Гвихоль. Том 1. Красные чернила смерти

Сончхоль, по дуге обойдя алтарь, приблизился ко мне и за запястье потянул к выходу.
– Пойдемте… – шепнул он.
Я сумела лишь кивнуть, с болью смотря на того, кто, как я почти не сомневалась, был агви [25].
Мы поспешно обулись и выбежали на улицу.
– Тот агви… он опасен?
Мой голос подрагивал, но страх в сердце уже погас, оставив лишь тлеющие угли сожаления. Я содрогалась от одной только мысли об участи того человека. Не хотелось даже представлять себя на его месте.
  
– Ты так быстро ушел. Нет, я знаю, что эти духи опасны, но для людей. Ну, мы тоже люди, но сейчас как бы в мире духов…
– Я понял, – натянуто улыбнулся Сончхоль. – Мне просто показалось, что вы испугались. А еще… да, для нас подобные духи не представляют такой угрозы как для живых… в мире живых. Но вот привязаться к нам этот агви мог.
– А-а… – понимающе протянула я. – Понятно. Нам бы пришлось все время искать ему еду.
– Именно. В какой-то степени жаль эту душу, но перспектива вечно пытаться утолить его неутолимый голод меня не прельщает.
Его голос вновь прозвучал как-то глухо.
– Эй, Сончхоль-а, не унывай! – Я слегка толкнула его в плечо. – Прорвемся. Я же говорила, что буду тебя защищать, так что не бойся. Особенно за меня. И особенно из-за какого-то агви.
Сончхоль как-то странно на меня посмотрел, и я непонимающе приподняла брови. Но не успела что-либо сказать, как на его лице вновь затеплилось легкое веселье.
– Ничего себе, госпожа Хван. Вы не просто смелая, но и такая отзывчивая.
– Отзывчивая? – нарочито удивилась я. – Не обольщайся, просто ты мне нужен. Как гид.
Сончхоль коротко рассмеялся:
– Я явно не лучший кандидат на эту должность.
– В любом случае единственный, – заметила я. – Хан Ханыль, к примеру, готов был проводить меня разве что на тот свет.
Я фыркнула, вспомнив этого психа.
– Выберемся отсюда вместе. И тогда надо будет обязательно встретиться! – продолжила я, выбросив злящие меня мысли о том ненормальном, словно мусор. – Ты где живешь?.. Кстати! – воскликнула я, даже не дав Сончхолю возможности ответить. – Мне надо найти мой дом! Проверить его! И маму…
Сончхоль заметно напрягся.
– Давайте повременим с этим… – протянул он и огляделся по сторонам. – В этом месте со временем проблемы, но по некоторым признакам все же можно понять хотя бы время суток. Вы наверняка и сами заметили, что уже если и не ночь, то поздний вечер.
– Да. И? – Я посмотрела на Сончхоля в ожидании объяснений.
– Ночью куда опаснее. Гораздо больше лис, да и духи выбираются из укрытий. Кто-то пострашнее агви или сон-гакси… Так что лучше дождаться утра.
– То есть в этом мире, где вечно темно и две луны, ночь делится на ночь и день? – скептически поинтересовалась я.
– Как бы то ни было, в то время, когда ночь в мире живых, опаснее становится и здесь.
– Ясно… – вздохнула я. – Тогда надо найти, где переночевать. Сомневаюсь, что здесь есть отель для призраков.
– Странно прозвучит, особенно в первые часы знакомства, но можете переночевать у меня, – явно пытаясь подавить улыбку, предложил Сончхоль.
Я смерила его снисходительным взглядом:
– Шутить пытаешься? Или смутить меня?
– Не думаю, что второе у меня бы получилось.
– Первое тоже, – заявила я. – Переночевать у тебя? То есть ты живешь где-то поблизости?
– Да. Я же сказал, что часто бываю в этом зале прощания. Как раз потому, что нашел себе жилье неподалеку.
– Отлично! Тогда веди, – кивнула я.
Сончхоль с готовностью указал в нужную сторону, и мы быстрым шагом направились дальше.
Возможно, то была сила самовнушения… или же паранойя… но мне показалось, что на улицах действительно стало мрачнее, что атмосфера стала более гнетущей, полупрозрачным черным дымом клубясь в посеребренном луной воздухе. Словно из-за углов и сквозь черно-желтые дыры окон за мной кто-то наблюдает, быстро прячась, стоит только повернуть голову. Что кто-то дышит в затылок, и лучше идти, не оборачиваясь… если не хочешь увидеть что-то лишнее.
Нужный дом действительно оказался близко: по моим ощущениям мы не прошли и двух километров. Правда, больше половины пути нам пришлось то и дело подниматься в гору по длинным цепочкам ступеней.
Нависающие друг над другом и жмущиеся друг к другу дома, череду которых то и дело прерывали уходящие то вверх, то вниз узкие темные переулки, сеть проводов над головой, идущий волнами асфальт, а где-то лишь потрескавшийся бетон, совсем уж редкие фонари – всем этим район очень напоминал мне тот, в котором жила я. Правда, в моем лестницы не были настолько высокими и крутыми…
Интересно, призраки чувствуют усталость? Потому что я просто валилась с ног.
Сончхоль остановился и, кивнув в сторону нужного дома, вошел через приоткрытую калитку, после чего поднялся на расположенную перед входом в квартиру небольшую площадку второго этажа. Двери ожидаемо не было, и Сончхоль бесшумно скользнул в темную квартиру.
Я осторожно прошла следом, тут же оказавшись в крошечной комнате с диваном, столиком перед ним, парой забитых вещами узких стеллажей и старым телевизором. В стенах темнели дверные проемы, и лишь в одном тускло горел свет лампы. Заглянув в ту комнату, я резко подалась назад, из-за чего запнулась и едва не упала. Сончхоль подхватил меня под локти, но сразу отпустил, стоило мне восстановить равновесие.
– Так в этом твоем убежище кто-то живет? – невольно перейдя на шепот – недовольный шепот, спросила я.
– Справедливости ради, это не в моем убежище кто-то живет, а я устроил себе убежище в чужой квартире, – поправил меня Сончхоль. – Пойдемте в ту комнату.
Я бросила еще один взгляд туда, где на расстеленном на полу тонком матрасе лежал мужчина без лица, и поспешила следом за Сончхолем.
Во второй комнате никого не оказалось – к счастью. Здесь стояли небольшой диван, шкаф, пара полупустых навесных полок и парта, на которой идеально ровными стопками были разложены тетради, учебники и канцелярские принадлежности. Единственное, что выбивалось из общей картины строгого порядка, – перевернутая вниз изображением рамка для фото на столе.
– Можете не переживать, – заговорил Сончхоль, неловко замерев посреди комнаты. – Тот человек сюда не заходит. И здесь никого не бывает.
– Какое облегчение, – пробормотала я.
Подойдя к столу, я прикоснулась к учебнику по математике… и едва не подпрыгнула на месте, когда мои пальцы скользнули сквозь твердую обложку и чуть потрепанные страницы.
– Ничего себе… – выдохнула я. – К такому я не скоро привыкну. Хотя в любом случае не собираюсь привыкать! – добавила я таким тоном, словно меня возмутили собственные слова.
Теперь я толкнула придвинутый к парте стул… но тот остался стоять как ни в чем не бывало.
– Эх, это и стремно, и прикольно одновременно, – заключила я и протянула руку к упавшей фотографии. Почему-то мне очень захотелось поднять ее и восстановить идеальный порядок на парте. Хотя теперь я понимала, что не сумею. – А почему он сюда не заходит?
– Это комната его младшей сестры. Она училась в средней школе, но погибла. Ее сбила машина.
Я дернулась назад. Мне стало не по себе. Не просто не по себе… одновременно горько, неловко и жутко.
Я понимала желание Сончхоля найти место, где можно пережидать ночь и просто вынужденно пожить. Более того, такое место, куда не будут заглядывать безликие… Но при этом…
Мы занимаем комнату погибшей девушки? Причем в доме ее старшего брата, судя по словам Сончхоля, не пережившего в полной мере эту трагедию…
  
– Ты серьезно? – едва ли не простонала я.
– А что мне было делать? – Сончхоль, скрестив руки на груди, посмотрел в сторону. – Не жить же на улице, рискуя стать ужином для кровожадных лис… Или жертвой какого-нибудь не менее кровожадного духа… Выбирать особо не приходилось.
– Но почему ты не живешь в своей квартире?