Страшный прапор. Дембель (СИ)
Нашелся. Да не один. К тому времени, когда мы с Юхаем вынесли из грота ящик с ифритами, на площадке у входа стоял старенький, но надежный армейский Ми-24, а в небе нарезали круги две пары Ка-51, охраняя район с воздуха. А когда мы прилетели в аэропорт Бухары, на взлетке стоял новенький Як-200, сверкая свежеокрашенными углеволоконными крыльями.
Ифритов на взлетке пересчитали, сфоткали, запротоколировали, после чего я захлопнул крышку, и лично опечатал ящик. Рядом легли печати городского Мака, МинЮста и КГБ. Крутые молчаливые парни, боевые маги из Второго Управления, приняли ящик, и занесли в самолет. Ящик весьма нелегкий, кстати, изнутри свинцом выложен, уже в него пробковые контейнеры вложены. Весьма и весьма качественная работа, но абсолютно безликая.
- Так, товарищи, сейчас все ко мне. Пишем рапорта, обстоятельно, не спеша. После подписываем соглашение о неразглашении, и свободны. – Рашидов бодр как электровеник. Даже нас с Юхаем не трогает. Пока, по крайней мере. С другой стороны, хоть тресни, поступить иначе мы не могли. Покажешь слабину нежити – проблемы будут такие, что и ифриты могут показаться мелочью. Причем по всему Союзу, информация среди немертвых разлетается мгновенно.
Так что еще два часа писанины, сдача ее строго под роспись в журналы, строгие бланки о неразглашении. Ну, бюрократия вечна. С другой стороны, у меня итак допуск «особая папка». Не значит, что мне кто-то спешит доносить сведения такой степени секретности, просто я пару раз работал в операциях такой степени. Раз попал, коготок увяз.
- Уф, все. – Довольно откинулась Рано, мы с ней как-то незаметно перешли «на ты». Хорошая дамочка, большая умница. Но жила явно в стеклянном доме, многому удивляется. – Аким, ты обещал объяснить, почему все золото так легко осталось тебе, и никто вообще этим не интересуется?
- Хм…- Я вопросительно посмотрел на Рашидова, но тот отрицательно покачал головой.
- Нет, Аким, объясняй ты. Учись учить, если хочешь стать наставником.
- Ладно. Смотри, Рано, как ты думаешь, сколько золота может потребоваться магу-артефактору для создания приемного контура «Венца Кощея», не к ночи будь помянут. Это артефактное устройство связи, позволяет общаться с личами на дальних расстояниях, в десятки тысяч километров. – Я поглядел на недоуменно пожавшую плечами дамочку. – От ста до семисот килограмм. Венец – система антенн-концентраторов, очень многое зависит от местности, плотности магического поля, состояния ионосферы, солнечной активности… и притом – артефакт разовый, сутки активного использования, и золото испаряется. Потому маги относятся к золоту как к расходникам. И да, никогда не знаешь, когда оно тебе потребуется, потому стараемся запасать побольше. Нам золото как финансовый инструмент безразличен, тот же «Венец» в финансовом отношении стоит несколько миллиардов долларов, я делал подобный на Аляске в девяносто седьмом, штаты нашей казне заплатили два миллиарда, золото было американским. Они лича к Луне запускали, и попали в Солнечную вспышку, н могли связаться иным способом. Я был ближайший артефактор, способный сработать такую штуку. Не, кубинцы тоже могли, и гаитяне. Но гаитяне золото украдут, американцев проклянут, а вуду такая штука, нехорошая. А кубинцы сразу отказались. А у американцев не было артефактора, имеющего опыт выделки подобного артефакта. – Я развел раками, и потянулся. – Ладно, мальчики-девочки, самолет уже сел, небось. Но мы про него вряд ли услышим, и слава богам. Дальше, как обычно, награждение непричастных и наказание невиновных. Да, товарищ майор, забегались, да и некогда было. Так. - Я взял с разрешения Рашидова лист бумаги, и нарисовал кроки местности. – Смотрите, отсюда мои фамилиары заметили артефактное наблюдение за входом в грот. Сами видите, около четырех километров, наблюдение неактивное, передачи нет. Судя по всему, съем данных производит закладчик артефакта. Работайте, коллега.
- Спасибо. – чекист аккуратно уложил лист в папку, и откланялся.
Ну а я тоже поехал домой, наконец-то.
Интерлюдия четвертая.
Интерлюдия четвертая.
Погасла панель с Председателем, и следом одна за другой более мелкие с начальниками региональных отделений.
Начальник регионального отделения узбекского КГБ генерал-майор Пантелеев вытер взмокший лоб, и открыл бутылку холодной «Ташкентской». Такой заполошной недели он не припомнит с момента ввода ограниченного контингента в Афганистан. Благо, что там не задержались – зашли, выжгли скверну, грохнули демона и вышли. Повезло.
Кстати, действующее лицо все то же, Власов. Правда, ныне гражданский, но все он же. Надо же, на блюдечке преподнес капсулы с четырьмя ифритами, и сведения о еще четырех капсулах в каком-то месте Союза.
Эта новость поставила раком все спецслужбы страны, и изрядно напугала остальной мир. Те же американцы наблюдают за строго секретными чрезвычайными действия с огромной опаской. Похоже, информации об ифритах пока не утекла. Уже хорошо, вазелин получится съэкономить.
Потер ладонями лицо, встал и пошел в комнату для совещаний.
- Товарищи офицеры. – негромкий гул голосов сменился грохотом отодвигаемых стульев, личный состав оперативных и аналитических групп встал, приветствую генерала.
- Вольно. – Скомандовал он, усаживаясь на поворотное кресло.
- Вольно. – Повторил зам, и добавил. – Садитесь, товарищи.
- Итак, что у нас по ифритам? – Пантелеев обвел взглядом сотрудников, и кивнул начальнику аналитического отдела. – Сафар Шавкатович, докладывайте.
- Товарищ генерал-майор, ищем. Зарылись в архивах, задействовали курсантов четвертых курсов Высшего общевойскового командного и студентов-добровольцев ТашГУ выпускных курсов. Естественно, под подписку, и строго в общих фазах. Приходится просматривать каждый с шестьдесят шестого года, после землетрясения архивы выносили в спешке, много чего намешали. Новостей пока никаких. Да и, если честно – вероятность находки около нолевая. Саиитдин-хан и его банда была уничтожена в тридцатом году, личность курбаши была установлена и захоронена отдельно от общей могилы нукеров, с соблюдением норм шариата. Так что про отсылку ифритов в Центральные районы тогда ничего не было известно, мы бы в любом случае об этом знали. Даже после чисток основные направления почти не пострадали.
- Почти. Ищите, товарищи, ищите. Товарищ Лавров, что у вас по артефакту около грота? – Генерал повернулся к старшему одной из опергрупп.
- Судя во всему, установка старая, минимум сороковых годов, по крайней мере, наши артефакторы утверждают именно это. Подобным образом наблюдательные артефакты не делают уже очень давно, разработаны намного более компактные и менее заметные модели. И еще, мы подняли квадрокоптеры, и тщательно осмотрели местность вокруг закладки. Такое впечатление, что к артефакту никто не подходил минимум два года. По крайней мере, именно так складывается картинка из-за заносов палых прошлогодних листьев и выросшей травы. То, что козы объели, то и убрано. Часть кустов мешает наблюдению, и им минимум год. Пока установлено наблюдение, артефактное и электронное. Группы захвата наготове, сменяют друг друга посуточно. Доставляются по ночам, на коврах-самолетах. Местные не в курсе.
-Товарищ генерал, а если задействовать некроманта? – Поднял руку из заднего ряда молоденький лейтенант в смешных круглых очках, буквально месяц назад приехавший из Уфы. – Могила Саиитдин-хана известна, вызвать и допросить дух?