Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)
Ну, Фархад свою квалификацию нашим обозначил, они его с Казанцевой познакомили, те перетерли о своем, «нефтяном», минут десять, и Казанцева говорит, сразу же: «В начальники его, и слава богу».
С приходом Мехтиева дело с производством топлива сразу пошло ускоренными темпами. Прирезали площадь, растянули периметр. Уже закончили монтаж и наладку модулей доочистки, что-то там с атмосферной перегонкой связано и установкой компаундирования, сейчас его отстраивают, а Фархад с полной уверенностью декларирует скорейшее снабжение техбазы анклава бензином высокого октанового числа. «Премиум-95» и «Супер-98» азербайджанец сразу не обещает, а вот изготовить «Регуляр-92» в указанный срок – однозначно. Еще фактор: человек, будучи начальником, хорошо может и ручками – что с железом, что с гидравликой, да и киповец сильный. Это очень важно, помогает при выборе решения, в заказе, в кадровой работе. Так что тут Казанцева полюбасу с левой руки.
Значит, будет осматривать немецкий НПЗ на предмет запуска. Интересно, где он спецов на вторую «нефтянку» наберет? Мы свой-то еле запустили. А уж специалистов… Да, вот только что и рассказал, как и насколько часто они к нам попадают!
Побросав все в тяжелую сумку, я туда же сложил свой «дипломат» с тест-центром, три станции. Револьвер хотел за воротами надеть на пояс, как и положено поступать в порядке «Оружейного регламента анклава Россия», но передумал: ну не люблю я этот наган, – и кинул ствол в сумку.
Кстати, об оружии! Вспомнив, я резко и лихо, как мне показалось, развернулся на каблуках. Сапожки-то новые, «дальняки» укороченные, со стальными набойками. Опа! Елки…
Черт, чуть не упал на глазах у девчат! Заметили, не?
Гонтовский оружейный магазин был открыт, хотя я точно знаю, что Гриши ни в замке, ни в Зоне нет, он мотается по Заречью. Ну и ладно, значит, женка у прилавка стоит. Гонта не хозяин. Магазин задуман Сотниковым как государственный, таковым и остался. Для оборота денежных средств, наряду с налогами, поставками в торговый бизнес и прочими факторами. Жена его работает на процентах, как я понимаю, неплохих. А Гриша – надзиратель-консультант с премией.
Наверху табличка: «Государственный оружейный магазин».
Толкнул тяжелую дверь с солидными запорами, зацепил головой латунный колокольчик – и вошел в темную прохладу «Оружейника». Мила за рулем, мисс Свежая струя. Не спит в подсобке, а что-то перекладывает и одновременно о чем-то сплетничает с какой-то девахой – по-моему, из Ментовки она. По виду – тоже «из тех». Симпатичная.
– Салам алейкум, еврейские женщины! – поприветствовал я их.
– Ох, смотри, Сима, это ж и есть тот самый Юра Кренкель, что я тебе рассказывала в «Гаване» за «перспектив»: опять неглаженый и таки упорно неженатый, – с отменной реакцией протараторила бывшая помощница Павидлы.
Сима с готовностью скосила на меня карие глаза рекламной коровы, жеманно кивнула:
– Приятный мужчина.
– Так и я ж за то ж! Красивый, как матрос в пятницу вечером. А умный… У нас в шарикоподшипниковом техникуме был один преподаватель физики – какие глаза, какие глаза, говорили, что родственник самого Эйнштейна… Ой, ладно. Просто эта ушибленная о луг летчица с образом бракованной воблы чуть не задурила мальчику всю голову! Скажи, Сима, ну кому в доме нужна летчица, а? Мы-то знаем, куда и как влетают те «гризодубовы», это ведь ноль уверенности в завтрашнем дне и сплошной пропеллер в заднице, Юрчик, прости за честное… но зачем тебе «карлсон-женщина»?
Тема для меня уже потеряла былую остроту, остыл.
Не взлетело. Как говорится, я гляжу на нее, она глядит на Демченко, а Демченко глядит в пространство. Надоело страдать – теперь я свободен и завидно женихаст. Но и пересуды тоже надоели, как и бесконечные попытки оженить Юру «Кренкеля».
– Девчата, я дико извиняюсь, но вынужден спросить честно и быстро, почти прям сейчас еду в Берлин: Мила, что там по моему заказику? Поспевает?
Мила сразу стала серьезной, вытащила записную книжку, глянула:
– Юричек, эти чумовые шпалеры еще не готовы, но тебя таки подвинули аж на два пункта в плане работ, цени мою почти материнскую любовь.
Загорелось мне приобрести новинку местного «дугинского» производства, «Арсенал-003», это «дерринджер», модификация под тэтэшный патрон. «Единичка» дульно-капсюльная, «двойка» – под патрон para, а мне «тройку» хочется. Дугин экспериментирует, его ребята из «оружейки» балуются, пробуют, опыт накатывают, а Мила Гонта наиболее успешные и вызвавшие спрос девайсы продает. Хозрасчетный момент, спонсорство науки.
Оружейная мастерская – подразделение механообрабатывающего цеха мехзавода, что расстраивается на бывшей лесопильной поляне. Это отдельное здание в самом углу периметра. Как только мастерская открылась, туда началось самое настоящее паломничество советчиков и заказчиков. Эта суета и излишнее любопытство оружейникам не понравились, и теперь доступ в оружейку закрыт наглухо, только по пропускам. То есть возможности заглянуть и подсмотреть, чего новенького там ваяется, нет практически ни у кого: режимный объект. Гонта, естественно, пропуск имеет, а вот Демченко – нет. Каким образом всегда и про все узнает Мила, даже когда Гриша в разъездах? Мало того, она еще и решает вопросы, двигает очереди «испытателей», как-то влияет на график производства. А идея правильная: реакция на спрос, обратная связь.
– Ладно, Мил, буду ждать.
Я осмотрел прилавки и стены в поисках нового, интересного.
Ничего нового за неделю не появилось. Четыре «сайги», 12-го и 20-го калибров, одна 12-я уже обвешана-тюнингована, три «мурки». По два полуавтомата «бенелли», «беретта» и «браунинг», три «ремингтоновские» помпы. Несколько двустволок для фанатов «настоящей охоты», самых знаменитых европейских и американских фирм. Чудовищный девайс с огромным барабаном на 12 патронов – Protecta «Striker» – гладкоствольное ружье 12-го калибра с револьверной схемой. Было три, остался один. Есть же любители «экзотов»… Рядом небольшой рядок малышей-«хаудахов».
Пистолеты французские, этих много. Один «браунинг», один кольт 11-й, наших нет вообще никаких, хотя еще неделю назад тут были три китайских ТТ, задешево. Спрашивать Милу, кто их купил, бесполезно: не скажет. Револьверы представлены наганами, но есть один редкий для нас револьвер – блестящий «таурас», не знаю, как эта модель называется, с длинным стволом, дорогой. На него молодняк облизывается. «Арсенал-001», кстати, тоже лежит, на отдельном стенде. Специфический пестоль для любителей забивать пулю в ствол самостоятельно, он чуть побольше обычного «дерринджера», по мне – так больше казус, чем оружие. Но несколько штук у владельцев «Оружейника» продались. Естественно, лежит и «Арсенал-111», одна штука. «Трезубец», «вилка», «троечка». Популярная штука, с увеличенной навеской страшная вещь. Этот одинокий экземпляр остался ждать нового хозяина лишь по причине чрезмерно светлого дерева ложа: все, как выяснилось, почему-то хотят дерева темного или красного.
Три вида ракетниц – два армейских образца, один трофейный, оранжевый.
Нарезных карабинов и винтовок на прилавках всегда мало.
Серьезных стволов Сотникову в свободном доступе Смотрящие так и не дают, правда, иногда подкидывают хоть что-то, маленькими партиями, причем без ясных и видимых причин такого поощрения – второй раз загоняют ему партию «колчаков». Из последней партии в двадцать четыре штуки двенадцать были переданы в магазин, осталось всего четыре карабина. Есть два рядовых «спрингфильда», это очень дорого. Были «спринги», восстановленные и тюнингованные Гонтой, но их разобрали. А вот малокалиберных карабинов – бери – не хочу, это единственный «нарезняк» свободного заказа, уже месяца три как. Болтовые «Аншютцы» Мила загоняет подороже, простенькие CZ-«фермер» подешевле. Их тоже разбирают – папы берут для своих сыновей: «мелкашки» разрешены с 14-летнего возраста.
Бинокли, прицелы, дальномеры, ПНВ и «тепловики» – все страшно дорогое на Земле-1 и недорогое тут, вес небольшой.