Измена. Подари мне мечту (СИ)

Да уж и Астон Мартин точно не в кредит куплен.
– Рузанна? Завтрак готов, – окликает меня Роза.
– Спасибо, я быстро поем и поеду, – заходя на кухню сообщаю ей.
– А чего быстро? Вы можете не торопиться.
– Да я в принципе оставаться не собиралась. У нас с Матвеем Осиповичем сугубо деловые отношения, – зачем-то сообщаю.
Аха, дама в беде и её спаситель – так себе делишки! – иронизирует альтер-Руза, сдувая невидимые пылинки с обкусанных в нервном истощении ногтей.
  
Роза качает головой, но более никак не комментирует. Хотя по вздоху определяю, ей вроде как, жаль.
Может, она из тех экономок, что воспринимают своих нанимателей, как сыновей? В лучших традициях бразильских сериалов, так сказать. Дона Роза… Кормилица, важная женщина в жизни главного героя. Не знаю, какие отношения у Матвея с матерью, да и есть ли она вообще. Из нас двоих только он в курсе моих семейных дел, а я что о нём знаю?
Да ничего…
Эта мысль поражает меня так, что я перестаю жевать.
Реально ничего о нём не знаю… Он ведь не рассказывал о личном. Мыслями и взглядами на жизнь делился, в лёгкую снял дорогой номер в отеле, квартира вовсе в комментариях не нуждается. А ещё у него в команде отличные, как он утверждает, адвокаты. И в этом я тоже почему-то не сомневаюсь.
Бросаю взгляд на Розу, думая, может, расспросить её о хозяине? У меня почему-то ощущение, что она этого только и ждёт.
Но… мысль прогоняю, как назойливую мошкару, предпочитая остаться в рамках обозначенных ролей: случайной гостьи и отличного повара.
А овсянка… овсянка великолепная.
Главный приём пищи для меня – это завтрак. Он всегда очень плотный и сытный. Может, домоправительница Матвея удивляется, когда я съедаю всё до последней крошки, закидываюсь бутербродами и литром кофе. А потом ещё и нектарин из вазочки беру.
Кстати, очень сочный и сладкий. Хотя в это время года в супермаркетах лежат безвкусные и деревянные, один чёрт знает, где и на чём выращенные.
– Пальчики оближешь, – выдаю и реально слизываю сок с указательного, понимая, что выглядит это крайне некультурно. – Видимо, у Матвея не только личный сомелье, но и зеленщик… фруктовик? Поставщик, короче, – не найдя точного определения отмахиваюсь. – Роза, спасибо за обалденный завтрак, а мне пора.
– Может, на обед что-то с собой захватите?
Поглядываю на неё с подозрительностью.
– Хотите, чтобы у меня был повод сюда вернуться? Контейнер там завезти?
Она смеётся, отмахиваясь, и пока собираюсь, серьёзно готовит пакет с едой. Решаю не возражать. Раз предложение поступило – не отказываться же? Тем более, у меня нет ни сил, ни желания готовить самой, а на ресторанной еде долго не протянешь. Приедается.
С какой-то жалостью я покидаю квартиру Матвея.
И обидой что ли… Откуда это вообще? Я ведь собиралась ночью уехать, а теперь мне жаль, что он куда-то рванул, не предупредив и даже записки не оставив. Мог бы сообщение прислать или позвонить. Завтрак – это, конечно, хорошо, но хотелось бы какого-то личного присутствия…
Стоп… стоп!
Торможу себя.
Какое к чёрту личное присутствие? О чём это я? Вот буквально вчера не хотела переступать порог его квартиры… Хотела! Хотела! – поправляет внутренний голос.
Не хотела! – отрезаю твёрдо.
А сейчас размышляешь о грёбанном невнимании к своей персоне?
Качая головой и не веря в собственные мысли, захожу в лифт, нажимаю на первый этаж, но вскоре лифт останавливается и лишь громкое «Руза!» привлекает внимание к вновь вошедшему в двери человеку.
– Аня?
Приходится даже поморгать, чтобы удостовериться, что мне не привиделось.
На ней белый облегчённый пуховик и золотистая шапочка с помпоном. Кукла натуральная. Рука застыла на полпути к сумочке. Наверняка, за телефоном лезла.
Лифт продолжает спуск.
– Ты что тут делаешь? – бросаю коротко.
– У меня тут брат живёт. Ты же в курсе. Кхм… неожиданная встреча. Уж и не думала тебя встретить.
– Рановато ты в гости заходила.
– Скорее поздновато. А ты… что тут делаешь? Тоже у кого-то в гостях была? – с хитрецой интересуется.
В этот момент мы тормозим на первом этаже и выходим в холл.
– У меня братьев нет, как знаешь.
Больше ничего не говорю, отворачиваюсь и собираюсь двигать к выходу, но следующие слова Ани меня притормаживают.
– Ты классная, Рузанна. Мне даже жаль, что так получилось. Мне действительно нравилось дружить с тобой.
Смешок я даже не сдерживаю. Вот курица наглая!
– Но спать с моим мужем тебе нравилось больше.
– Ты же сама знаешь, какой Рома… Нереально перед ним устоять.
На губах её улыбка, на лице – мечтательное выражение.
– Нам ещё обсудить интимные достоинства моего пока ещё мужа не хватало.
– Ну ему не долго им оставаться, – весело добавляет.
Может, ждёт, что я спорить начну, только мне всё равно. Было бы за кого бороться!
– Да забирай… только в очередь встать не забудь. Там вперёд тебя проскочить хотят, – намекаю на первую (или хрен знает какую) любовницу Ромы.
– О… – отмахивается Аня. – С ней мы вопрос уже решили. Нормальной суммой отступных.
– Алиментов, ты хотела сказать? На Вадичку?
Анька пожимает плечами.
– Как хочешь называй.
– Что ж… умная женщина, как оказалось. Она, в отличие от некоторых, понимает, что, выбирая между Ромой и деньгами, лучше выбрать второе.
Подмигнув Аньке на прощанье, удаляюсь, оставляя последнее слово за собой. Сомнительное достижение, конечно, но не суть.
Только в середине дня меня настигает осознание, что Аня к брату-то не с утра приехала!
Аня – разнеженное инфантильное существо, никогда не поднимается с кровати раньше одиннадцати. Аня нигде не работает, она вечный студент: сначала университета, затем бесконечных курсов (дизайна, флористики, полимерной глины, правополушарной живописи и так далее). С чего это она при параде уезжает от брата с самого ранья? Не потому ли что приезжала с вечера, что бы… Что бы что? Чтобы, например, застукать меня вместе с Ярославом и более гибко и быстро провернуть наш развод с Романом, задокументировав мою измену?
С этой мыслью я вырываюсь на улицу. Снаружи тепло и слякотно, каблуки отбивают ритм от кирпичного цвета брусчатки, которой выложено придомовое пространство.
Да нет… бред. Зачем им это? Рома, если верить Ярику, итак у неё в кармане. Куда он денется с подводной лодки? Он нанятый управленец у её брата, скоро Ане в руки капнет какой-то процент владения фирмой, а Рома… Рома снова на коне и снова хозяин. Пусть не полновластный, но вполне себе официальный. Так просто его уже с должности директора не турнёшь.
А там ребёнок, семейное счастье, короткий поводок в руках любимой жены. Идиллия словом.
Он то пока и не знает, что я в курсе. Решил в благородного сыграть, убеждает, что разводиться не хочет. Ну это пока до конца меня не обдерёт, что ли? Надо выяснить, что ещё из моего наследства принадлежит мне. Пока что принадлежит…
Ноги сами по себе приносят меня в магазин. В элитных жилых комплексах располагаются только элитные супермаркеты. Тут на кассах работники складывают товары в пакеты и несут до машины покупателям, а те их благодарят щедрыми чаевыми. Я «стреляю» зарядку у продавца, чтобы включить телефон и заказать такси. Привыкнув к любым капризам клиентов, он с улыбкой мне её предоставляет, а я прошу кофе и жду машину.
Всю дорогу до дома обмозговываю план действий, а ещё…
Ещё вспоминаю сегодняшнюю ночь и Матвея. Его иронию, его участие, его желание помочь.
И заботу тоже…
Пускай он умчался по делам с утра, но ведь подумал обо мне.
Не придумывай, чего нет. Это Матвей, а его внимательность где-то там в джентельменской крови. Он бы так по отношению к любой девушке поступил, – одёргивает внутренний голос.
  
Но по словам Розы «любых» в этой квартире не бывало, я первая.
Улыбаюсь проплывающим за окном такси проспектам и отрицательно мотаю головой. Не надо… не надо считать себя особенной. Это неверные мысли.