Ликвидация 1946. Дилогия (СИ)

  
Ликвидация 1946. Том 1
   
Глава 1
 
Звонил мой начальник, майор Слава Жарков.
— Слушаю, — произнес я без особой радости.
— Игорь, приезжай, — начальник попусту слов не тратил.
— В контору?
— Да, — и отключился.
Сидевшая рядом на диване жена разочарованно вздохнула:
— Ну вот, как всегда. Типичный романтический ужин чекиста…
  
Я понимал ее расстройство, но слабости позволить не мог.
— Марина, — промолвил мягко, но веско. — Ты же понимала, за кого выходишь замуж. Не за бухгалтера или продавца детских игрушек…
Обнял ее, вдохнув прелестный запах духов, чисто вымытых волос…
— А ты же уже вина выпил, — вспомнила жена. — Все равно сядешь за руль?
— Такси возьму. Всё. Уже заказываю. Времени нет.
— У тебя никогда его нет…
— Времени вообще нет. Есть вечность. И любовь. Понятно?
Она не ответила. Надулась и отвернулась.
Ну что ж, потом разберемся. Вернусь с цветами и каким-нибудь подарком. Не впервой.
Я быстро оделся и вышел из дома. Мысли мои были уже в кабинете майора Жаркова.
В чем дело — я, конечно, догадывался.
По агентурным каналам мы получили информацию, что в нашем регионе может оказаться диверсионная группа. Операторы дронов. Залегендированы под несколько экипажей дальнобойных фур. Вот это считалось достоверно установленным, а больше ничего. Но вот, кажется, нашлось что-то еще, раз Слава срочно вызвал…
Через полчаса я уже был в кабинете Жаркова. Вся группа на месте, ожидали меня.
— Ну вот и в сборе, — сказал Слава. — Внимание сюда!
И развернул на столе карту области.
Электронные носители в этом плане он терпеть не мог. Всегда пользовал старую добрую картографию, которая шелестит, пахнет типографской краской… Считал, что так надежнее.
— Смотрите, — произнес майор, жалом карандаша коснувшись перекрестка двух федеральных трасс километрах в тридцати южнее города. — Поняли, где и что?
— Так там же этот… кемпинг! Мотель для дальнобоев! — обрадованно воскликнул старлей Копылов. — Название… как же оно, черт…
— «Урожай», — подсказал я.
— Точно! Он самый, «Урожай».
— Все верно, — подтвердил Жарков. — Так вот: есть информация. Две фуры. «Вольво» и «Ман». Номера псковские. Регион 60. Должны там встать на ночлег. Часа примерно через полтора.
— Почему псковские? — удивился коллега, капитан Руденко.
— Спроси, что полегче, капитан, — хмуро ответил майор. — Потом над этим думать будем. Сейчас задача — проверить. И взять, если подтвердится. Имейте в виду, там волчары еще те. Не ботаны в очочках, да с планшетками. То есть в планшетах, в электронике этой сраной они тоже мастаки, но и рукопашка, и стрелковая подготовка… Короче, серьезные ребята.
— Они-то волки, — хохотнул Копылов, — а мы-то волкодавы!
— Мы гончие, — жестко усмехнулся Жарков. — И кстати, о волкодавах. Группа захвата будет. Это решено. Теперь о деталях…
…Через час мы подъезжали к «Урожаю». Две неброских не очень новых легковушки: «Хендай-Солярис» и «КИА-Рио». Мы с Копыловым — в «Соляре», в «Рио» — остальные. Подрулили к мотелю с разных сторон, с разницей минут в десять, типа — две совершенно разные машины, случайно оказавшиеся на стоянке, проголодались люди, решили перекусить…
Кафе тут работало с полной нагрузкой. Людно, шумно, весело. Музыка, звон посуды, хохот, мат. Семь-восемь фур, с номерами самых разных регионов стояли на площадке, иные с распахнутыми дверями, водилы шустро сновали туда-сюда. Видно было, что они уже расположились на ночлег, предвкушая расслабуху, бухалово, а возможно и баб — как плечевых, так и привозных.
Буду песни вам петь про судьбу и разлуку,
Про веселую жизнь и нелепую смерть…
Разносился на всю округу проникновенный баритон незабываемого шансонье Михаила Круга.
Я заметил, как оживился и заерзал Артем за рулем.
— Ты смотри-ка, — сказал он, — веселуха тут… А «кишка» наша — вон она уже, на месте!
Так он называл КИА.
И резко газанул. «Соляра» рванула как ошпаренная, лихо, по крутой дуге залетев на стоянку.
— Тише ты! — прикрикнул я. — Шумахер, тоже мне… Хочешь, чтобы все пялились на нас⁈
Моторы наших скромных с виду машинок, конечно, были подработаны ФСБ-шными умельцами так, чтобы на кратковременном форсаже срываться как ракеты. Да, после таких фокусов движки и ходовку приходится перебирать, а то и вовсе отправлять в металлолом — но… искусство требует жертв.
Копылов, посмеиваясь, аккуратно припарковался. Я все-таки счел нужным продолжить воспитание:
— Ты в детстве не наигрался что ли? Всё пионерская зорька в одном месте трубит?
— Да ладно тебе, — добродушно отмахнулся он. — Давай лучше похавать возьмем!
Я огляделся. Что-то «Газели» не видать. И на дороге тоже. По идее, должны бы подъехать… По плану — почти одновременно с нами. Но пока не видать…
— Похавать, говоришь? Нет уж! Шаурму из кошек, что ли?
Артем расхохотался:
— Да ну, ты скажешь, товарищ капитан! Но уж, если на то пошло, возьмем что-нибудь вегетарианское. Пирожки с картошкой! С капустой, с яблоками…
Я нехотя усмехнулся. Про кошек-то пошутил, а у самого кошки на душе скребли. Худые мысли сами лезли в голову.
Почему от звонка Славы у меня возникло скверное предчувствие? Почему так напряглась Марина? Почему Миша Круг, царство ему небесное, запел про жизнь и смерть⁈
И я вновь осмотрелся. И увидел, как метрах в трехстах с перпендикулярной трассы сюда к нам медленно, тяжеловесно заворачивают одна за другой две здоровенные фуры. Первая — с красной, скорее даже вишневой кабиной, вторая с белой.
Конечно, отсюда не разглядеть ни марок, ни надписей, ни номеров, но тем самым безошибочным шестым чувством я угадал, что это — они.
И взгляд Артема как магнитом потянуло туда же.
— О! — воскликнул он. — А это часом не наши клиенты?
— Увидим, — бросил я, уже все зная.
Огромные машины ненадолго набрали ход. У красной под ветровым стеклом стали различимы буквы MAN, у белой на черной облицовке радиатора обозначилась фирменная косая черта серебристого цвета. «Вольво».
— Они!.. — выдохнул Копылов.
МАН замигал правым поворотником, через секунду то же сделал «Вольво».
Тренькнул мой смартфон.
«Внимание!» — написал мне Жарков. Я в ответ кинул ему восклицательный знак: принято!
Мягко переваливаясь, МАН съехал с шоссе на площадку, за ним последовал второй тягач. У обоих на номерах значился номер региона 60.
— Мы псковские… — гнусавым голосом вдруг протянул Копылов, вспомнив древний фильм «Мы из Кронштадта». — Ну что, прощупаем их, командир⁈
— Погоди, встанут, — процедил я.
Фуры остановились. Погасли габариты. Пассажирская дверь МАНа приоткрылась.
— Я пошел, — сказал я. — Смотреть в оба!
— Почему ты⁈ — вскинулся Копылов. — Давай я, командир!
— Отставить! Слушать мою команду. Всё ясно?
— Так точно… — недовольно пробормотал он.
Я твердо убежден, что в нашем деле самые сложные задачи командир должен брать на себя, а не перекладывать на подчиненных. Нет, разумеется, на рожон не лезть, показной отвагой не кичиться. Это не храбрость, это глупость. А вот взять на себя решение боевой задачи, лично выяснить обстановку, своими, а не чужими глазами ее увидеть — вот это необходимо.
Шел, пытаясь одолеть нехорошее предчувствие. Оно так и грызло душу. Ну так что теперь, сказать, что оно сильнее меня⁈ Да хрен тебе, предчувствию! Я делаю, что должен, и значит, пусть будет то, что будет! Вот и все.
Приоткрытая дверца МАНа почему-то долго не открывалась, а потом все-таки открылась, и оттуда тяжеловато спрыгнул наземь крепко сбитый мужик среднего роста…
  
Вот это поворот… Да я ж его знаю!
Ну как знаю… Проверял лет десять назад, совсем в другой области, в другом городе. По наводке внештатного агента, соседа по дому. Причем агент сам не знал толком, вроде бы и придраться не к чему, но он был дядька сверхбдительный, даже чересчур, ему на ровном месте могли мерещиться шпионы. И вот он зудел: этот тип снял квартиру… живет тихо, почти никуда не ходит, к нему никто не приходит… это подозрительно… Ну и, черт возьми, поддался я, взял местного участкового, припугнул неразглашением, пришли мы под видом проверки паспортного режима. И вправду, не придерешься. Странно, конечно: живет холостой молодой мужик в полупустой неухоженной квартире, тише воды, ниже травы. Да, взгляд угрюмый. Отвечает односложно, неохотно. Ну и что? Формально-то чист! Частный предприниматель. Чего предпринимает, непонятно, да ведь это его дело… Конечно, я бы так просто тему не оставил, но через неделю осведомитель доложил, что сосед съехал. И всё. И след пропал.