Мой единственный грех

 ГЛАВА 7. 
Закрытое крыло…
Торчащие из–под двери пальцы…
Боже…
Я задрала голову и сощурилась от палящего солнца. Солнцезащитные очки не спасали.
– Эй!!! – меня окликнул женский голос. – Смотри куда идешь!!!
Покружившись на месте, я поняла, что затоптала нежнейшие цветы приглушенного лавандового цвета.
– Простите, я…
Прижала сумку к животу и замерла.
  
– Они цветут только раз в сезон!!! – завопила девушка с короткими кудрявыми волосами и столкнула меня со своих «деток». Присела и чуть ли не со слезами на глазах принялась собирать выжившие под моими подошвами стебельки и бутоны.
– Извини, я не хотела. Я задумалась и не увидела. Я все оплачу. Сколько скажешь.
Кудряшка встала, утерла нос запястьем и посмотрела на меня сквозь призму ненависти.
– Сколько скажу? Прям так?
– Да. – Я кивнула и подняла очки на макушку.
– Полмиллиона слабо?
Я отрицательно повертела головой. Цветочница усмехнулась громко и повернулась ко мне спиной.
– Проваливай, пока не пришел мой брат и не устроил тебе гладиаторские бои.
Впервые за два часа я отчетливо разглядела дома, будто уменьшающиеся в размерах, в зависимости от того, насколько высоко они располагались на горе. Песчаный берег с лазурным морем. Набережную с всевозможными ларьками, в которых помимо уличной еды, предлагали приобрести сувениры, украшения, произведения местных мастеров и…цветы…
Сердце дрогнуло.
Я столько времени бродила в тумане, не видя реальной жизни.
От обиды закусила щеку и выдохнула.
– Ну, уходи, кому говорят!
Вновь прошипела кудряшка и встала за прилавок под белый навес.
– Я могу что–нибудь купить? – я полезла в сумку за кошельком. – Вот этот букетик можно?
Ткнула в ворох дивных розочек. Они были не похожи на обыкновенные садовые розы. Лепестки плотно закручены к центру, а непередаваемый пудровый оттенок – само совершенство.
– Луиза Одье? – выгнула бровь обиженная цветочница. – Их хотите?
– Я не разбираюсь в сортах. – Пожала плечами и извинительно улыбнулась.
– Ты что?! – она обогнула прилавок. – Луиза Одье — это же редкий вид. Относится к Бурбонской группе. По другой классификации к Старинным розам. Эти крошки настоящие королевы!
– Да, мне сразу понравились.
Я коснулась сочных лепестков и улыбнулась задумчиво. Цветочница вынула из ведерка, обтянутого шпагатом одну розочку, и поднесла к моему лицу.
– Вдохни этот аромат.
Но мне не нужно было вдыхать. Сладкий запах с ванильным шлейфом проник мне в нос и осел на гортани. Я сглотнула. Тело наполнила непривычная легкость.
– Потрясающе…
Я прикрыла глаза на секундочку. Когда открыла их, увидела хмурую продавщицу, которую я ранее оскорбила своей невнимательностью.
– Так уж и быть, – хмыкнула она, – продам тебе один букетик.
– Я рада. Извини меня, еще раз. Я правда не хотела вредить тем малышкам.
Кивнула я на загубленные цветы.
Она молча упаковала розы в крафтовую бумагу, перевязала розовой лентой и протянула мне. Я в ответ деньги.
– Не подскажешь, где можно выпить что–нибудь прохладительное? – спросила я, наслаждаясь чарующим букетом в руках.
– Тут за поворотом есть прикольное кафе. Там вкусный мохито можно выпить.
Я оглянулась. Улица кишела людьми. Даже голова помутилась.
– Спасибо…
– Ты не местная что ли? На вид вроде наша. Южанка.
– Просто меня целый год не было в городе. Кое–что забыла.
Кудряшка подошла к мужчине за соседней торговой точкой, что–то прошептала ему быстро и вернулась назад.
– Идем, я тебе покажу. Но чур, ты оплачиваешь мой перерыв.
– Договорились. – Я широко улыбнулась.
Мы пробились через народ, свернули за угол и вошли в заведение в исконно средиземноморском стиле. Благодаря работающим кондиционерам, воздух здесь был градусов на десять ниже, чем снаружи.
Я заметила пустой столик и предложила кудряшке занять его. Она по дороге подхватила меню и с не очень радостным видом приземлилась на плетеный стул с низкой спинкой.
– Я Рута, – сказала я, присев напротив, – а ты?
– Ника. Не Вероника, а Ника. Как богиня.
– Очень приятно. – Я заложила сумку за поясницу, а букет разместила на столе.
– Не могу сказать то же самое.
Фыркнула Ника и уставилась в ламинированную карточку.
– Не злись на меня. Это моя первая поездка в город после…возвращения. Я как слон в посудной лавке.
За панорамным стеклом мелькнул мой телохранитель. Верный орёл Деметриса. Я постаралась скрыть нахлынувший дискомфорт. Как и Ника взяла меню и принялась читать названия освежающих коктейлей.
– Сколько тебе? – вдруг спросила она.
– Двадцать.
– Хм, – выпятила губы, – мне тоже. Где–нибудь учишься? Работаешь? Хотя, потому что ты готова была отвалить полмиллиона за розы, ты явно в деньгах не нуждаешься и можешь позволить себе всё, что пожелаешь.
– В самом деле, я с отличием окончила частную школу и почти поступила в университет…
Я щелкнула ногтем пластиковый уголок меню и заострила внимание на напитке с мятой. В составе еще был огурец.
– Почти? Ты передумала?
– Мои родители…– я не нарочно захрипела. – Мама сильно заболела, а папа…
Ника часто заморгала. А после ее чистый взгляд замер на мне. Я даже успела различить оттенки зеленого в голубой радужке. Подумала о своих глазах. Они ведь зеленее свежей травы. Мама не раз говорила о моей волшебной природе. По ее мнению, я дитя из древних мифов. Ослепительно рыжее существо с выразительными глазами.
Была.
Теперь мое прошлое еще дальше, чем прежде.
А мама, по словам Деметриса, в конец потеряла рассудок…
– Я сирота. – Услышала я от Ники. В лоб. – Мои родители погибли, когда мне было семь или восемь.
– Мне очень жаль. – Я положила меню и посмотрела на нее с сочувствием. Сестры постоянно смеялись над моими умениями строить жалостливые гримасы. Считали, я пользовалась этим, норовя добиться лишней порции десерта или новой игрушки.
Опять же с приставкой «до».
Когда я уже вспомню о случившемся «после»? Когда прозрею?
– Давай уже что–нибудь закажем. Мне еще надо распродать по меньшей мере десять букетов, чтобы оплатить съемную квартиру в этом месяце.
– А где ты берешь цветы?
Ника с воодушевлением рассказала мне об оранжерее одной пожилой тетушки, живущей на окраине Даркхилла. И как я поняла, она помогала ей распродавать созревшие экземпляры. Получала за это приличный процент. Плюс, имела возможность ухаживать за прекрасными созданиями в свободное время.
Я не заметила, как пролетели полчаса, и как мы покинули кафе, на ходу допивая свои коктейли.
– Обязательно напиши мне вечером. – Ника крутанулась на пятках и пошла задом. – Поболтаем, о чем–нибудь.
Ее искренняя улыбка вселила в меня робкую надежду на дружбу. Мне бы очень хотелось общаться с ней дальше. Но у меня не было телефона…
– Хорошо. Если…
– О, черт! – она подавилась газированным напитком. – Что ему здесь нужно?
Я не успела обернуться. Деметрис обнял меня и поцеловал в щеку.
– Здравствуй, любимая.
Глаза Ники шокировано округлились. Готовы были вывалится из орбит.
– Привет. – Запинаясь ответила я и сбросила его татуированные руки со своей талии. – Ника, познакомься. Это мой муж.
– Кто? – ей потребовалась кислородная маска, которой не нашлось поблизости. Кожа приобрела синеватый тон.
– Муж. – Резанул воздух низким голосом Деметрис. – И прямо сейчас, я забираю свою жену, чтобы поужинать в «Эбено».
Ника нервно улыбнулась и понеслась от нас быстрее Флэша.
 ГЛАВА 8. 
– Кажется, милая цветочница ни на шутку испугалась.
  
Заявил Деметрис, когда мы сели на заднее сиденье роскошного Роллс–ройса. Тонированные и наверняка, бронированные окна скрыли нас от всего внешнего мира.
– Необязательно было появляться так неожиданно.