Корабль прибывает утром

– И тебе, Томми, – мистер Вилькинс поправил кочергой угли в печи и водрузил кофейник между ними ближе к краю.
– Я бы советовал вам сегодня тоже позавтракать на кухне, – сказал ему Томми, относя посуду к раковине.
– Да, а что случилось? – поинтересовался учитель, укладывая на стоящую над углями решетку пару кусочков хлеба, чтобы подогреть их.
– Там буйствует дух весенней уборки, он вселился в Мари. И я бы на вашем месте поостерегся.
  
Мистер Вилькинс невольно улыбнулся лучиками в уголках глаз.
– Не думаю, что все так страшно.
– О! Если бы вы видели, что она сделала с диванной подушкой, вы бы так не говорили! – воскликнул Томми, оборачиваясь уже у самой двери. – Ну все, я пошел в булочную!
– Успешного дежурства! – махнул ему рукой мистер Вилькинс, все еще улыбаясь. Он-то понимал, что если у Томми была уважительная причина ускользнуть на полдня, то у него – нет. И после завтрака ему предстояло исполнить данное Мари обещание – лишить собственный кабинет столь притягательной для его обилия книг пыли. К счастью, уборка в библиотеке была коллективной задачей.
А еще – был фонарь. Помимо мытья окон, как ему рассказал Томми, они регулярно мыли линзы и стекла фонаря. Хотя сам маяк официально был выведен из эксплуатации, Томми и Мари тут сходились во мнении, что его надо держать в надлежащем виде.
– Это не такое простое дело, как кажется, – вещал на днях Томми, – важно выбрать пасмурный день, а то я как-то дырку на рубашке прожег и сам не заметил!
– Конечно, – кивнул учитель, – ведь в осветительном аппарате используются линзы.
– Так вы знали, что наш маяк жжется? – поразился Томми, полагая, что раз он живет здесь дольше, то должен и знать больше.
– Не только ваш маяк, и не только маяк. Это свойство линзы, она перенаправляет пучки света. Может собирать, может рассеивать, зависит от ее формы. В вашем случае она собирает рассеянный свет от фонаря в направленный пучок, чем усиливает дальность этого пучка. Даже маленькой линзой, например, лупой можно и огонь разжечь. А у вас крупный оптический прибор. Разумеется, с ним надо обращаться с осторожностью.
Об усилении луча света Томми, разумеется, уже читал в одной из книг о маяках, но почему-то совершенно не думал, что это может быть связано с его давнишним ожогом. Но теперь все встало на свои места. Тогда мистер Вилькинс пообещал объяснить ему подробнее законы оптики, и как работает маячная линза, хотя это был материал старших классов.
Томми пробежал через лес, несколько раз чуть не навернувшись на скользкой от недавних ливней тропинке, оставляя на ней неглубокие борозды от пяток, и влетел в булочную. Задняя дверь, ведшая на кухню, уже была отперта, и помещение наполнял запах свежего хлеба.
– Привет, Мэгги! – Томми поспешно переобулся, чтобы не оставить по всей кухне буроватых глинистых отпечатков и, ополоснув руки, поспешил помочь девочке извлечь из печи первую партию пышущих разрумянившимися боками хлебов. – Ты уже тут вовсю хозяйничаешь!
– Да вот только хлеб пока успела поставить и начала сладкое тесто замешивать, – смутилась девочка, выкладывая хлеба на поднос. – Томми, ты не пройдешься тряпочкой по полкам и прилавку в зале? Я как пришла, сразу выпечкой занялась – боялась не успеть.
– Конечно, – кивнул Томми. – Но ты слишком много беспокоишься – четверть часа роли здесь не играет.
– Но кто-то приходит за хлебом к самому открытию, – пояснила Мэгги, – мы же не можем заставлять их ждать.
Томми пожал плечами и отправился к прилавку, полагая, что отношение ко времени и очерченность его границ в таком маленьком городке несколько отличается от шумных быстрых крупных городов, чем его это место и привлекало. Малую стрелку циферблата он считал скорее общим указанием, а длинную и вовсе – украшением. К тому же с такими перфекционистами, как Мари, ему было сложно опоздать куда-либо, даже если бы он захотел. Мэгги же, видимо, решила перенять и эту особенность своей наставницы.
Войдя в помещение, отделенное высокой стеклянной витриной от озаряющегося первыми лучами мира, Томми добавил искусственной иллюминации и взялся за уборку. Мари просила особой внимательности к чистоте предметов, которые могли взаимодействовать с едой. «Вот что бывает, когда человек, желавший стать медиком, становится кулинаром» – размышлял Томми, протирая полочки, которые, он уверен, были протерты Жаннет вчера после закрытия.
Вскоре появилась Мэгги с подносом и застала отложившего тряпку Томми за написанием таблички.
– А это что? – она водрузила поднос на прилавок и склонилась к написанному. – Ой, у нас новая услуга?
– Кто-то сказал, что все новое – хорошо забытое старое, – с нарочито умным видом пояснил ей Томми. – Я тут решил возродить начатую мной традицию.
– А кто будет доставлять?
– Я же и буду! – гордо заявил мальчик. – Я так уже делал год назад примерно, до прошлого Рождества, ты тогда еще к нам не присоединилась.
– А… – протянула Мэгги, – но когда же ты успеешь?
– После школы. А еще часть до школы. Тогда же успевал. А сейчас и светает раньше, чем зимой, так что еще легче. Главное, чтобы заказы были.
– Слушай… – Мэгги прикусила слегка нижнюю губу, – а ты только по Городку относить будешь?
– Ну… – Томми призадумался, вспоминая прошлый год, – так-то да, здесь что относить – одна нога там, а другая уже снова тут! А что?
– Так я вот подумала – на самом деле, доставка куда нужнее на фермах, – пожала она плечами, обошла прилавок и стала выкладывать хлеб на полку.
– Так вы же вроде там у себя сами хлеб и пироги печете. К нам заходят с ферм, но куда реже, чем городские.
– Так оно почему? Мы там у себя, разумеется, печем. Как же без этого – мы же все далеко друг от друга и от городка. Хлеб, пироги, да. А вот таких десертов, как здесь, таких булочек и эклеров… Но не у всех бывает возможность регулярно в Городок заходить. Если только кто по делам – в продуктовую лавку Хиггинса или на почту. Так заодно и к вам. Или дети, когда из школы идут. А вот если бы можно было что-то купить и получить прямо домой!
Томми оперся о прилавок, постукивая по полу ногой, словно растревоженный кот хвостом.
– Вообще ты дело говоришь. Только это будет дольше по времени…
– А ты распредели фермы по направлениям и отдаленности. Ну, например, по вторникам ты доставляешь от Смитов до О’Брайнов, а по четвергам от Эмирсонов до Нордвудов. А в какие-то дни только по городу. Я могу закинуть слух.
Поставив руки в боки, Томми окинул Мэгги удивленным взглядом:
– Я-то полагал, ты у нас только по выпечке, а оказывается! Ну с тобой Мари не прогадала.
Мэгги окончательно смутилась от его похвалы.
– Я могу тебе схему соседских ферм нарисовать, если нужно, – пробормотала она и поспешила положить на полку хлеб. – У меня там тесто… – и с этими словами скрылась на кухне.
Томми же хорошенько призадумался над ее предложением. С одной стороны – доставлять по холмам – значительно затратнее по времени, а значит – меньше возможности работать над лодкой. Но с другой – больше заказов, а значит, он скорее соберет денег на краску. К тому же, если и впрямь это многим там нужно… И потом, он может взять фермы в те дни, когда Элис допоздна репетирует. А в свободные дни они будут работать вместе, да и Сэм обещал приходить раза три в неделю. Только Кэт, похоже, с головой ушла в танцы, что и косичек не видать. Решено! Нужно выбрать дни, когда они все могут, а в другие заняться доставкой. Томми даже хлопнул ладонью по прилавку, припечатывая решение. На это дверь кухни приоткрылась, и высунулось взволнованное личико Мэгги.
  
– У тебя что-то упало?
– Ага, яблоко!
– Какое еще яблоко? – удивилась Мэгги.
– А не помнишь, нам как-то мадам Жерни рассказывала, что одному ученому яблоко на голову упало, и он вывел новую формулу или закон какой-то?
Мэгги неуверенно покачала головой.
– Не важно! – махнул рукой Томми. – Спасибо тебе за идею!
– Пожалуйста! – И она снова вернулась в объятия аромата корицы и жженого сахара.