Капитан Гном и Меч Судьбы

– Но… – начал было Роджер.
Леди Благодом поджала губы и тихонько прошептала: «Тс-с!» Она огляделась, затем ближе наклонилась к мальчику и взяла его за руку:
– Ещё мы готовимся к тому, что через сто и тридцать семь лет, или даже раньше, гномы, огры, люди и другие этносы снова будут жить счастливо.
– Я думал, – проговорил Роджер, – что человечество уничтожат, если до этого времени мы не сумеем навести порядок.
  
– Таков был старый план, – объяснила леди Благодом. – Давным-давно, много столетий назад, было принято такое решение. Но Королева Гури мыслит современно. Она знает, что то, что было предложено давным-давно, сегодня может быть неприемлемо. Населяющие Землю этносы должны научиться сосуществовать. Нельзя уничтожить какой-то один народ только потому, что вам не нравится поведение его отдельных представителей. Есть и другие методы воздействия. Королева Гури – умный и образованный гном. Она хочет, чтобы гномы реализовали свои многочисленные способности и таланты во благо людям и помогли им остановить уничтожение Земли. Прямо сейчас! Мы планируем изменить законы гномов так, чтобы разные этносы могли жить в согласии. Наш план только разрабатывается, но…
Она наклонилась ещё ближе и прошептала:
– Главная проблема – упрямые, тупые гномы мужского пола, которые уверены, что законы нельзя менять. Возможно, я не доживу, но рано или поздно это случится. Я уверена.
– А Моссбелли об этом знает? – поинтересовался Роджер.
– О да, он знает, – ответила леди Благодом. – Королева Гури ввела его в курс дела, а он влюблён в неё по уши и готов ради неё на всё. Но основная наша опора – это женщины-гномы. Гномы-мужчины обычно плохо соображают. Они способны понимать только самые простые вещи.
– Да уж, – кивнул Роджер, – это я заметил.
– И всё шло так хорошо, – вздохнула леди Благодом, – пока этот ненормальный маленький… этот Барнсторм Кожеглавый не сошёл с ума и не начал разыскивать Меч Судьбы. Этот Меч лежал, никому не мешая, на дне озера. Там ему и следовало оставаться. А теперь он его нашёл.
Леди Благодом покачала головой:
– Ужасно, просто ужасно. Убивать наблюдающих ведьм. Родители Мадди были нашими добрыми друзьями.
– Мадди, конечно, ненавидит его за это, – заметил Роджер.
– С Мадди всё в порядке, – ответила леди Благодом, отпуская руку Роджера.
Она выпрямилась.
– Мадди была очень маленькой, когда это произошло. Она почти ничего не помнит. Мы вырастили её как собственную дочь. Нашу дорогую дочь.
Леди замолчала, едва заметно что-то смахнула с глаз и тихо засмеялась:
– Хотя характер у неё не подарок.
Роджер кивнул и выдавил понимающую улыбку.
Леди Благодом шмыгнула носом и снова что-то смахнула с глаз.
Через час Роджер вновь сидел в библиотеке. Он принял душ и переоделся. На смену ему выдали слегка поношенные брюки и праздничный клетчатый джемпер из местного сувенирного магазина.
Он дремал, полулёжа с закрытыми глазами. Вдруг кто-то громко постучал в стеклянную дверь. Мальчик сразу открыл глаза.
По ту сторону комнаты, прижавшись лицом к стеклянным дверям, стояла Мадди. Руку она подняла ко лбу, словно загораживаясь от солнца.
Роджер вскочил и вышел на террасу. Но Мадди там уже не было. Он постоял, оглянулся, вернулся в библиотеку и закрыл двери. Обернувшись, он увидел Мадди прямо перед собой.
– Ого! – Мальчик даже отскочил. – И как ты это делаешь?
– Я умею двигаться быстро, – отметила Мадди, пристально глядя на Роджера. – Я прошла через боковую дверь.
В её карих глазах вспыхивали зелёные и жёлтые искорки.
– Почему ты избран Разрушителем? Что в тебе такого особенного? Ты правда великий воин?
Она сделала шаг назад и упёрла руки в бока:
– Ты же ещё мальчик, не старше меня. Почему ты, а?
Прежде чем Роджер успел сказать хоть слово, Мадди ткнула его в грудь пальцем.
– Мне не разрешают драться, – надулась она. – Я слишком важна для будущего. Я должна держаться подальше. Сидеть в своей комнате. Что ты можешь такого, чего не могу я?
Роджер набрал в грудь воздуха.
– Ты даже говорить не можешь. – Она снова ткнула его пальцем в грудь. – Моссбелли сказал, что ты дрался с Барнстормом Кожеглавым, ранил его и бросил через стену?
– Прекрати! – сказал Роджер, оттолкнув её палец. – Нет, я вовсе не особенный. Я не воин. Всё это вышло случайно. А Мосс видит только то, что хочет видеть, и не замечает ничего другого, и никого не слушает. Я ни с кем не дрался. Я вообще не хочу ни с кем драться. Этот ненормальный брюзгливый гном втянул меня в эту историю, так что хотя бы ты оставь меня в покое, пожалуйста.
– Ты уверен? – удивилась Мадди, снова уперев руки в бока. – Ты обычный парень? Ничего особенного?
Она скривилась.
– И драться не умеешь?
– Нет, – резко ответил Роджер. – Не умею. Не особенный. Никакой.
Мадди улыбнулась и протянула руку.
– Хорошо. Тогда давай дружить. Дай пять.
Роджер взял её за руку. Улыбка у этой девочки была просто обворожительная.
– Окажешь мне услугу как друг? – тотчас спросила Мадди, сжимая его руку.
Мальчик помедлил:
– Если смогу.
– Скажи тёте Гвен, что я буду ну просто очень полезна при нападении горфиндов. Пожалуйста, скажи ей.
– Ну…
Роджер отвернулся и начал внимательно изучать декор стен и меблировку комнаты, чтобы сияние её глаз и улыбка не смущали его.
– Потому что… – Мадди отпустила руку Роджера и приняла боевую стойку. – Я воин. Я могу сражаться.
Она взмахнула руками, подняла ногу и сделала несколько боевых выпадов.
– Я говорила тебе, у меня жёлтый пояс.
– Ну… – Роджер увернулся от летящей в лицо ноги. – Горфинды на самом деле мерзкие твари. И очень опасные.
– Я тоже опасная, – глубоко вдохнув, выпалила Мадди. – Но ты ей скажешь? Скажешь?
– Ну… – начал Роджер.
– Ну пожалуйста. – Улыбка Мадди мгновенно растаяла, а глаза наполнились слезами. – Ты же знаешь, что он сделал с моими родителями. Конечно, я была совсем маленькой, но…
Голос её сорвался.
– У меня остались только фотографии… Только по ним я могу представить, какими на самом деле были мои мама и папа. Я очень люблю тётю Гвен и дядю Пена, прямо как родных, хотя я знаю, что мы не родственники. Но мне бы очень хотелось, чтобы мои настоящие родители тоже были здесь… Пожалуйста, Роджер, обещай, что ты с ней поговоришь.
Мальчик проглотил комок и кивнул:
– Ладно.
– Отлично. – Девочка чмокнула его в щёку. – Как только я тебя увидела, то поняла, что мы подружимся. Спасибо.
Она развернулась и выскочила на террасу.
Роджер помахал ей вслед, потом дотронулся до места поцелуя. В этот момент в стеклянных дверях вновь появилась улыбающееся лицо Мадди.
– Я ещё хотела тебя спросить… Тебе нравится, когда я делаю такую прическу?
Она помотала головой в разные стороны, её коротко стриженные волосы сделали лёгкий реверанс в воздухе.
– Д-да, – промямлил Роджер, – оч-ч-чень красиво.
– Отлично. – Мадди улыбнулась ещё шире. – Называется «стрижка боб».
Она хихикнула:
– Я знаю, что она мне идёт. Не забудь поговорить с тётей Гвен. Мне, кстати, нравится твой новый джемпер. Ты его надел на спор?
Она ушла. Роджер посмотрел на джемпер, который ему выдали. Рука его по-прежнему касалась пылающей щеки.
Около семи вечера гости постепенно начали разъезжаться. В восемь часов в замке не осталось ни одного постороннего автомобиля. Поле совершенно опустело. На нём стояли только палатки и сельскохозяйственные машины. В девять часов в библиотеке собрались лорд и леди Благодом, Мадди и Тобиас Недоруб, а также капитан гном и Роджер.
  
– Итак, – заявила леди Благодом, втискиваясь в кресло, – капитан Моссбелли, Вы уверены, что Барнсторм Кожеглавый со своими горфиндами придут сюда за Вами… и за молотком?
– Да, – кивнул капитан. – Он придёт за мной. Он жаждет вспороть мне грудь, чтобы выполнить клятву, данную на Кривом Ногте Злой Принцессы.