелять не будет.
Откуда она узнала ход моих мыслей?
– У тебя всё на лице написано, – она снова проделала со мной тот же трюк.
Неужели я веду себя настолько предсказуемо?
Что ж, пересилив себя, я прошла вслед за ней, однако не переставая подозрительно коситься на каждую тень дерева или же куста. За очередной клумбой и двумя карликовыми пальмами в кадках пряталась вымощенная натуральным камнем площадка, а на ней стоял чайный столик и два стула. Сразу три фигурные тележки на колесиках были заполнены всяческой снедью: бутербродами, пирожными, чайными сервизами, кувшинами и менажницами, а на нижних полках пряталась посуда с металлической крышкой.
– Красота, не правда ли?
– В самом деле, – нехотя поддакнула я, чувствуя болезненный спазм в желудке. Стоит ли довериться и отведать её угощения – не знала ничуть. Терпение моё было на пределе.
– Какой у вас ко мне интерес? – выпалила я, совершенно позабыв о манерах.
Нет, определённо, сидеть и глотать слюну, смотреть, как она ест – выше моих сил. Я просто не сдержусь, или нагрублю, или уйду искать, где бы подкрепиться в более безопасном месте.
– Какой мне толк убивать тебя сейчас, когда ты сидишь со мной за столом?
Она и не думала отвечать прямо на мой вопрос. Что ж, ладно. Собрав волю в кулак, я послушно села прямо напротив неё.
Аккуратно устроив мой бывший нож на столе, она махнула слугам, стоящим в отдалении, и те охотно приступили к своей работе.
– Дорогуша, да будет тебе известно, наш Ренцо успел разбить не одно девичье сердечко, когда во дворец пребывали толпы претенденток на заключение брачного союза. Анс-Керту, кстати, тоже не дремлет. Хоть и принято считать их варварами, преимущественно аграрной страной. Но в распоряжении этих варваров находятся огромные запасы продовольствия, как и крупнейшие посевные площади и земли для садов, разведения домашнего скота. Мы вынужденно торгуем с ними всем подряд и иногда поставляем не только воздушные корабли, но и военный обвес из устаревшей линейки вооружения.
– Что мне до этого?
– Врагов у тебя не счесть.
– Это я и так знаю.
Казалось, после моих слов в оранжерее воцарилось молчание, были слышны только шелест листьев и журчание ручейка где-то за моей спиной.
– Ты, видимо, настолько голодна и не ведаешь, с кем говоришь? – императрица мягко поставила меня на место. А я не сильно-то была ей за это признательна. Потому что она наверняка что-то попросит взамен. Начнёт наводить на определённые мысли. Может быть, угрожать.
Но, как показало время, всё оказалось гораздо проще. Своим неуважением на грани враждебности я задела её за живое. Короткий кивок, и слуги покинули нас, так и не закончив сервировать стол. Императрица встала и принялась делать это вместо них.
– Дворцовая девка. – Она ухмыльнулась, ловко переставляя тарелки на стол. – Ещё совсем недавно я была простой служанкой. Ты ведь наверняка слышала слухи обо мне, не так ли? Бывшая императрица хворала, и ей нужна была сиделка…
Продолжая рассказывать, она накрывала на стол – поставила напротив меня тарелку с мясным блюдом. Я даже не глянула, какое именно. Всё моё внимание было сконцентрировано исключительно на её руках.
– Как думаешь, я её отравила, чтобы поскорее освободить императора от ненужного бремени?
– Откуда мне знать?
– Я была его служанкой, а убила императрицу моя заклятая врагиня. Но знаешь, кто от этого выиграл?
После подобных признаний у меня напрочь пропал аппетит. Она говорила о чудовищных вещах так запросто!
Её линия поведения снова переменилась. Милый тон стал громким гонором:
– Никому, – она схватила меня за подбородок и повернула голову к себе, яростно взирая, будто борзая собака, – я никому не позволю обращаться со мной, как с простой служанкой!
Ударив её по руке, я быстро встала и выставила между нами стул.
– Я никогда и не козыряла ни перед кем своими регалиями. Но издеваться над собой тоже не позволю никому.
Завидев лежащий на подносе острый нож, которым наверняка недавно разрезали мясо, я подхватила его, а заодно ещё одно блюдо с маленькими бутербродами.
– Спасибо. Этим перекушу, позже верну. – А немного подумав, взяла с собой ещё и кувшин с водой. Поудобнее устроила его в сгибе локтя.
Ярость императрицы как рукой сняло. Я в очередной раз подивилась скорости перемены её настроений. Очень надеюсь, нам не придётся с ней часто сталкиваться, иначе драка неизбежна. Невероятно сложная личность!
Так, на этом можно заканчивать. Я спешно намылилась на выход.
– Думаешь, не отравлено? – ехидно бросила мне вслед Фелма Хорто. Припомнив её фамилию, я и впрямь подивилась тому, что у неё, как и у Гжохи, нет частицы, указывающей на дворянское происхождение. Точно ведь, и как я раньше не додумалась? Сколько титулов ни получи, а род твой так и останется незнатным для остальных, стоит лишь упомянуть простую односложную фамилию, как у простолюдинов. Даже пускай ты не работник на жаловании, а яркий представитель богатой прослойки общества. Из ростовщиков, купцов, литейщиков, реже производителей и владельцев мануфактур, потому что все мало-мальски ценные предприятия очень быстро переходят в ведение или же монарха, или местных дворян. Деньги любят все без исключения.