Всего лишь бывшие
– Он потребовал отчеты со всех отделов, – поясняет Саша, продолжая разгружать полку.
Сдержанно вздохнув, я снимаю пиджак и вешаю его на спинку стула. А затем помогаю Александре, после чего мы обе погружаемся в работу.
– Я просрочку нашла, – вдруг произносит она, оторвав взгляд от бумаг.
– Проверь в базе, может просто не распечатали новый договор.
– Я посмотрела, его нет.
Сердце в груди тревожно сжимается. Это крупный косяк. Мое воображение быстро выстраивает цепочку событий, последующих за ним.
– Последняя поставка была уже по просроченному договору.
– Как так? Я им занималась?..
Саша хмурит брови, словно пытаясь вспомнить.
– МакМаркет…
Это ее договор. Не мой.
Испытывая постыдное облегчение, я опускаю глаза.
– Трындец просто, – бледнеет начальница, – Он меня уволит?
– Не уволит.
– Кадровые решения теперь в его компетенции!.. Так Родимцев сказал!
– Саш, успокойся!.. Росс не станет разбрасываться людьми в такой сложный период!..
Часто поверхностно дыша, она машет руками на свое лицо.
– Нужно быстро новый заключить…
– Его все равно на подпись ему нести.
– Ксюш, печатай новый договор! Быстро!..
Глава 6
Ксения
Я печатаю договор и пересылаю его Саше, а она тут же отправляет его нашим партнерам и пытается до них дозвониться.
– Только не это!.. – бормочет тихо, набирая по очереди все доступные номера.
– У них уже закончен рабочий день, – прикидываю разницу во времени, – Свяжешься с ними утром.
Кивнув, она бросает телефон на стол и разворачивается ко мне лицом.
– Ксюх, унесешь договор Россу?
– Нет.
– Завтра, после того, как МакМаркет подпишет. Положим его в папку с текущими договорами. Он не заметит…
– Нет, Саша!
– Да какая тебе разница? Оставишь папку в приемной на подпись и все! – говорит вкрадчиво, улыбаясь, – Ты же постоянно так делаешь!
– Я к нему не пойду!
– Да, почему?! – вдруг резонирует ее голос, – Это твоя обязанность, Ксюш!..
Я знаю, насколько Давид въедлив в детали, касаемые работы. Я помню, каким удушающе педантичным он может быть. И я не собираюсь становиться мишенью, если вдруг он решит пробить эти договоры по базе.
– Я! К нему! Не пойду!.. – выкрикиваю каждую букву, – Не надо подставлять меня, Саша!
Ее лицо покрывается бордовыми пятнами и становится некрасивым. Взгляд высекает молнии.
– Ты все равно собралась увольняться!..
– Хочешь подмочить мою репутацию напоследок?
– Кому нужна твоя репутация? – смеется истерично, – Никто не будет ее проверять!
– Я сказала, нет! Я не возьму на себя эту ошибку!
Упав на спинку кресла, прижимаю холодные ладони к горящим щекам. Дело не в Россе! Не в нежелании сознательно опустить себя в его глазах еще раз. Он тут вообще не при чем!
Я не обязана приносить себя в жертву! Ни ради Саши, ни ради кого бы то ни было еще! С какой стати?!..
Умение выстраивать собственные границы – черта зрелой личности. А я, мать его, давно зрелая личность!
Александра включает стоящий на тумбочке чайник и высыпает в чашку порцию растворимого кофе. Отвернувшись от меня, не шевелится, пока не щелкает тумблер.
Затем наливает кипятка и с напитком садится в кресло.
Я продолжаю сверять документы с данными из таблицы.
– Я ему не понравилась, – проговаривает начальница сдавленно, – Он относится ко мне предвзято.
Хочется проорать, что Росс относится предвзято абсолютно ко всем! Что Александра, черт возьми, не особенная!
Отпивая кофе, запах которого расплылся по кабинету, она горько вздыхает.
– Ладно, что-нибудь придумаю. В первый раз, что ли?
Я закрываю одну папку и открываю вторую. Пусть придумывает, что хочет. Я не хочу иметь к этому никакого отношения.
Приходится задержаться почти на час, но я все равно сворачиваю работу раньше Саши. Ей это место явно нужнее, чем мне.
– Не опаздывай завтра. Мы еще и половины не сделали, – бросает она, не поднимая головы от бумаг.
Я, намереваясь съездить к родителям, вызываю такси и собираю свои вещи.
– Не опоздаю.
– Может, отложишь поиски работы, пока отчет не сдадим?
Надеваю пиджак, вешаю сумку на плечо и привычным движением поправляю собранные в хвост волосы.
Это последнее, что меня волнует. Я даже положенные две недели отрабатывать не собираюсь. Уверена, Росс не будет этому препятствовать.
– Сдадим мы этот отчет, – обещаю, открывая дверь, – Никуда он не денется.
Своих родителей я навещаю не часто, а вот они бывают у меня едва ли не каждую неделю. Особенно младшая сестра Злата, которая открыто говорит, что надеется однажды переехать ко мне насовсем.
А я так прямо каждый раз заявляю, что этого не будет никогда.
Не потому, что я ее не люблю. Просто я научилась ценить тишину и не бояться одиночества. Когда-то они были моими самыми верными подругами.
Купив в пекарне неподалеку любимый папин пирог с брусникой, я пересекаю двор обычной хрущевки, захожу в подъезд и по лестнице поднимаюсь на пятый этаж.
– Ксюша?.. – тихо удивляется мама, – Почему не позвонила?
– Сюрприз хотела сделать. Папа дома?
– Дома, – говорит, кивая в сторону большой комнаты, – Футбол смотрит.
Я вручаю ей пирог и снимаю туфли.
– А Злата?
– У подружки.
Отлично. Я не могу делиться с ней своими переживаниями. Ее юношеский максимализм часто обесценивает мои эмоции. Она напоминает меня в возрасте двадцати лет.
– Мам, я решила работу поменять, – заявляю сразу.
– Как?.. – ахает она, – Почему?
Я захожу в тесную ванную и подставляю руки под струю теплой воды.
– В нашей компании кризис. Уже начались сокращения.
– Ты говорила, вам пришлют какого-то специалиста, который выведет ее из кризиса.
– Прислали, ага… – смеюсь, боясь напугать ее, – Росса. Моего бывшего.
Мама округляет глаза и прижимает ладонь ко рту.
– Да ты что?! Его?!..
– Угу…
Смываю пену, закрываю кран и вытираю руки мягким полотенцем. Они немного дрожат, зараженные маминой нервозностью.
– Господи!.. – выдыхает она, оглядываясь в сторону комнаты, из которой доносятся громкие крики футбольных фанатов, – Ты его видела? Вы говорили?
– Да, – отвечаю сразу на два вопроса.
– Он специально вернулся? Он знал, что ты там работаешь?..
– Нет, конечно!..
– Ну, странное совпадение, согласись?..
Мама, как и любая нормальная мать, на моей стороне. Ее хорошее к нему отношение сменилось на ненависть сразу, как только она узнала, что он бросил меня. Прошло пять лет, а она все еще уверена, что когда-нибудь мой бывший станет кусать локти, рыдая о том, что потерял меня.
– Просто совпадение, – говорю, выходя из ванной и направляясь к папе, – Так бывает.
– Что он тебе сказал?
– Ничего особенного, – оборачиваюсь я, – Ничего не изменилось мам. Он не хочет видеть меня. Я не хочу видеть его.
– Мерзавец, – доносится до меня тихое.
Мама видела, как мне было плохо тогда. А я видела страх в ее глазах, когда она боялась, что однажды со мной случится непоправимое.
Поэтому я оправдываю ее обиду на Росса, она имеет на нее право.
– Привет, – склоняюсь над диваном, чтобы поцеловать отца в щеку.
– Ксюшка пришла!.. – отвлекается от телевизора.
– Какой счет?
– Ай!.. – раздраженно машет рукой, – Кривоногие! Мяч как в первый раз видят!..
– Я пирог с брусникой привезла. Идем чай пить!
– Я сейчас… заварите свежего пока, – возвращает взгляд к экрану, – Десять минут, Ксю…
Я иду на кухню и помогаю маме накрыть на стол. Поглядывая на меня, она все время часто вздыхает.
– Правильно, – проговаривает наконец, – Надо менять работу.
– Я разослала свои резюме.
– Увольняйся, не жди, когда предложат что-нибудь другое…
– Нет, мам…
– Ксюша, беги от него, – давит голосом.
– Я его не боюсь.
– Тебе так кажется…