Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)
Тогда что же случилось? Почему я здесь кулем валяюсь? В незнакомой южной местности и шибко не в своем часовом поясе? Ну, не инопланетяне же меня похитили?!
Конечно, можно самому себе заявить, что всего этого просто не может быть. Типа: «В моей жизни и в текущий момент окружающее меня пространство просто не может существовать!» Да… Не оригинально. У властей Римской империи в отношении христиан была умилительная по своей незатейливости и честности формула: «Вас не должно существовать!» — так что ничего нового тобой в мировую историю не привнесено. Так и топчешься на уровне развития общественной мысли образца второго века от Рождества Христова.
Может быть, я сплю? Убейтесь об стены, предполагающие такое. Если вы так и не научились осознавать и различать сон и явь, то вы давно мертвы. У любого человека сны бывают — провальные и чуткие, ясные и мутные — разные. Такие бывают? Не бывает таких.
Тогда допустим, что это и есть настоящее чудо! Ну как в Библии. Может, это библейское чудо? Туда в текст ничего нельзя добавить, а? Про меня? Обидно просто так в чуде участвовать, без документальной фиксации. А что? Библия является сборником легенд, притч и сказок, соединенных одной темой, — и со вполне благородной в принципе целью: научить общество жить правильно. Правильно, как минимум, с точки зрения создателей, «продолжателей» и хранителей Писания. Подумал. Нет, не влезть мне в канонические книги. Туда вообще что-либо за последнюю тысячу лет добавили? Чудес за тысячу лет не случилось? Не влезу.
А если порассуждать о галлюциногенных экспериментах или криминальном воздействии на себя, любимого? Хм… Какой может быть в арктических тундрах и пустынях криминал, кроме пьяной драки на зимовье? Не абсента же, излишне забористого, я набулькался: нет в тундре абсента. Есть мухоморы, но от них эффект слабый, на такие перелеты не хватит. Мало того, мечтать о столь ярких и реалистичных картинках, в сочетании с полным моделированием всех ощущений, может только книжник. Или человек, ни разу не пыхнувший, не вдувший и не прибитый колесом.
Ну не фантастика же приключилась с Федей!
Как-то не кошерно. Не очень люблю я современных фантастов, в большинстве — детское. Мне не нравятся книжки, повествующие о ни разу не нужных и на родной-то нашей Земле «переносцах» в прошлое или попаданцах в мир эльфов. Редко цепляет.
Выводы?
Первым делом сразу бритву в руки — и… просто отсеки лишнее, так говорят фантасты, потрепанного Вильгельма Оккамушку [46] привлекают. Конечно, просто. И у Шерлока Холмса все очень просто, вот только повторить никто не может. А оккамовский этот штамп мне со времен «Лезвия бритвы» надоел. Тогда бери, Федя, любой другой ножик. Вон на поясе висит, родненький. Отсекай сам, без Вильгельма. Я вытянул руку вдоль левой ноги.
Точно, ножны на месте.
Все, Потапов, аллес, перелет Хатанга-Адлер на «арбузе» или «боинге» окончательно отменяется, САБ [47] не пропустит.
Приподнял голову и посмотрел на ноги. Да, ножик на своем месте. Кованый, массивный, из углеродки, я купил его на прошлогоднем московском «Клинке» у одного не очень известного мастера, пока вполне себя оправдывает.
Штаны тоже на месте.
Штаны у меня уникальные. Есть такая американская фирма «5.11». Модная. Всяк, относящий себя к любителям короткоствола, просто обязан их иметь, это любимая одежда российских практических стрелков. Вообще-то фирма производит снаряжение для охранных компаний и спецслужб, специфика покроя и деталировки соответствующая. Но у нас в стране это некий маркер практиков. Сразу скажу, я таковым не числюсь, просто друзья есть прибитые. В общем, пользовал я одно время такие штанишки, брал в общем заказе, когда братва оптом приобретала, — так дешевле. И простые «юзал», и полусинтетические Taclite Pro Pants. Особо хороши у фирмы сами выкройки — штаны просто удобно сидят, карманы эргономичные. Однако скоро при повседневной полевой работе недостатки выявились, и теперь на мне клон. «Пиратка». Пошили их в Хатанге, главной транзитной точке арктических экспедиций. Есть там такая Зинаида, всю жизнь исправляет ошибки производителей. Распустила старые на выкройки и сшила новые, оставив практически все, в том числе и дополнительный щелевой карман на правой штанине, да добавила на задние карманы клапана. Главное, что я поменял, — сам материал. Всем хороши фирменные, но продуваются они на раз и промокают, как джинсы. Клон пошит из материала экспериментального варианта палатки КАПШ, пострадавшей от пожара. Теперь им сносу нет, правда, внешний вид не такой нарядный.
Понятно, что в городах я в такой одежде не хожу. А вот в тундру хожу. Вот и пошел я с ружьем ранним утречком, чтобы пару куличков быстренько взять, для бульончика.
У всякой дичи есть свой привкус дичины, особый. Олений привкус мне не очень нравится, поэтому стараюсь мясо вымачивать, мариновать — для кулинарии крепкие привкусы вообще нежелательны, мы их и сами горазды создавать. Поэтому бросить в олений бульон для аромата пару куличков — интересный путь, благородная добавка. И лучку, жаренного до слабого «золота».
В этот день я планировал запечь в большой чудо-сковородке порцию тефтелей из оленины с рисом, а на первое сделать почти бешбармак, такой, пожиже. Естественно, тоже из оленины. Оленина у нас — по всему меню… Я храню ее прямо на воздухе. Если с самого начала большие куски мяса правильно обработать и вывесить в тени и на слабом ветерке, то мясо быстро покрывается черной корочкой, под которой хранится очень долго, не портится. Однако чтобы разнообразить вкусовую гамму мясного меню из одной лишь оленины — надоела она всем, что тут скрывать, — экспедиционному повару приходится постоянно идти на хитрость, проявлять изобретательность.
Вот в штанах и лежу под платанами. Значит, действительно перенос?
Небо чистое. Ни облачка, ни самолета.
Никто не пролетел над одиноким Федей. Ночи нужно дождаться — посмотрим, как тут со спутниками… Ладно, в передней полусфере я уже все изучил, будем потихоньку осматриваться дальше, ведь самое интересное — у меня за спиной. Там — изба.
Ноги вроде держат, а что чуть потрясывает, так это от страха, это нормально. Держись, Федя, еще не факт, что лучшее впереди.
Поясная сумка, куда я планировал складывать добытое, — «куликовка» — на месте, висит на поясе, сбоку слева. Встал я, выпрямился, куртку отряхнул от хвои и листьев — обыкновенная у меня куртка, без легенд, зеленая «колумбийская» двуслойка. Карманов на ней много, ценный фактор.
Ладонь зацепила твердое. Ага! Складной бинокль «Никон», лежит в нагрудном кармане — за то их и люблю, малышей, звезд с неба не… различают, но зато всегда при тебе. В другом кармане — мини-радиоприемник «сонька», с хорошими батарейками и куском проволоки она ловит китайцев, ночью особенно хорошо. Почему именно китайцев, я до сих пор понять не могу. Батарейки новые, проволочка смотана, лежит вместе с гаджетом. Включил, проверил все доступные диапазоны — ни хрена не нашел. Ну, другого и не ожидалось. Я выключил приемник и сунул его в суму: пусть лежит до лучших времен… или навсегда. Как срастется.
Кепка с ушами куда-то делась — вот это плохо, я к ней привык. На часы посмотрел — семь утра. Здесь же не семь утра, здесь день. Я посмотрел на небо: солнце почти в зените. Нужно будет точный полдень определить и примерное время выставить — прикинем, где находимся, если планета — земной аналог. Если не так, то часы смело можно выкидывать или оставлять как цацку для подарков агрессивным аборигенам с кукри [48] в руках.
Жаль, фонарика нет, но зачем он нужен в тундре полярным летом? Красная газовая зажигалка. Барган, он же варган. Это такой маленький музыкальный инструмент из металла, его в зубах зажимают, все слышали столь примечательный звенящий звук. Огниво старинное в мешочке с трутом и кремнем из куска пирита, в Новорыбном выменял, для коллекции. Маленький бутылек с репудином, [49] знающие люди еще из старых запасов пользуют, экономно. В сумке — тканевый мешок, в нем хранится моя курительная трубка и воровской такой кисет с «табаком», дикая смесь молдавского самосада и австрийского ароматического, очень забористая и насыщающая. Более трех раз в день я не курю, но при выходе в тундру, по долгим и не очень делам, всегда беру с собой, иначе потери неизбежны, мужики могут и отсыпать, у них сигареты на исходе. Из трех наших активных куряк двое бросают, сами просили — мол, не буди, Федя, лихо, не вводи людей в блуд.