Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

Кузня, Аэродром, Посад — там вооружены все, люди находятся за крепкими стенами, каждый дом — настоящий блокгауз, в Посаде староста провел с товарищем Гонтой уже две тренировки действий личного состава по тревоге. Одновременно по сигналу поднимается кадрированный состав взводов, а это практически все мужчины Замка. Получают свое оружие в оружейке дежурной части и поступают в распоряжение офицеров согласно расписанию. Мангруппа в составе взвода — по графику — в постоянной боевой готовности. На ГАЗ-66 уже установлен один из ДШК, что позволяет говорить о наличии серьезной для данного периода боевой техники. Еще один ДШК и ДПМ установлены на угловых башнях, по диагонали — северо-западной и юго-восточной. По мере поступления стальных листов с главным инженером была достигнута договоренность об установке на этих постах противопульных защитных модулей. Раз у нас появится металл, примем меры к защите уязвимых точек анклава.
  
— Один ДШК, по моему распоряжению, пока в резерве, — пояснил я.
— Дальше… Радиоэфир сканируется двумя станциями в круглосуточном режиме и на всех частотах. Запись всего подозрительного начинается автоматически. Работа радиоинженера выше всяких похвал — скорей всего, Вотяков лучший радист планеты, мы первые освоили эфир. Планировать и проводить такую операцию, как нападение на анклав «Россия», без радиообмена — есть признак полного военного непрофессионализма. Наш радист, — капитан обернулся к демонстративно надувшемуся Вотякову, — после разговора с Алексеем Александровичем был назначен наводчиком-оператором ДШК кругового сектора обстрела, установленного на донжоне. Пост снабжен ПНВ, стереотрубой, ручной сиреной. Еще одна в башне над дежурной частью.
Еще. «Арабы» — пока без уточнений — интересуют замок как потенциальная угроза, но пока никак не интересуют как военная цель. Мы не планируем первыми начинать боевые действия, и тем более проводить операцию вторжения. Однако после обустройства Заостровского потенциал разведки будет усилен, и по мере сбора данных будут приниматься тактические или стратегические решения. Пока что задача военного планирования, если дойдет то того, — не допустить выхода арабов к Волге, вплоть до нанесения неприемлемых для любого анклава потерь, и слежение за ними после удара… У меня все. Теперь, наверное, стоит сообщить о последних разведсведениях, Командор? — капитан вопросительно посмотрел на меня.
Я кивнул в сторону радиста, сидящего на уже излюбленном месте в углу. Хоть многое еще и не проверено, точные расчеты нужны, но пора доводить.
— Юрий Федорович, доложите нам, пожалуйста.
— Я коротко и почти без комментариев, еще мало данных, — встал Юра. — Итак, вчера вечером состоялось две связи, сегодня ночью три. Я говорю об устойчивой информативной связи с радиообменом, попытки и настройки были зафиксированы раньше. Сейчас хорошее прохождение после магнитной бури. Так… Ну сначала вот это, как я представляю, самое важное, — он посмотрел в свой журнал.
— Французы! Сигнал устойчивый, но связь на тройку. Координаты передали, находятся к западу от нас, за Волгой, примерно в трехстах километрах, точнее посчитаете… я сказал навскидку. Отделены от нас степью и еще одной рекой, гораздо меньшей, метров двести шириной, назвали Сеной, ну а как же… Радиста зовут Анатоль, Толик, в общем. Многого он не скажет, но вот что уже есть:
Первое. Про арабов они знают, слышали, пока не сталкивались, но крепко готовятся.
Второе. Арабы гуляют между нами, заходят по степи с севера.
Третье. На Сене их нет в пределах разведанного пространства.
Четвертое. Анклав французов поначалу назывался «Республика-VI», но потом переименовали во «Францию».
Пятое. В качестве «первичного раздражителя» в самом начале им добавили «французских арабов». Только у нас горцев было трое, а там восемь. Как я понял, была битва с потерями, серьезными. Убили они мятежников или закрыли, не знаю. Справились со своими — очухиваются, ждут степных. Как я понял, после всего этого и переименовали анклав. Они готовы к визитам, вплоть до дипломатических контактов. Реально это тяжело, если ходить, да чтоб без потерь, по суше. Непросто — ну это они так сказали… Есть пароход, готовы приплыть схемой «река-море-река», недалеко для судна, но только если мы поможем топливом на обратный путь: у них с топливом швах. Тут я не уполномочен, вам решать. Готовы к обмену, торговле. И последнее по ним — не знаю, может, вам пригодится? Замок у франков есть, но невысокий, называется «Нотр-Дам», донжона нет. Просто мне радист сказал, что не может он антенну поднять повыше, сообщил высоту от земли и тип. Меня принимает отлично, я его кое-как. Аппаратура плохая, но работает. Толик молодец, опыта мало, ну я кое-что посоветовал по антенне, отстроимся… Про французов пока все.
Юра посмотрел на нас.
— Товарищи, — поднялся я, — группе Демченко эта информация передана для сведения. Прошу вас, Юрий, продолжайте, вопросов сейчас не будет, все нужно обдумать.
— Хорошо. Китайцы… Координаты я принял только потому, что это цифры. Из остального почти ничего не понял: английский у оператора на нуле. Паршиво все — и связь, и аппарат, и антенна. — Вотяков подумал и добавил: — И радист. Данные все передам науке, прикидывайте карту. Кстати, и мне будет нужен экземпляр, у меня лишь условная схема. Ориентировочно, они немного за бывшими британскими островами. Думаю, тут есть еще и хитрость: китайцы, как всегда, молчат, выжидают и присматриваются, кто и где. Ну и в шоке они — на старте всего сто двадцать китайцев! Хотя бы сто двадцать миллионов… А так… ну тяжело им понять такое, коллективный стресс.
Радист поднял глаза, вспомнил, что вопросов не будет, и продолжил:
— А вот и британцы! «Новая Британия». Координаты есть, связь хорошая, радиста зовут Саймон. Нормальный, веселый. Ну как вы понимаете, я его Сеней… На юго-запад от нас, полторы тысячи километров минимум. У них небольшой городок на обрывистой скале у моря, часть со стеной. Соседей еще не нашли, подозревают, что сидят на большом острове. Внутри все нормально, без эксцессов, но беда есть: в первый же день штормом сорвало и унесло единственный пароход. Готовы к контактам, ждут любого «приплыва», сами не могут, без парохода-то.
Мир открывается! Только так можно описать реакцию слушателей.
— Американцы! Связь на тройку, но эти уж совсем далеко. Координаты есть — это почти строго на восток, считать надо, ну… тысячи три, если не больше. Радиста зовут Майкл, а я его… ну вы сами понимаете, как я вижу!
Не дожидаясь полного окончания смешков, Юра пояснял далее:
— Аппаратура хорошая… Анклав называется, что тут думать, «Новая Америка». Форт «Вашингтон», есть высоченная стальная вышка. Море или океан у них с востока. Кораблик имеется. Начало прошло нормально, но теперь у них там война в полный рост с набегами. Соседи — Иран.
По зале прошел общий вздох.
— Вот и сбылась мечта президентов США, — громко прошептал Гонта.
— Американцы тоже готовы к контактам и торговле, стоят крепко, стараются все делать продуманно, берегут людей. С радостью примут помощь, хотя пока уверены, что справятся с иранцами сами. Ну из делового и более-менее достоверного пока все…
— Подождите, Юрий, вы же говорили про пять связей? А тут всего четыре.
— Был пятый, — согласился радист, — только толку от него мало. Индусы. Радист только успел меня порадовать, что аппаратура ломается каждый час. Ни координат, ни обстоятельств. Буду ловить. У меня все.
После этого взял слово Гольдбрейх, речь его была удивительно коротка:
  
— Уважаемые коллеги! Хочу вкратце пояснить свой житейский взгляд на арабскую проблему, которую, осмелюсь заявить, неплохо себе представляю. В целом арабский анклав не будет и не сможет заниматься экспансией в военном ее проявлении, они к этому не способны, и уже исторически не видят смысла в присоединении новых земель, где точно так же, как у них, вскоре не будет ничего прогрессивно-производительного. С большой долей вероятности предположу, что если их никто не будет трогать, то они очень удивятся этому обстоятельству и вскоре прибудут сюда сами, как и к французам. Но не с военным отрядом — это фантастика, а с нормальной дипломатической миссией «протянутой руки». Во время которой, на голубом глазу, потребуют открыть им постоянно действующий «канал гуманитарной помощи», к которой давно привыкли. Уже целые поколения выросли на этом, организовывая даже внутренние войны на внешних ресурсах разного вида. И даже у саудитов, где коренное население, казалось бы, сладко живет за счет своей нефти, люди получают социальные и иные блага за счет скрытой благотворительности американцев, эту нефть покупающих именно по схеме «мы дадим вам жить богато»… а не как в Ираке. И все лишь в обмен на лояльность к США. Средиземноморские же арабы сформировали целое мировоззрение на подачках. И мы еще услышим от них про некий «долг белого человека». Не удивлюсь, если арабы станут наиболее ярыми провозвестниками Всеобщего Открытого Мира без границ и паспортов.