Королевство смерти

Мейсон не мог отвести от него глаз: 
- То есть он сознательно подстроил мне ловушку? 
Рокки кивнул: 
- И хуже того, мистер Траск. Он подстроил ловушку мне! Итак - мы возвращаемся в Нью-Йорк и там выясним, кто кому должен. 
- Рокки, ты все понял неправильно! - заорал Макнаб. 
- Кончай пыхтеть, Курок, - сказал Маджента. - Ты знаешь, я никогда никого не убивал в Нью-Джерси. Так что в вечерней прохладе мы совершим приятное долгое путешествие обратно в город. - У него блеснули глаза. - И там выясним, кому жить, а кому умирать! 
Глава 7 
1 
Фуззи Кейн относился к тем личностям, которых Мейсон встречал повсеместно: толстый, веселый светский балагур. Он был лысоват, складки животика нависали над резинкой пляжных трусов. Его комическая внешность сама по себе являлась оправданием в любых ситуациях. "Кто? Я?" - говорил он с непередаваемым выражением. Этакий мальчик на посылках у обожаемого большого босса. 
Но теперь в руке у Фуззи Кейна был револьвер и с лица сползло юмористическое выражение. Рокки Маджента передал ему свою пушку, и он держал под прицелом Курка Макнаба. Сам Рокки оповестил, что идет одеться. Фуззи и Эйб Эбрамс, юрист, получили указание - до его прихода все должно быть "тихо и спокойно". 
Мейсон сидел в плетеном кресле напротив Эбрамса. Тот держал пистолет, изъятый у Макнаба. У обливающегося потом адвоката в купальных трусах был несколько абсурдный вид. 
- Прошу вас... не устраивайте никаких неприятностей, мистер Траск, сказал он. Голос у юриста был такой, словно он молил о снисхождении. 
Мейсон не собирался устраивать неприятности. Он продолжал неподвижно сидеть, глядя прямо перед собой. Траск не мог прийти в себя от изумления, после того как Маджента развернул перед ним тщательно разработанный замысел Келлермана, который тот попытался провести в жизнь с помощью Фланнери, Макнаба и гнусного Макса Уолтера. Каким-то образом Эприл Шанд оказалась в руках Подлодки Келлермана, для которого люди на его шахматной доске были всего лишь пешками - их жизни ровно ничего не значили. Деловой человек в прекрасном офисе, из которого открывается такой вид на порт! Должно быть, он испытывал несказанное удовольствие, этим утром слушая Мейсона. Перед ним предстал сумасшедший тип, полный ненависти к Мадженте, готовый отдать свою ничтожную жизнь. Фактически Келлерман принял его предложение, не сказав об этом. Мейсон, будучи не в силах вынести трагедию своей семьи, оказался первоклассным орудием для убийства Мадженты. Проблема была в том, чтобы заставить его оказаться в Джерси, не вводя в курс дела. Безмозглый романтик Мейсон пойдет на любой риск для спасения близкой ему дамы! Единственной такой дамой, о которой они знали, являлась Эприл Шанд. Похитить Лауру из клиники на Двенадцатой Восточной улице было невозможно. Так что маленькому сэру Галахаду предстояло отправиться в Джерси, а Рокки - умереть. Смерть ждала и сэра Галахада - его убийца, которым, без сомнения, был бы Макнаб, стал бы утверждать, что действовал лишь в пределах самообороны. 
И мир для Подлодки Келлермана превратился бы в покорную устрицу. 
Такая мелочь, как потребность Мадженты в сигаретах, спасла жизни его и Мейсона. 
Траск не собирался доставлять неприятности обильно потеющему маленькому адвокату, поскольку единственная возможность вернуть Эприл живой и здоровой зависела от Рокки Мадженты. 
От Курка Макнаба, высокого и тощего, с тонкими черными усиками на верхней губе, с левой рукой на перевязи, исходил такой неподдельный ужас, что запах страха чувствовался по всей террасе. Всю оставшуюся у него энергию он сконцентрировал на Фуззи Кейне. 
- Слушай, Фузз, - сказал Курок хриплым от напряжения голосом, - нет смысла отрицать факты. Рокки все вычислил совершенно точно. 
- Ты - сукин сын, - спокойно отреагировал Кейн. 
- Все меняется. И всегда меняется, Фуззи. Ты это знаешь. Ты всю жизнь провел в порту. 
Сухой, с немецким акцентом голос Подлодки Келлермана всплыл у Мейсона в памяти: "В порту ничего не меняется". 
 
- Ты впустую тратишь время, Курок, - сказал Фуззи. - Да, точно, я всю жизнь провел в порту. Но провел ее вместе с Рокки. Все, что у меня есть в мире, я получил от Рокки. И когда я делал ставку, то поставил на Рокки, понимаешь? 
- Ну и что ты получил? - взмолился Макнаб, отчаянно пытаясь пустить в ход логику. - Ты хотел быть боссом на двух-трех пирсах и кормиться с них? Ты их имеешь. Ты хотел особый навар для своих друзей? Только попроси. Но все постоянно меняется. Почему бы тебе со мной и еще кое с кем не прибрать все к своим рукам? Зачем отдавать добро тем, кто его не заработал и кто ничего делает, чтобы его получить? 
- Я получил приказ вышибить тебе мозги, если ты будешь дергаться. И я прикидываю: может, твои предательские разговоры того и стоят? 
Светский балагур превратился в каменную стену, и молить его не осталось времени. Из дома вышел Рокки Маджента в шелковом костюме, шелковой рубашке с кричащим летним галстуком и в широкополой белой стетсоновской шляпе. Он взял пушку из рук Фуззи Кейна. 
- Ты и Эйб, марш одеваться. Когда будешь готов, Фузз, загони в гараж маленькую машинку мистера Траска. В город он поедет вместе с нами. 
Фуззи и Эбрамс заторопились в дом. 
Маджента разместился на овальном плетеном столике. Со своего насеста он без труда держал под прицелом и Макнаба, и Мейсона. 
- От вас двоих, ребята, у меня только головная боль. Вот думаю, чего с вами делать. 
- Послушай, Рокки, - забулькал Макнаб. - Я просто потерял голову. Стал жадным. Стал слушать сладкие речи. Но клянусь, я получил хороший урок. И теперь - все, что хочешь. Все, что ты мне скажешь. 
- Тебе было нужно больше денег... еще чего-то... Надо было прийти ко мне, Курок. Но наверно, ты решил, что сам можешь быть боссом. Занять тепленькое местечко Микки. Но Келлермана это не устроило бы - настоящим боссом был бы он. - Рокки задумчиво смотрел на Макнаба. - Ты уже все продумал, что делать после моей смерти... когда покончишь и с мистером Траском. Так что ж ты собирался делать, Курок? 
Макнаб вытер рукавом мокрое от пота лицо. 
- Я должен был позвонить им и сказать, что работа сделана. Затем позвонить копам и признаться в убийстве Траска.