Сладкий дикий рай

– И все же мне кажется, что вы симпатизируете им, лорд Камерон.
– Пока мы одни, зови меня Джейми. Да, верно, мне нравятся индейцы. У них остро развито чувство собственного достоинства, и многие из них – мирные люди. Просто нельзя забывать, что это народ с совершенно иной, самобытной культурой, что для них верховным божеством является Окус, злобный кровожадный демон, и чтобы его умилостивить, они охотно приносят в жертву собственных Детей.
  
– Ну что ж, будем надеяться на то, что округ Карлайл сможет отразить любую атаку, – провозгласил капитан. – А теперь скажи-ка, Джейми, что еще я должен доставить на борту моей старушки?
– Да, конечно, капитан… – Камерон явно замялся, но все же докончил: – Купи мне хорошую просторную кровать с мягкой периной – из тех, что делают в Лондоне.
– А как насчет шелковых занавесок и полога?
– Это в колонии?.. – рассмеялся Джейми. Он подумал и решительно сказал: – Да. Купи все, что положено. Женщинам нравятся все эти финтифлюшки, верно?
– Ее светлость непременно оценит такое внимание, я уверен.
– Вот как? – с сомнением буркнул Джейми, и у Джесси сжалось сердце: столько горечи было в этих словах.
– Вы мудро выбрали себе жену, милорд. Она прекрасная женщина и не ударит в грязь лицом в Новом Свете. На это у нее хватит духу.
– Точно так же считаю и я.
– Она не хочет туда ехать? – Не хочет, но поедет.
– Ах, милорд, вы в этом уверены?
– Если она не поднимется на борт «Сладкого рая» сама, то тебе придется доставить ее связанной, в дерюжном мешке. Как угодно, но она должна попасть в Виргинию. А там посмотрим – может, я сам отошлю се обратно. – В его звучном голосе внезапно послышалась невероятная усталость. – Может быть, жизнь вдали от нее покажется мне избавлением, на этот вопрос ответ даст только время.
Джесси приросла к полу в коридоре, пылая как маков цвет. Когда разговор в кабинете коснулся индейцев, у нее в жилах застыла кровь. Она оцепенела, и ей едва не стало дурно. А потом, когда заговорили про нее, ее снова бросило в жар.
Мужчины беседовали еще какое-то время, но вскоре капитан собрался уходить. Джасмин, испугавшись, что ее застанут за подслушиванием, приникла спиной к стене. Но капитан не заметил скрытую в полумраке фигурку. Как ни в чем не бывало Хорнбн проследовал к парадной двери.
Джесси услышала, как Джейми снова звякнул графином, и подумала, что муж вот-вот выйдет из кабинета, чтобы проследовать в спальню.
В припадке безотчетного ужаса она опрометью кинулась вверх по ступеням. Не смея отказываться от обязанности проводить ночи в хозяйской спальне, Джесси лелеяла несбыточную надежду на то, что однажды сумеет достаточно убедительно притвориться спящей, так что Джейми оставит ее в покое.
Упрямые застежки и крючки на платье никак не желали слушаться. Скидывая с ног туфли, она думала было позвать Молли, но побоялась тратить на это время. Отчаянные попытки взять себя в руки и успокоиться ни к чему не привели. Ее била нервная дрожь. Изо всех сил вцепившись в спинку кровати, она старалась дышать глубоко и ровно, но стоило закрыть глаза – и перед ее смятенным взором маячила толпа индейцев: голые, размалеванные дикари скакали вокруг костра и бросали в пламя куски тел несчастных пленников…
Дверь в спальню распахнулась. Джесси подскочила на месте и с ужасом уставилась на входящего. Это был Джейми. Бархатная бровь надменно поползла вверх, и небрежная улыбка выразила его недоумение по поводу того, что благоверная супруга все еще не заняла свое место на брачном ложе.
– Ты до сих пор на ногах?
– У меня запутались шнурки на корсете…
– Позвала бы Молли.
– Да, конечно, так я и сделаю.
– Ничего страшного. – Он уже двинулся в ее сторону – Джесси отшатнулась, избегая его прикосновений.
– Я справлюсь сама.
– Нет, не справишься, стой смирно.
Джейми моментально расстегнул платье, а потом не спеша отошел к столу, налил изрядную порцию густой янтарной жидкости в стакан и уселся, закинув ноги на столешницу и не отрывая глаз от жены.
– Прошу, – промолвил Камерон. – Продолжай сама.
– Если бы в тебе была хоть капля порядочности, ты бы потрудился выйти, пока я…
– Порядочности во мне нет ни на грош, а ты к тому же моя жена. Если тебе все еще требуется помощь – только скажи, и я к твоим услугам.
Тихонько чертыхнувшись, Джесси повернулась к нему спиной, но и тогда ощущала на себе его пронзительный взгляд, от которого душа уходила в пятки, а непослушные пальцы тряслись еще сильнее. Но вот наконец ей удалось содрать с себя тесное платье, и оно небрежно полетело прямо на пол. Скинув нижнюю юбку, Джесси обнаружила, что Молли заранее приготовила для нее ночную рубашку, но выбрала нечто воздушное, розовое, с кружавчиками и оборочками я возмутительно низким вырезом. Джесси сердито скомкала рубашку – поздно искать что-то менее вызывающее – и потянулась к шнуркам на корсете. В это мгновение Джейми оказался рядом. Он распустил шнурки, и корсет с шелестом сполз к ее ногам. Джесси невнятно пробурчала что-то вроде «спасибо», и Камерон вернулся к своему креслу за столом и выпивке. Прежде чем снять тонкую нижнюю сорочку, Джесси наполовину накинула ночную рубашку и лишь после этого рассталась с нижним бельем. Разозленная, испуганная, она и думать забыла про то, что осталась в чулках и подвязках, и шмыгнула в самый угол кровати, чувствуя, что сердце вот-вот выскочит из груди. Там она затаилась как мышь и долго ждала, пока Джейми встанет из-за стола. Было слышно, как он снимает камзол и башмаки, и Джесси зажмурилась изо всех сил.
Но в спальне вдруг стало необычно тихо. Измучившись от неопределенности, она решилась приоткрыть глаза. Муж стоял над ней и караулил каждое движение. С торжествующей улыбкой Джейми положил руку ей на грудь, и оба услышали, как бешено бьется ее сердце.
– Заснула? – на удивление мирным тоном осведомился он. У него в руке по-прежнему был бокал с виски. Камерон успел скинуть с себя всю одежду, кроме панталон.
Джесси не удостоила его ответом, ее возмущало овладевшее Камероном настроение. Он вел себя грубо, цинично и к тому же злоупотребил спиртным.
Джейми взял жену за подбородок. И стал вертеть туда-сюда, всматриваясь в застывшее лицо.
– Ну, где же она, та девица? – хрипло прошептал он.
– По-моему, ты пьян, – брезгливо отвечала Джесси.
– Разве? Милая, без виски жизнь стала бы невыносимой. Тебе тоже следует выпить.
– Я не желаю.
: – Ты не желаешь выпить вместе со мной? У Джесси мелькнула мысль, что ему придется отойти к столу, чтобы налить бокал и для нее. – Хорошо, я выпью.
– Прекрасно. – Он действительно вернулся к столу и налил еще один бокал.
Джесси не спускала с него глаз. И осторожно выбралась из постели, полагая, что оставаться там слишком опасно. Но тут же выяснилось, что лучше бы уж ей вообще не трогаться с места. Проклятая ночная рубашка скорее обнажала, нежели прикрывала ее прелести, и она обнаружила эту ошибку слишком поздно, заметив, как зажегся взгляд Джейми, обернувшегося к ней.
Но он не набросился на нее как дикий зверь, а просто протянул ей бокал. Джесси взяла его, отвернулась и прошла к подоконнику. Створки окна были распахнуты настежь, чтобы впустить ласковый летний ветерок. Он приятно овевал ее с ног до головы.
Джесси не слышала и не чувствовала, как Джейми под. ходит к ней вплотную. И оттого испуганно вскрикнула, когда ее обняли сзади за талию, подняли и усадили на подоконник. Стиснув зубы, она ждала, пока Джейми шарил по ее бедрам, расстегивал подвязки и снимал чулки. Он медленно, осторожно скатывал их по чуткой коже, и Джесси потрясла сила разбуженных им ощущений. Ее испуганные глаза встретились с его взглядом, и в индигово-черной глубине зажглось неистовое пламя страсти.
  
– Так где же она? – настойчиво спрашивал Камерон. – Могу ли я достучаться до нее?
Джесси застыла от страха, но Джейми не обратил на это внимания. Джесси машинально, одним глотком выпила виски. Оно жидким огнем скатилось по горлу далеко вниз, туда, где удивительным образом встретилось с ласковыми пальцами, и от слияния этих двух ощущений произошел взрыв, потрясший ее с головы до ног.