День, который никогда не настанет
— Ты меня отключил.
— Слушай, Банни там?
— Что? Ты с ума сошел?
— Просто осмотрись вокруг внимательно. Нет ли припаркованных машин? Может, он переодет или… не знаю…
— Но почему он должен быть…
— Блядь, делай, что я говорю, чертов идиот!
— Ну хорошо, — обиженно ответил Фил. — Но зачем ты всегда…
Пол не расслышал дальнейшие слова из-за внезапно раздавшегося шума.
— Фил?
— Прости! — Фил почти кричал, чтобы его было слышно сквозь гул неразборчивых голов. — Тут этот твой Мэлони, который маленький… Он только что вышел, и ему пытаются задавать вопросы и все такое, но…
Пол отодвинул телефон от уха, когда из него раздался звук, похожий на сильный взрыв.
— Фил?! Фил?!
Пол услышал крики и еще один взрыв, затем связь оборвалась.
— Фил? ФИЛ!
Глава сорок третья
— Взрыв? — спросила Бернс. — Какой еще взрыв?
Она стояла, прислонившись к окну, и восхитительное вечернее солнце отбрасывало от ее тела длинную тень на ковер.
— Не знаю, — ответил Уилсон. — Я только что подъехал, и тут это… столпотворение. А дом Хартигана, он просто… просто взорвался, он…
Уилсон затих, и на заднем плане стали слышны повышенные голоса и аварийные сирены.
— Уилсон… Уилсон!
— Простите, сэр… Это просто… — Уилсон мучительно закашлялся.
— Уилсон, с тобой все в порядке?
Разговор с Уилсоном привлек внимание помощника комиссара Майкла Шарпа. Временно прекратив разносить очередного несчастного в штаб-квартире «Гарда Шихана», он влез в поле зрения Бернс. Она отвернулась и отошла на несколько шагов.
— Уилсон. Говори со мной.
— Это… Там бродят люди. Не знаю, сколько здесь раненых или…
Она услышала шум движения, после чего с Уилсоном заговорил какой-то человек с иностранным акцентом. До слуха Бернс долетали лишь обрывки разговора:
— Вы в порядке… Не знаю… Я не знаю… Вон там… Перевяжите чем-нибудь… Не знаю…
Бернс почувствовала, как в ней растет паника.
— Уилсон?
Опять шум движения, и снова голос Уилсона — уже более отчетливо, хотя и не идеально.
— Простите, мэм… Он еще горит. Так много дыма и…
— Там есть другие офицеры, Уилсон?
Вместо ответа она услышала лишь фоновые звуки и прерывистое дыхание Уилсона.
— Сьюзан…
Бернс оглянулась и увидела стоявшего за ее спиной Шарпа.
— Не сейчас, — ответила она и снова заговорила в телефон: — Уилсон, ты должен говорить со мной, окей?
— Я требую ответа…
— Заткнись, Майкл.
Шарп отшатнулся, словно получив пощечину.
— Да как вы смеете…
— Уилсон? — Бернс усиленно шевелила мозгами. У нее была отличная память на детали, но тявканье Шарпа мешало ей сосредоточиться. — Доннаха? — произнеся один раз, она ощутила уверенность, что вспомнила правильно. — Доннаха!
— Я старше вас по званию…
Бернс развернулась на месте.
— Думаешь, это надолго? — Она махнула свободной рукой в сторону окна. — Не знаю, заметил ли ты, но ты устроил нам охуенный бунт, Майкл, из-за чего я проторчала тут два часа, наблюдая, как с тобой отказываются говорить твои политические покровители. Одному из моих сотрудников требуется помощь, так что заткнись и не отвлекай меня от работы, самовлюбленный мудила.
Рот Шарпа распахнулся, как у выброшенной на берег рыбы. Воспользовавшись достигнутым эффектом, Бернс прошла мимо него в другой конец офиса.
— Детектив Уилсон, ответьте мне!
Короткая пауза.
— Да, мэм.
— Хорошо. Ты в самом центре чрезвычайной ситуации. Убедись, что все вышли из горящих зданий и что вторичных взрывов не будет.
— Да, мэм.
— И еще, Уилсон… это очень важно. Не забывай, что это свежее место преступления. Никто не должен уезжать оттуда — разве что в карете скорой помощи.
— Понял, мэм.
— Если кто-нибудь что-нибудь вякнет, просто цитируй закон «О терроризме» 2005 года.
— То место, где…
— Говори что угодно. Они все равно его ни хрена не знают. Делай все, что нужно, а твою жопу я потом прикрою.
Бернс расслышала отдаленный вой сирен.
— И еще… Уилсон?
— Да, мэм?
— Скажи пожарным, что это активное место преступления, результат теракта. Пусть оставят в целости все, что смогут. Они в курсе, как это делается.
— Да, мэм.
— Молодец.
— Простите, что я…
— Все в порядке, Уилсон. Я бы тоже слегка растерялась, но сейчас время заняться работой, понял?
— Понял.
— Перезвони мне через пятнадцать минут и доложи о последних новостях. Я введу в курс дела команду и пришлю тебе подкрепление.
— Да, мэм.
— И постарайся во всем видеть позитив. В конце концов, на этот раз тебя не стошнило.
Глава сорок четвертая
— Ну давай, давай, давай!
Пол поднес телефон к уху и принялся расхаживать взад-вперед возле дверей кинотеатра «Савой» под спокойным взглядом Мэгги.
Щелчок. Пауза. «Вы дозвонились до…»
— Блядь!!
Пол сбросил вызов. Ему потребовалась вся выдержка, чтобы не разбить телефон о стену.
«Чертов идиот», — это были последние слова, которые он сказал Филу. Пол взглянул на Мэгги.
— С ним все в порядке. С ним всегда все в порядке. Господи, это же Фил Неллис! Когда сбросят большие бомбы, в живых останутся только тараканы и Фил Неллис.
Телефон в руке завибрировал. Пол посмотрел на экран: Бриджит.
— Бриджит, там случилось что-то вроде…
— Да, я слышала по радио. Что с…
— Фил… Фил был…
…А потом связь пропала.
Пол недоверчиво посмотрел на экран. Никакого сигнала. Секунду назад индикатор показывал четыре палки.
Затем Пол поднял глаза и увидел, что среди толпы становилось все больше людей, которые так же смотрели в телефоны или поднимали их над головой.
Глава сорок пятая
Джерри: «Да чтоб… Поверить не могу! Я смотрю в окно, ребята, и вижу, как моя машина горит! Какого хрена? Это уже бездумный вандализм! Новая же была "Ауди"! Сборище, блядь, ёбаных пидорасов… нет, Тина, я не заткнусь, не заткнусь! Я уже по горло сыт этим дерьмом! Какой-то уебок поджег мою прекрасную машину. Вы животные! Вы…»
— Филипс, Миллс и Нейлор пусть отправляются на помощь Уилсону. Нам нужно…
Бернс посмотрела на телефон. Нет связи.
Она вздохнула.
— Черт…
Бернс убрала телефон и прошла в большую открытую зону, где собралось большинство нынешних обитателей здания. Это были те, кому не повезло остаться внутри, когда вспыхнули беспорядки. Бернс нуждалась в стакане воды, поскольку у нее адски разболелась голова, а на дне сумочки, по счастью, нашлось две таблетки парацетамола. Помещение, видимо, выполняло роль семейной зоны в те времена, когда здание было «Ковчегом», — во всяком случае, если судить по развешанным на стене карандашным детским рисункам. Всего-то шесть часов прошло с тех пор, а такое ощущение, будто целая жизнь.
Кто-то уже успел заварить чай — надежное ирландское решение для любой проблемы.
Всего здесь собралось около двенадцати человек. В зале слонялись несколько гражданских специалистов из Технического бюро, два врача, бригада скорой помощи, которая первая занялась Фрэнксом после его смерти, омбудсмен полиции и пара его сотрудников. Все предыдущие жители были отправлены в участок на улице Кахала Бру [85] для оформления. Омбудсмена звали Чарлз Делакур, и что-то в нем напоминало Бернс черепаху, которая была у нее в детстве. Дело было не в том, что он двигался медленно, а в особенностях шеи. За те краткие мгновения последних двух часов, когда Бернс не говорила по телефону, она успела заметить, насколько радикально изменилось его отношение к чрезмерному применению силы полицией в условиях осады здания воющей толпой.
Несколько человек размахивали телефонами и выглядели немного потерянно.
— Не стоит переживать, — сказала Бернс, и одна из женщин бросила на нее недоуменный взгляд. — Мобильные сети отключены. Это стандартная практика в условиях бунта. Лишает зачинщиков возможности коммуникации.