Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)
Франкам я не верю.
Они для Командора Сотникова более тревожны, нежели арабы, которые вполне понятны и предсказуемы, насчет египтян перспективы уже ясны. Арабы что? Прикормим – и пусть работают буфером между нами и этими самыми «зонами расселения африканских племен». А вот французская президентша та еще тихушница. Пока я особо не распространяюсь на эти геополитические темы, но время наступит.
Благостность намерений и нравов «мирных европейских стран»… Это мы плавали, знаем. Даже касательно «самых маленьких и незаметных».
Семьдесят тысяч эстонских нацистов, повешенные беременные словацкие женщины со вспоротыми животами вдоль дорог Венгрии в XIX веке и бесчинства семейства Батори в Восточной Европе. Походы венгров, чехов, румын и прочих «малых тихих европейцев» на Россию в составе гитлеровских банд, резня в Одессе, позднее уничтожение Сербии и недавние бомбежки Ливии – все это вполне позволяет мне адекватно оценивать богодухновенность и терпимость европейцев, как и их готовность к Гнусному. Сложно и вспомнить, кто из них не нападал на Русь по тем или иным поводам и под разными стягами.
И когда прозвучит приказ от новых европейских элит – в этих новых Европах на святой поход против Руси призовут всех как миленьких, – все нытье про нехватку сил сразу закончится. И никто не откосит, все пойдут на пострелушки с русскими – жаль, вот это не успел я женскому комитету донести…
Готовить мальчиков нужно: шансы будут разные у спецов обученных – и у ботвы из когорты «затруханных хлопцев».
Правление станицы расположено в солидном отдельном здании с большой антенной и триколором на флагштоке. Выше по реке стоит массивная деревянная вышка наблюдения с теплым балком наверху, там – сменный военный пост, ведомство Бероева: пулемет ДШК, свой радар и радиостанция, ксеноновые прожекторы смотрят во все стороны. Под вышкой – бревенчатый прямоугольник дизельной и хозблока, рядом гараж с «котами».
Станица впечатляет. Деловой люд тут обживается.
Меня же интересует новое жилое образование – Молдаванка.
Поселились там две русские семьи, не ставшие казаками, но пожелавшие обосноваться на правом берегу Волги. Вот и еще одна семья – словацкая – просится переехать сюда, хочу понять смысл, оценить перспективы места.
Дома Молдаванки стоят на террасе лощины с металлической «локалкой».
Мы, всей оравой, сели на квадроциклы и покатили туда. Домики «молдаванцев» будут поменьше казачьих, но выглядят они поуютней, чему способствует небольшой лесок, укрывшийся в лощине. Семьи работают на «локалке», люди комплектуют грузы, ведут учет, обеспечивают должное хранение. Здесь тихо – ветер проходит поверху. Походил, посмотрел, в том числе и на объем металла. Много. Вроде Дугин постоянно вытаскивает его на тот берег, а запас все еще солиден, хороший ресурс. Однако сталкеры в своем план-задании поставили приоритет поиска именно такой элэрки. Это перспектива, это будущее. Ради такой ЛР я даже дам санкцию на войсковую операцию, заберу безжалостно. Мне становилось ясно, что работы тут хватает надолго, да и после опустошения такое отличное здание без дела долго не простоит. А уж земли вокруг…
После осмотра вернулись в станицу, где Туголуков затащил нас на чаепитие.
В правлении уютно, на столе лежит белая скатерть с кистями, на окнах уголками – вышитые занавески. На стене мерцает панель телевизора, рядом медиаплеер с выносным жестким диском. Идет какой-то фильм.
Женщины поставили в центр большой круглый самовар, абрикосовое и малиновое варенье в розетках от Скленаржа, блюда с пирожками и баранками. Вкуснятина.
Я смотрел и думал: неужели мы все вот это смогли сотворить?
Целая инфраструктура поселений и объектов, нормальное крепкое жилье, уверенно и спокойно живущие люди. Отступающий страх перед будущим. Мне уже понятно, что, отключи Смотрящие канал прямо сейчас, – выживем, слишком глубоко не упадем, запасы и заделы имеются. А потом и подниматься начнем.
За чаем атаман поднял вопрос, интересовавший казаков.
– Командор, а скажи вот нам, казакам, – атаман значительно оглянулся на корешей, – неужели Смотрящие пакистанцам «селективку» дали? За какие такие заслуги басурманам селективка? То есть полякам не дали, а этим башибузукам – пожалуйте пользовать? Какие твои мнения?
– Хороший вопрос, Семен Михайлович, – не без уклончивости признал я. – Давай пофантазируем вместе. Не скрою, я много думал на эту тему, даже возможные списки кандидатов составлял.
– Да иди ты! – обрадовался Туголуков. – Наши «политобозреватели» тоже составляют, чуть ли не тотализатор открыли! Сверить дашь?
– Ну что же это за тотализатор будет? Инсайдерская информация. – Я почти серьезно отклонил провокационное предложение. – Знаешь… Я убежден, что Смотрящие в своих планах и расчетах вообще не обращают внимания на экономику страны, ее численность и военно-политический вес. Их интересует лишь «перспективность» в рамках некой задачи – радикально снизить количество народов и народностей без потери работоспособности цивилизации в целом, и даже увеличения ее. Есть у тебя опыт многонационального общежития, воздействия на другие народы, умения обходиться без резни, способность выживать в условиях регулярных внутренних межнациональных конфликтов – бери «селективку», владей на славу. Нет – не обессудь, вертись на верхней полке. Поэтому, к примеру, я думаю, что маленькой Швейцарии «селективку» дали. А вот полякам, коих ты упомянул, за что бы ее давать? Они же всю жизнь гордились своей мононациональностью и упрямой грызней со всеми, без исключения, соседями.
– Со Швейцарией ты, Александрович, перегнул, – проворчал атаман, несогласно качая большой мохнатой головой.
– Вот увидишь… Тотализатор организуете, говоришь? Ставки как начнете принимать, мне сообщите – включусь, – усмехнулся я.
– Думаешь, вот так просто?
– Да разве же это просто! Попробуй определи-ка годных. Швеция и Норвегия: кто из них подойдет, по твоему мнению? Но и это еще не все, возьмем Японию…
– Какая Япония! За то, что они всех островных аборигенов вырезали в свое время? Сколько они сидели на своих островах, закрытые, как шпроты в банке?
– А тут может быть другой момент учтен. Притягательность, собственно, самой японской культуры. Японцы заставили весь мир на себя смотреть – кого обезьянничать, а кого завидовать. Вся молодежь с ума сошла по этим мангам и аниме, в сладких соплях виснут на косплеях. А взрослые тысячу раз повторяют всю эту муру про японские боевые искусства, трут про «расчудесные» недосабли-катаны… Вспомни-прикинь да у молодняка спроси – сколько из них мечтали оказаться в Японии, стать японишкой, а? Учат язык – модно. Я уже не говорю про сумасшедшее техническое оснащение нации. Японцы создали вокруг себя сильнейший культурно-притягательный магнетизм – и вот это Смотрящих может заинтересовать как перспективный фактор.
– Однако же есть государства с репутацией, с весом, с большой численностью населения. Так неужели они недостойны?! – возмутился Семен.
За что боролись, называется.
– Это в нас староземная инерция говорит, – почти весело сказал я, поднимаясь с места. – А у них ее нет, им плевать. Представь, что раз Смотрящих не устроили итоги развития всего человечества, то им неинтересны и все былые заслуги отдельных народов, кроме перспективных, с их точки зрения, практик. Только, и только это… перспектива в ассимиляционном процессе.
Будучи уже на берегу, мы вынуждены были тормознуть с отходом – к причалу станицы с пенным буруном подлетел Гена Самохин, старшина рыбаков-островитян.
Выскочил из лодки, торопливо поздоровался со всеми и тут же кинулся прессовать Дугина, подписывать у него требование на новый карбюратор к лодочному мотору. Главмех начал было кочевряжиться и проводить среди браконьера воспитательную работу, но, поймав мой нетерпеливый взмах рукой, быстро поставил подпись.
Едем дальше.
Подставив корму слабеющему северному ветру, «Дункан» быстро шел по течению к устью Листвянки: следующий пункт посещения – Кордон.