Всего лишь бывшие

– Мама, – смотрю в глаза, – Все давно остыло. Мне плевать на него.
 
Глава 7
 
Давид
«Базик Трейд» не самый сложный наш проект. Не самый крупный и не самый выгодный. Я мог бы отказаться от него, но вышло так, что не отказался. Личное знакомство с Родимцевым сыграло не последнюю роль. Когда он был приятелем моего отца.
Фирма федерального значения застряла в развитии на уровне начала двухтысячных, когда была основана и собирала с рынка сливки. Сейчас от того гиганта остались только воспоминания, да истеричная тоска по прошлому ее хозяина.
  
Вывести ее на начальные показатели уже не получится, но поднять со дна и задать вектор развития – вполне. Рассчитываю уложится в срок меньше тех шести месяцев, что указаны в контракте.
– Спасибо, – благодарю секретаря за чашку черного кофе.
Валерия еще не поняла, как правильно вести себя со мной, но уже точно знает, что улыбки с подтекстом в офисе неуместны, а шуток ее я не понимаю.
– Давид Олегович, – произносит официальным тоном, – К вам Колесник из договорного отдела пришла. Принесла договоры на подпись. Пригласить?
– Пусть зайдет.
Валерия кивает и шагает на выход с напряженной прямой спиной, словно шпагу проглотила. Выходит, оставив дверь приоткрытой, а через мгновение на пороге появляется начальник договорного отдела. Одетая гораздо скромнее, чем вчера, с застывшим взглядом и приклеенной к лицу вежливой улыбкой. Смотрит прямо, но поверх моей головы.
– Добрый день, – говорит, прочистив горло, и протягивает папку, – Договоры на подпись. Подпишите?
Взглядом велю положить ее на стол и снова задаюсь вопросом – почему не Ксения? Я слишком сильно запугал ее в лифте?
– Три из них на продление, – поясняет Александра, избегая смотреть в глаза, – Один новый.
– Я посмотрю их в течение дня.
– Хорошо, да… – разворачивается, чтобы уйти, но на мгновение замирает – Те, что на продление, лучше подписать сегодня.
Едва за ней закрывается дверь, я быстро допиваю кофе и решаю набрать Родимцева, поскольку ни с кем, кроме него не могу поговорить на интересующую меня тему, опасаясь, что этот разговор дойдет до бывшей жены и спровоцирует ее на глупости.
– Здравствуй, Давид, – раздается в трубке его голос, – Чем порадуешь?
Его невмешательство в дела компании является одной из наших с ним негласных договоренностей на период действия контракта. Поэтому у меня право подписи и карт-бланш на все операции, включая кадровые.
– Рано радоваться, Роман Валентинович. Мы еще завалы разгребать не начали.
– Завалы? – уточняет со смехом, скрывая за ним свое уязвленное самолюбие.
Родимцев мужик старой закалки, максимально негибкий и не приспособленный к молниеносно меняющимся реалиям. Главная причина кризиса, в которой оказалась его фирма в том, что он еще и не доверяет управление ею никому, кроме себя. Решение обратиться к нам стоило ему больших моральных ресурсов.
– Будем отсеивать ваших поставщиков. Некоторые из них держаться на плаву только благодарая вам. Вы занимаетесь благотворительностью?..
– Все так плохо?
– Мы соберемся для обсуждения промежуточных результатов в следующем месяце, Роман Валентинович.
– Договорились, – отвечает спустя пару секунд.
– Я кое-что спросить хотел, – перехожу к делу.
– Давай.
– Коммерческий отдел…
– Что с ним?
– Вы знаете его сотрудников?
– Эмм… – подвисает Родимцев.
– Конкретно тех, кто отвечает за договоры, – даю наводку.
– Да. Колесник Александра. И ее помощник… Ксения… Климова, кажется.
Поменяла фамилию. На момент развода она не хотела этого делать и потом, позже, я оформлял купленную для нее квартиру на фамилию Росс. Если это что-то и значит, то я только рад.
– Что можете сказать о ней?
– О Колесник?
– О Климовой.
– А что случилось, Давид?.. – настораживается Роман Валентинович.
Оттолкнувшись ногой от пола, я разворачиваюсь в кресле к окну и пальцами раздвигаю жалюзи.
Я крайне редко попадаю в ситуации, когда мне нечего ответить. В таких случаях единственный выход – говорить правду.
– Ничего не случилось. Климова моя бывшая жена. Хотел услышать ваше мнение о ней, как о работнике.
– Климова? Ксения?.. – не скрывает удивления Родимцев, – Она же совсем девчонка.
– И тем не менее…
Слышу его покряхтывание в динамике. Старику не терпится узнать подробности, но их не будет. Все, что я посчитал нужным, я уже сказал.
– Ну, что сказать?.. – вздыхает он, не дождавшись от меня ничего внятного, – Нарушений и выговоров за ней не помню. К работе относится серьезно. Способная…
– Увольняться собиралась?
– Ксюша?.. Впервые слышу, а что?
– Ничего.
– Так, – снова кряхтит Родимцев, – Я надеюсь, ты не собираешься злоупотреблять своими полномочиями?
– Не собираюсь.
Мы прощаемся и разъединяемся. Это правда. Я не собираюсь на нее давить, но и отговаривать от увольнения тоже. Она – сильно отвлекающий от работы фактор. Я не соврал, когда сказал, что отказался бы от контракта, знай что буду видеть ее здесь ежедневно.
Ксения – прошлое. Только идиоты живут прошлым.
Задерживаемся с ребятами почти до восьми. В договорах, которые принесла на подпись Колесник, всплывает косяк. Последний квартал компания работала с одной из фирм по просроченному договору. Платеж прошел по старым ценам.
Вот тебе и ответственные работники.
Направляю письмо Колесник по служебной почте с требованием предоставить объяснительную не позднее завтрашнего дня.
– Давид, – догоняет на парковке Костя, один из членов моей команды, – «Фрозен» ответили. Завтра пришлют предложение.
– Отлично.
Я собираюсь сделать «Базик Трейд» дилером шведского производителя современных отделочных материалов в России. Если выстрелит, это уже половина успеха.
Пожав ему на прощание руку, сажусь в машину, запускаю двигатель и вдруг вижу Ксению.
Ее серая юбка и распущенные темные волосы мелькают между плотно припаркованными седанами, а затем исчезают за синей дверью одного из них.
Мой взгляд невольно прикипает к спортивке с низкой посадкой, но лишь на мгновение. Ослепивший свет фар лишает возможности что-либо разглядеть. Однако я почти уверен, что за рулем ее друг Савелий Шалимов.
Я какого-то черта все еще помню его имя.
Тронувшись с места, автомобиль поворачивает направо и медленно катится мимо меня.
Вижу обоих. Это он.
Ксения, смеясь, тянет руку к ремню безопасности и вдруг замечает меня. Столкнувшиеся на одной прямой наши взгляды заставляют ее вздрогнуть, но и мне приходит обратка.
Пригвождая к спинке сидения, пробивает грудь.
 
Глава 8
 
Ксения
Снова выстрел в грудь. Не такой сильный, как в прошлый раз, когда я увидела его впервые, но вышибающий дух по потемнения в глазах и острой, молниеносно разлетевшейся по всему телу, боли.
Отвратительные ощущения, учитывая, что наш зрительный контакт длился всего секунду.
Дождавшись, когда машина Росса исчезнет из поля моего зрения, медленно втягиваю воздух носом и облизываю сухие губы. Озноб покалывает кожу под одеждой.
– Вы поговорили? – спрашивает Савва, и я с досадой понимаю, что он его тоже видел.
– Да… – отвечаю тихо, – Вернее, нет… Вряд ли этом можно назвать разговором.
– И?.. – пристально смотрит на меня.
– Ничего особенного, Сав… Спросил, знает ли кто-нибудь в офисе, что мы были женаты.
– Боится сплетен?
– Не знаю… плевать…
Замолкаем. Савелий, ведя машину, успевает с кем-то переписываться. Я пытаюсь не зацикливаться на остром взгляде Давида. Но он как два лазерных луча – оставил ожоги, которые даже сейчас продолжают разъедать плоть.
  
Завтра у меня два собеседования. Чем больше собеседований, тем лучше. Тем больше шансов изолировать себя от этих контактов.
Удивительно, как после той больной зависимости и неконтролируемой тяги моя одержимость поменяла полюса. Теперь я одержима идеей бежать от Росса на ту часть земного шара, где мы точно никогда не встретимся.