Перекрестки миров. Том 2 (СИ)

  
Глава 9
 
Утренний сеанс связи с командованием прошел в атмосфере легкого, но вполне стабильного сюрреализма. Сизая дымка от догорающих костров еще стелилась по растоптанной, пропитанной кровью поляне, когда Корнев, устроившись на броне головного «Тайфуна», натянул на ухо гарнитуру рации. Капитан честно и без купюр вывалил в эфир всё, что думает о точности разведданных с дальних БПЛА, о тех мудаках, которые спутали больше сотни вооруженных до зубов ушастых ублюдков с «небольшим отрядом», и о перспективах сдохнуть в этом лесу из-за чьей-то кривой аналитики.
  
Комбриг Алексеев выслушал матерные рулады ротного, как ни странно, молча. Никаких привычных рыков в духе «отставить панику» не последовало. А когда Корнев, выдохнув, доложил о результатах зачистки и, главное, о спасенных хвостатых девках, тон полковника и вовсе сменился с настороженно-официального на почти ласковый.
Оказалось, там, наверху, в уютных штабных модулях, большие дяди, что носят лампасы на штанах, уже давно чесали свои седые репы, пытаясь родить план: как бы наладить хоть какой-то вменяемый контакт с местными аборигенами. Желательно с теми, кто не носит римские тоги, не кидается ледяными копьями и в целом будет лоялен к представителям российской армии. А тут такой роскошный, можно сказать, эксклюзивный подгон прямо в руки. Целая делегация спасенных от изнасилования и смерти дочерей этого самого Великого Леса. Осталось только повязать на них подарочный бантик и доставить по месту прописки.
Приказ Алексеева прозвучал предельно четко, без вариантов для маневра. С этой секунды разведрота прекращает изображать из себя карательный отряд и плавно переквалифицируется в вооруженный до зубов эскорт. Задача: обеспечить доставку «пушистого груза» домой, в целости и сохранности, по возможности — построить глазки местным старейшинам и закинуть удочку на предмет союзнических отношений, ну или чего-то подобного, капитану смотреть по обстановке, он же умный, поэтому, сможет правильно расставить буквы.
Корнев стянул гарнитуру и тяжело вздохнул, потирая переносицу. Пальцы пахли порохом и чужой кровью. Из боевого офицера и командира разведроты, его на глазах переводили в няньки с дипломатическим уклоном.
— Ну что там, кэп? — подошел Казанова, на ходу дожевывая сухой галет. — Медали дадут или опять чпокнут без вазелина?
— Дадут. Догонят и еще раз дадут, — буркнул капитан. — Мы теперь служба доставки. Собирай народ, будем выдвигаться.
Ависса, старшая из спасенных кошек, терпеливо ждала неподалеку, кутаясь в трофейный плащ. Когда Корнев подозвал ее и, безбожно коверкая построение латинской речи, обрисовал новый план действий, она лишь радостно дернула пушистыми ушами. Ее глаза, еще ночью полные затаенного ужаса, сейчас блестели вполне прагматичным огоньком. Девушка тут же нырнула в кучу барахла, оставшегося от мертвого командира рейдеров, и победоносно выудила на свет божий кусок плотного, грязного «пергамента».
Это была карта, причем волне неплохо составленная с хорошим масштабом. Ависса расстелила ее прямо на ребристой броне колеса «Тайфуна» и уверенно ткнула обломанным когтем в хитросплетение зеленоватых линий.
— Вот здесь, — она подняла на Корнева взгляд. — Тайные тропы, остроухие не знают их все. Если пойдем здесь, под кронами, мы дойдем до нашего поселения дня за три… Максимум четыре. Никто не заметит.
Корнев окинул взглядом подруг Ависсы. Девчонки сидели на поваленном стволе, сбившись в кучу. Изможденные, с синяками на лицах, сбитыми в кровь босыми ногами. Каждую вторую била легкая дрожь, то ли от холода местного утра, то ли от пережитого ужаса и словленного отходняка. В охренительных спринтерских способностях этой команды мечты капитан сомневался примерно так же, как в существовании Деда Мороза, процентов эдак на сто один. Три дня по бурелому с этими заморышами легко превратятся в неделю кровавых мозолей и остановок каждые сто метров.
— Тайные тропы, значит, — задумчиво протянул капитан, разглядывая пергамент. — Идея хорошая. Но есть нюанс.
— Значит так, Сусанин в юбке, — Корнев ткнул пальцем совершенно в другую часть карты, туда, где широкой полосой была обозначена грунтовка, отдаленно напоминающая местный тракт. — Мы поедем вот здесь. Там, где есть хоть какое-то подобие дорог.
Ависса непонимающе захлопала длинными ресницами. Ее уши нервно прижались к голове. Она начала сбивчиво, перескакивая с латыни на свой родной шипящий диалект, доказывать, что этот огромный крюк растянет их увлекательное путешествие чуть ли не на декаду. Что там открытое пространство, что там могут быть разъезды римлян или, что еще хуже, крупные банды, а то и, собственно, другие отряды ушастых рейдеров.
Капитан лишь криво усмехнулся. Объяснять этой барышне разницу между марш-броском на своих двоих по козьим тропам и ездой на мягких, амортизирующих сиденьях многотонного «Тайфуна» было делом неблагодарным. Да, по карте это крюк. Но для дизеля в пятьсот кобыл, это лишь вопрос разницы в десяток часов уверенного хода, а не недели ковыряния в грязи.
— Мои железные коробочки по вашим тайным тропам не пролезут, — жестко, рублеными фразами пояснил он, хлопнув ладонью по зеленой броне. — А бросать их здесь я не собираюсь. Поедем с комфортом. Всё, дискуссия закрыта.
Ависса, поняв по тону, что спорить с этим странным человеком бесполезно, обреченно махнула рукой. Смирившись с идиотской, на ее взгляд, логикой пришельцев, она пошла собирать свой пушистый табор, раздавая девчонкам короткие, резкие команды.
Тем временем на другом конце импровизированного лагеря разворачивалась локальная катастрофа сугубо личного характера. Леший, матерый разведчик, способный перерезать глотку часовому так, что тот даже не поймет, что случилось, сейчас выглядел как школьник на первом приеме военной медкомиссии, где старая дева грубым голосом приказывает снять трусы и убрать руки, а то ничего не видно.
Мелкая деваха по имени Лисея, та самая, которой Ланцет ночью всандалил конскую дозу уЗбаГаительного, пришла в себя. Но химия, помноженная на особенности инопланетного метаболизма, дала абсолютно непредсказуемый эффект. Девчонка намертво, как клещ-переросток, вцепилась в разгрузку взводного. Она висела на нем, обвив его ногу своим длинным хвостом, и включила режим турбо-мурчания на максималках. Звук был такой, словно у Лешего в кармане работал небольшой трансформатор.
— Мля, да отцепись ты! — краснея и бледнея одновременно, шипел Леший, пытаясь аккуратно, чтобы не сломать тонкие пальцы, отодрать руки мелкой, которая вцепилась в него с недетской силой. — Док! Ланцет, сука, сделай что-нибудь! Ты кого из нее слепил⁈
Девчонка лишь довольно жмурилась и перехватывалась за стропы, стоило Лешему отцепить одну её руку. Казанова, стоявший метрах в пяти, ржал так, что сгибался пополам. Он уже успел достать свой защищенный смартфон и теперь нагло снимал этот цирк на видео.
— Давай-давай, Леший, сопротивляйся! — утирая слезы, комментировал связист. — Для бригадной стенгазеты это будет эксклюзив века! «Суровые будни разведки: смерть от затискивания». Я это видео за ящик нормальной тушенки замполиту продам!
— Я тебе этот телефон в жопу засуну и на вибровызов поставлю, — прорычал взводный, окончательно отчаявшись оторвать от себя Лисею.
Плюнув на политес и понимая, что время уходит, Леший так и поперся к машинам. Он шагал тяжело, вразвалочку, неся на себе лишние сорок килограммов абсолютно счастливой, влюбленной кошки, которая терлась щекой о холодный пластик его рации. Бойцы, мимо которых он проходил, давились смехом, отворачиваясь, чтобы не схлопотать от взводного по зубам.
  
Корнев, наблюдая за этой процессией, только покачал головой. Дурдом на выезде.
Погрузка хвостатых барышень в броневики напоминала попытку запихнуть стаю диких кошек в пылесос. Девушки с откровенной опаской косились на лязгающие металлические двери, инстинктивно принюхивались к резкому запаху соляры, жженого сцепления и оружейной смазки. Для дочерей Леса эти мастодонты выглядели пугающе. Но стоило колонне тронуться, набирая крейсерскую скорость по накатанной грунтовке, как объективный страх и опасения сменились на абсолютно щенячий, неконтролируемый восторг.