НЛО: Она была (СИ)
Я, конечно, не дерматолог — не шарю в коже и мазях, но могу отличить куклу от человека. Даже из киберкожи. Был у меня опыт не тесного общения с одним экземпляром, точнее, экземпляршей.
Приятель, по совместительству мини-спонсор моих подкастов на ранней стадии, открывал в городе секс-шоп. Закупился в Японии самыми современными «ублажаторами-оргазматорами», а поставщики ему бонусом отправили куклу из киберкожи. Мы ее прозвали Алиной. Не помню почему.
И знаете, ощущение от этой мадам, когда на нее смотришь, а она таращится на тебя — чертовски дерьмовые. Реальный эффект зловещей долины — психологический дискомфорт из-за сильной похожести куклы или робота на человека, при наличии мелких, неидеальных отличий. Тревожно. Крипово.
— Возбуждает? — спросил меня приятель.
— Хм, да не знаю. Как труп какая-то. Чучело.
— Да ты потрогай. У нее даже подогрев есть. Во всех местах! — он задрал юбку. Трусов не было. Они валялись рядом. Какие-то странные — с дыркой. — Во япошки бонус мне закинули. Думаю, партию закупить. Как думаешь, будет спрос?
Я прикоснулся к коже на лице. И здесь промашка. Не то. Искусственная.
— Это потому что у тебя девушка есть, а представь, ты из тайги вышел и ружье дымится.
— У тебя такие клиенты, что ли? Дальнобойщики, таежники, альпинисты? Прикалываешься? — стебал я, не отрывая взгляда от мертвых глаз.
Алину купили через неделю. А еще через полгода в соцсетях прогремела новость, что чувак женился на секс-кукле. Я листал фотки и узнал нашу «японскую подругу». Может, это и была сестра, не знаю, но… все те же стремные чувства, когда смотришь на нее. Теперь вместе с женихом.
— Даже кукла нашла себе мужа. А моей подруге все мудаки попадаются. Двадцать первый век, — за чашкой кофе рассуждала моя Алиса.
— Такие побочки у современности и высоких технологий. У любого плюса найдется минус.
А потом мы занимались сексом, но я отвлекался, сравнивая реальную кожу с японской подделкой. Не мог расслабиться. Гребанные японцы со своей «Дуся-агрегат»!
Вот и в холле «Уюта» я смотрел на администратора и прикидывал: «Что, если он и есть пришелец, может, робот-андроид, кукла, поставленная сюда? Реально ли, что весь Елейск является одной большой декорацией? Шоу? Экспериментом над людьми?»
— С вами все в порядке? — спросило морщинистое лицо с безжизненными глазами. В них как дистиллированной воды налили.
— Да, мне пора! Лягу спать.
«Нужно во всем разобраться!»
Я заперся в номере. Задернул шторы. И начал свой true detective, имея только догадки, воспаленный мозг и воображение.
День 2.8
Мой дом — моя крепость? Тогда номер гостиницы «уют» — маленькая баррикада и одиночное сопротивление критического мышления общему безумию. Табличка «не беспокоить», пачка сигарет, ежедневник, ноутбук, смартфон, стикеры и зеркало, служащее доской для заметок.
Первым делом я записал все ключевые странности Елейска: про старика Семена и его фото, про Альберта с его вечеринками, артефактами, про двойные бейджики и галлюцинации на чертовом поле. Каждой хрени — своя заметка и место на зеркале. В центр приклеил стикер с черной BMW, чуть правее нарисовал квадрат на бумажке и подписал «СВИНЬИ», справа — «ИК», то есть исправительная колония. На самый верхний край зеркала прикрепил «ОНА». Имел в виду ту незнакомку в психиатрической больнице, с коей мне еще увижусь.
Далее, я решил переслушать, перечитать и пересмотреть все, что зафиксировал. По своим же заметкам я смог проследить, как менялось мое отношение к происходящему. Вначале я еще рофлю над инцидентом, через двенадцать часов сомневаюсь, к середине второго дня не доверяю яви.
До Алисы я дозвонился быстро. Я задал наводящий вопрос, чтобы убедиться, что разговариваю именно с ней. Это звучало примерно так:
— Не сочти меня сумасшедшим, но скажи, где мы познакомились?
— А я и не удивляюсь твоим приколам. Не первый год вместе. Хорошо. На встрече «Мегасваха 2015. Любви все возрасты покорны». Я туда пришла со своей теткой на минутные свидания, а ты таскал звуковое оборудование. Романтика года, блин!
— Ответ верный.
Я попросил ее не перебивать, внимательно выслушать. Уложился за пятнадцать минут, лаконично раскладывая «главы» истории по полкам, расставляя акценты в нужных местах.
— У меня есть идея. Помнишь, я рассказывала тебе про своего коллегу, который подрабатывает поисками в сети? — воодушевленно спросила Алиса. Мне стало легче от ее вовлечения в тему. — Ну, он не хакер, конечно, но шарит во всей этой теме даркнета, баз данных, сливов, lost media и тому подобное.
— Да. Круто. Хочешь попросить его что-то нарыть про Елейск?
— Угу. Не может же быть, чтобы ничего не просочилось в сеть или все подчистую удалили? Тем более, ты знаешь, что все лежит на поверхности, но люди ведут себя неадекватно.
— Я тебе говорю. Именно так. Они или смирились, или им плевать, — я постоянно вскакивал с кровати, делал круг по маленькой комнатушке и садился обратно. Забив на все правила, курил прямо в номере, стряхивая пепел в горлышко пустой пластиковой бутылки из-под воды. — Сможешь поторопиться? Я здесь буду от силы еще день-два.
Хотел добавить, о предупреждении от лысого администратора, но не стал пугать и нагнетать.
— Да. У нас скоро перерыв. Я поговорю с Тимуром.
— Люблю тебя, правда! — прижав трубку сильнее к уху, сказал я.
— И я. Пожалуйста, будь осторожен. Я переживаю за два момента. Могу не говорить, если не хочешь. А то всегда жалуешься, что я тебя приземляю.
— Конечно, говори.
Алиса тяжело вздохнула и сказала:
— Мне страшно, что когда-нибудь ты не вернешься со своих… Слова вылетели из головы. Как бы сказать? Со своих «раскопок». Не знаю, — слышал, как она волновалась. — Или вернешься тем, кого я не узнаю. Знаешь, как говорят, если очень долго смотреть в бездну, то она позовет, ответит. Не помню точно. В общем, я переживаю за твое физическое и психологическое здоровье. Ты мне нужен живой. В смысле. Ты нужен мне.
— Я понимаю. Обещаю, что…
— Не обещай. Ничего не обещай, — перебила. — Просто возвращайся скорее и не влезай глубоко. Если в том, что ты рассказал, замешано правительство, то сам понимаешь. Быть может, нас уже слушают, прямо сейчас.
— Ага. Мы же не в Северной Корее. Здесь нет пятого этажа. Если слушают, то пусть тот лысый парень принесет мне горячий шоколад в номер, — ухмыльнулся я, чтобы разрядить обстановку.
— Приколист. Ладно, раз чувство юмора у тебя еще есть, то все в порядке. Мне пора бежать. Вечные дедлайны. Прости, — я слышал, как Алису кто-то звал на заднем фоне.
— Не забудь про Тимура. Пожалуйста.
— Конечно. Целую!
«Чмоки-чмоки, розовые сопли. Но согревает».
Засунул телефон в боковой карман штанов-карго, посмотрел на зеркало и достал из рюкзака пирамиду Альберта. Загадочная штуковина. Никогда не видел ничего подобного. Вертел и смотрел на нее под разными углами, фотографировал, светил фонариком смартфона. Таинственные стрелки чеканили свой шаг и приводили меня только к одной мысли:
«Мне нужна та психичка. Только она знает ответ!»
В эту же секунду адвокату бреда перечил прокурор реальности:
— Кто тебе нужен? Сумасшедшая? Шизофреник всегда придумает годную историю под любой случай, ты ему хоть пирамиду покажи, хоть фигу.
— А что тогда делать? Просто сидеть сложа руки, укатить из города утром?
— Я бы сделал так! Зачем искать на жопу и еще здравый рассудок приключения?
— Скучно живете. Мы созданы для того, чтобы заглядывать в темные углы, обозревать необозримое, покорять глубины и вершины.
— И для «Премии Дарвина» тоже.
— Смешно. Но, что если бы никто не рискнул погрузиться в темные воды? Что, если бы страх взял верх над желанием летать? Или изобретатель бы боялся взрыва при запуске первого парового двигателя? Мы бы так и сидели в пещерах, гонялись за дикими кабанами, прикрывая гениталии листиком?