Преданная. Хозяйка заброшенной усадьбы (СИ)

  
Глава 1
 
По лобовому стеклу струятся ручейки воды, в ушах шумит кровь. Я держусь за рулевое колесо, как за спасательный круг, отчаянно давя на педаль газа. Спидометр зашкаливает.
Как он мог так поступить со мной? После стольких лет брака!
Изменщик!
Крутил шашни с молоденькой секретаршей у меня под носом. Кувыркался с ней в нашей постели!
  
Предатель!
Слезы застилают обзор, в груди разрывается на части сердце. Ничего не вижу из-за ливня, что лупит по стеклам. Куда я свернула? А, не важно! Уже ничего не важно.
В последний момент замечаю впереди отбойник, но я так разогналась, что автомобиль превратился в неуправляемую груду металла.
Пытаюсь вывернуть руль, но не успеваю. Все происходит молниеносно и в то же время мучительно медленно. Чувствую мощный удар, меня отбрасывает назад….
И я пячусь, спотыкаюсь о складки пушистого ковра и падаю на него. Ощущаю пальцами рук мягкий ворс. Яркий свет люстры ослепляет после вечерних сумерек города.
— Окончательно рехнулась, Белинда? — цедит незнакомый бархатный мужской голос с хрипотцой.
Непонимающе моргаю. В висках стучит адреналин, кровь кипятком бежит по венам. Дышу часто и отрывисто. Сижу задницей на полу в распахнутом розовом кружевном пеньюаре. Кроме него и нижнего белья на мне ничего нет.
— Ты слышишь меня? — снова гремит голос.
И я поднимаю глаза. Ко мне решительно приближается мужчина, возвышается на мной, и на миг подвисаю, залюбовавшись им. Я таких красавцев разве что в эпических блокбастерах видела!
Темные густые, слегка волнистые волосы до плеч вызывают зависть. Черты лица аристократические и одновременно мужественные, каре-зеленые глаза смотрят с искренним презрением. Красиво очерченные губы сложены в линию, на лепных скулах играют желваки.
Что за…?
Я только появилась, а уже чем-то вывела его из себя.
Сглатываю и опускаю взгляд ниже, на пульсирующую жилку на мощной шее, на тяжело вздымающуюся мускулистую грудь, обтянутую шелком темно-синей рубашки, расстегнутой на верхние пуговицы. Крепкие ноги облегают как вторая кожа черные брюки, заправленные в кожаные сапоги.
Почему-то смотрю на его сапоги, долго и растерянно. Начищены до блеска, хоть глядись в них как в зеркало.
Где я? В кому впала? Или меня чем-то накачали?
Слишком реалистичные предсмертные галлюцинации. Или я сплю?
— Белинда! — рявкает мужчина и нависает надо мной.
Интуитивно отползаю от него, помогая себе босыми ногами и одной рукой, а другой стягиваю края пеньюара в попытке скрыть наготу. Перебираю пальцами ворс ковра, пока не упираюсь спиной во что-то твердое. Кажется, это стена. Ну все, приплыли!
Проигрываю злобному красавцу - запрокидываю голову и с ужасом смотрю, как он склоняется надо мной.
— Даже не смей игнорировать меня, — холодно выдыхает и всматривается в мое лицо. — Я с тобой разговариваю. Ты что удумала, а? Пытаешься загладить вину своим полуголым видом? Я уже говорил, что не хочу тебя, Белс. Так что не сработает.
Смотрю в его темные и ледяные глаза, накрывает лавиной ощущений. В сознании пульсирует сигнал: он опасен! Безумно опасен, а сейчас еще и в бешенстве.
А я-то тут при чем?
Что ему сделала и, главное, когда?
Слышится женский всхлип. Хмурюсь и смотрю мужчине за спину. В дверном проеме стоит стройная блондинка в длинном платье цвета спелой вишни и закрывает лицо ладонями. Ее обнаженные плечи судорожно подрагивают от тихих рыданий.
Замечаю ссадины на руках девушки. Что здесь произошло?
Мужчина склоняет голову к плечу и подается вперед. Так близко, что легкое дыхание могло бы соединить наши губы.
— Что взять с умалишенной, — раздраженно бросает он и потирает подбородок. — Как же я устал от твоих выходок, Белинда.
— Я не… — пытаюсь слово вставить, но он не дает и резко перебивает меня.
— Довольно! — смотрит пронизывающим взглядом, от которого под ложечкой сосет. — Ты ответишь за свое поведение. И я больше не стану с тобой церемониться! Поднимайся, немедленно!
  
Глава 2
 
Смотрю на него с нескрываемым ужасом. Не шевелюсь. Мужчина опирается рукой о стену над моей головой и… принюхивается.
Вот же псих!
— Ты странно пахнешь. Иначе, — его зрачки вытягиваются и становятся вертикальными. По щекам с трехдневной щетиной идет рябь. На мгновение кажется, будто они чешуей покрываются.
Второй рукой зверюга тянется к моей шее. Страх накатывает с новой силой, душит меня. Трясу головой, рассыпая волосы по плечам. И вжимаюсь в стену. Фух, вроде показалось.
— Плевать. Не интересно, — шипит он и отстраняется, так и не прикоснувшись ко мне. Сжимает руку в кулак и сбавляет тон: — Так дальше не может продолжаться.
— Что - продолжаться? — заикаясь, спрашиваю растерянным голосом.
— Как же низко ты пала, дорогая женушка, — презрительно выдает, не удостоив ответа, и поднимается. — Неужто ревнуешь?
Я украдкой испускаю вздох облегчения. И слежу за ним немигающим взглядом. Кто знает, что у него на уме. Чем дальше он от меня, тем лучше. Тем безопаснее.
Смотрит с высоты своего роста с надменным видом. Убирает руки в карманы брюк.
— Ты все портишь, Белс! Как тебе только в голову пришло такое, Белс?! Марисса заботится о тебе, старается. А ты чем платишь, м? Не смей к ней приближаться, поняла меня? Иначе я за себя не ручаюсь!
Так и подмывает спросить, что же такого мне в голову пришло, но страх не позволяет. Откуда-то из недр дома раздается звон колокольчика. Изверг морщится.
— Позже с тобой разберусь, — холодно цедит и разворачивается к двери.
Блондинка больше не рыдает. Выскальзывает из комнаты и бросает на меня взгляд, от которого к горлу ком подкатывает. На ее губах играет ехидная улыбка.
Мужчина дергает за ручку и оборачивается через плечо.
— И давай без фокусов.
Вздрагиваю от захлопнувшейся двери. Кусаю губы, комкая на себе кружевной пеньюар. Тишина комнаты внезапно оглушает. Перевожу дыхание и оглядываюсь.
Уютная и просторная спальня с камином, оформленная в нежных персиковых и серых тонах. Вместительный шкаф у панорамного окна, завешенного плотными антрацитовыми шторами.
На симпатичном туалетном столике с зеркалом выстроились разнообразные флакончики и коробочки.
В центре комнаты небольшой диванчик со стеклянным кофейным столиком. На нем поднос с множеством стеклянных пузырьков с разноцветными пилюлями и настойками.
Один из них опрокинут, и на стол расплескалось содержимое - бледно-желтое, поблескивающее будто с шиммером. На полу замечаю несколько капель этой странной жижи.
Это еще что такое?
Справа большая кровать с темно-желтым балдахином. Подо мной светло-серый пушистый ковер. Вау! Хоть после смерти поживу в достойных условиях.
Что за глупости в голову лезут?!
После смерти - поживу. Ну бред же!
Хлещу себя ладонями по щекам, но ничего не меняется. Похоже, я все-таки умерла. Да и кто выживет после такой аварии? Но где я теперь? В другом мире? Даже думать о таком дико.
Что ж, по крайней мере, я жива. Надолго ли с таким свирепым муженьком? И про какую Мариссу он говорил?
Память подбрасывает смазанные мысли той, в чьем теле нахожусь. Марисса - та рыдающая блондинка, любовница нашего общего теперь мужа. Она живет с нами под одной крышей, и они нисколько не смущаются своих отношений. А Белинду считают сумасшедшей.
Вот тебе на!
Разберемся по ходу дела, а пока надо осмотреться.
Ступаю по гладкому паркету, касаюсь деревянной стойки, на которой держится балдахин. Как же приятно чувствовать! Как же чудесно жить!
  
За дверью слышатся голоса и искристый женский смех. Похоже, гости пожаловали. А законная жена сидит в комнате и не имеет права показываться людям на глаза.
Пффф! Ну и нравы!
Мысли в голове сталкиваются и разбиваются, не удается сосредоточиться на происходящим. Повсюду новые звуки, запахи и цвета. Кажется, будто я впервые открыла глаза и увидела окружающий меня мир в полной красе.