Чужая жена. Пари для графа (СИ)
Повернувшись к Алексу, я театрально сложила руки на груди и томно произнесла:
- О, мой рыцарь. Нет слов, чтобы выразить мои сердечные слова благодарности. Когда я ехала в столицу, я была настроена предосудительно, считая это место средоточием греха и разврата, как рассказывали гостившие в нашем поместье путешественники. Однако вместо этого я увидела просвещенное общество, прогрессивных взглядов, без предвзятых и осуждающих пережитков прошлого. И я безмерно вам благодарна, ваша светлость, что сочли меня достойной войти в вашу семью, и стать частью большой столичной семьи. До сих пор не верится, что мы завтра принесем клятвы и вручим друг другу кольца…
Сказала, и выдохнула. Весь мой запал, как рукой сняло. Не знаю, что скажет Алекс в свое оправдание, а я сделала все, что могла, в этой ситуации, чтобы спасти право сестры на удачное замужество и честь нашей семьи.
Приглашенные аристократы тем временем постепенно отмирали. Дядюшка молчал, лишь изредка бросая взгляд на Алекса, видимо представляя, как тот будет ему отсчитывать пять сотен золотых. Я так и видела блеск золотых монет в его глазах.
Прошло минут десять, а никто не осмелился начать разговор первым, видимо боясь навлечь императорский гнев на свою голову.
Императрица о чем-то сосредоточенно думала, а потом признесла:
- Ну, что ж, примите искренние поздравления с вашей помолвкой. Не верится, завидный холостяк страны, отказавшийся когда-либо скреплять себя узами брака, вдруг женится. Подойди ко мне, девочка, дай-ка получше тебя рассмотреть.
Я послушно шагнула вперед и с надеждой подняла глаза. Наши взгляды схлестнулись в безмолвном поединке за внимание одного мужчины. Женщина присматривалась, изучала меня, словно маленького ребенка. Затем императрица усмехнулась и хотела что-то сказать, но в этот момент одна из фрейлин торопливым шагом подошла к ней и что-то прошептала на ухо.
Императрица изменилась в лице и очень внимательно на меня посмотрела.
- В связи с новыми обстоятельствами, ваша свадьба состоится сегодня!
- Что?! – воскликнула одновременно с Алексом.
- Эмма, девочка, сожалению, у меня для тебя плохие новости. Твой отец скоропостижно скончался.
Я отчаянно завертела головой и зажала уши. Не может быть. Не может быть этого!!! Слезы одна за другой непроизвольно катились вниз.
Алекс было дернулся вперед, ко мне, но остановился и вернулся обратно на свое место. Императрица посмотрела на него с осуждением и покачала головой.
- Если не сыграть свадьбу сегодня, то из-за траура придется отложить ее на три года. Однако учитывая щекотливую ситуацию, свидетелями которой мы стали, единственно возможным выходом является помолвка и свадьба сейчас, при стольких свидетелях. И возражений я не потерплю. – Нетерпеливо императрица махнула рукой, когда Алекс сорвался со своего места и попытался что-то ей обьяснить.
Я все отмечала это непроизвольно, краем глаза. Мое сердце и мысли были далеко отсюда. А глаза застилала мокрая пелена.
Помню, как подбежал ко мне дядя Брик, фальшиво обнял и начал говорить какие-то слова поддержки, потом подхватил под руку и подвел к Алексу. Тот тоже что-то говорил, но мне было все равно. Потом Алекс протянул руку и надел мне на палец кольцо.
Мой дядя стоял рядом и, управляя моей рукой, шустро надел кольцо на руку Алекса. Императрица что-то там говорила. Затем подошел Император, как глава страны, имеющий право заключать и расторгать браки своих верноподданных, произнес долгую и видимо торжественную речь, так как лица присутствующих светились от благоговейного восторга.
Запомнился тягучий взгляд, которым скользнул по моей фигуре Император, задержавшись в районе груди. Я поежилась. Но он продолжал смотреть прямо, не смущаясь, и не скрывая своего нездорового интереса.
Поджарый, в годах, начинающий лысеть, Император производил впечатление жесткого, даже сказала бы жестокого циничного человека, не терпящего отказов и возражений. Я вздохнула. Посещать балы более я не планировала, так что вряд ли у нас есть шанс когда – либо вновь с ним пересечься.
Когда все формальности закончились, Алекс что-то объявил присутствующим, поклонился и направился к выходу, не оборачиваясь и не позаботясь обо мне.
Сил подняться у меня не было. Я продолжала сидеть на скамье, облокотившись о стену, со стеклянным взглядом уставившись вперед. Отдать должное дядюшке, пытаясь произвести на присутствующих хорошее впечатление, он кружился вокруг меня, ни на шаг не отступая и не оставляя без присмотра. Или возможно пятьсот золотых грели его душу.
Взяв меня под руку, практически таща на себе, он довел меня до кареты, где расположился Алекс, и помог взобраться внутрь.
- Будь послушной и покорной, как и подобает благочестивой жене. – прошептал он мне на прощание, помахав рукой.
28. Эмма Престон
После спешно состоявшейся свадьбы, Алекс прям из императорского дворца привез меня в свой столичный дом.
Мне выделили просторные гостевые покои, чтобы я могла привести себя в порядок. А к вечеру привезли вещи из дома бывшего жениха. Причем привез их лично Максимиллиан, и пытался со мной поговорить, принести соболезнования и попросить за что- то прощение, но Алекс наорал на него и грубо выставил на улицу.
В смятении я провела ночь, а наутро попросила нового мужа разрешить встретиться с дядей, чтобы вместе с ним отправиться в отчий дом и сопроводить отца в последний путь. На удивление, Алекс ни пререкался, ни спорил, ни выяснял отношения.
Он ограничился кивком и сухим пожеланием удачной дороги, выделив мне двадцать золотых, чтобы я могла заказать карету на обратный путь и могла останавливаться на постоялых дворах.
Взяв с собой лишь вещи первой необходимости, я отправилась к дяде, а оттуда - к себе домой. Весь путь мы провели в тишине. Никто из нас не проронил ни слова, думая каждый о своем.
Сейчас, когда боль немного притупилась, все мои мысли занимала старшая сестра. После смерти отца, поместье и все земли теперь принадлежат дяде. Зная его характер, моя сестра осталась бесприданницей, без крыши над головой. И я должна была как-то это исправить.
Я написала ей письмо с предложением пожить у нас в столичном доме, уверена, Алекс не откажет в этом. Заодно отправила двадцать золотых, выданных мне еще моим отцом. Ей они сейчас нужнее.
На второй день мы добрались до нашего поместья. Церемонией занимался дядя и наша экономка. Сестра почему-то не приехала, и меня это сильно встревожило. Если не объявится в течение ближайших трех дней, обращусь к Алексу и попрошу разрешения съездить к ней в пансион.
Как только все необходимые мероприятия были завершены, а память отца почтена, я попросила у дядюшки дозволения задержаться в отчем доме. Он сначала было завозмущался, но экономка уверила, что дополнительная пара рук не лишние. И меня уставили с условием уборки комнат и двора.
Вот так я стала служанкой в собственном доме. Но меня это не смущало, и было не в тягость, наоборот отвлекало от грустных мыслей. Кроме того, рядом с домом мне было легче пережить боль утраты, да и Алекса видеть лишний раз желания не возникало.
Так прошло полгода. Алекс не возражал против моего проживания в поместье и не настаивал, чтобы я вернулась. Я немного успокоилась и потихоньку стала выходить в свет, а не прятаться в своей комнате в свободное от работы время.
Кстати, сестра вышла на связь. Возле пансиона размыло дороги, и более пяти дней не было связи с внешним миром. Поэтому известие о смерти отца ее достигло тогда, когда церемония была закончена.
Узнав, что всем в доме командует дядюшка, Ольга отказалась покидать пансион, переживая, что дядя на правах старшего в семье может отозвать уплаченные ранее за обучение золотые. А ей осталось доучиться полтора года.
Но всему, будь то хорошее или плохое, приходит конец.
В один из дней дядя Брик вызвал меня и сообщил, что он намерен жениться на молодой баронессе, а той совершенно не хочется видеть падчерицу у себя под боком. Поэтому он дал мне трое суток на сборы, и ни днем больше.