Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)
Выскочив на лестничную клетку, мы с Русланом синхронно выдрали рации из чехлов.
Пш-шш…
– «Гоблин» – «Демону», ответь.
Па-ашел адреналинчик-то, пошел!
– «Гоблин» – «Демону», не слышу тебя!
– «Гоблин» на связи.
– Миша! Нападение на Кордон! Автоматическое оружие, есть раненые. Всем составом бегом в Шнюшу с оружием и бэка [33], ждите. Мангруппа на старте. Немедленно пробей по Ольге, Костя с ума сойдет. Буду через четыре. Как понял?
– Принял, отбой…
…На улице косой дождь.
Не лучший день для войны.
Глава 2
Костя «Кастет» Лунев, сталкер-волкодав,
механик-водитель
Что вы думаете, они меня так легко успокоили?
Как бы не так, попсиховал я, поматерился немного.
У меня на Кордоне не просто девушка любимая, у меня, может, свадьба на носу, Кульминация всей жизни! У меня с Пантюховыми уже первые разговоры состоялись! И с Филиппом, отцом Ольги, и с Пантелеем Федоровичем, генеральным дедом, – а это, может, и поважней разговора с отцом будет. Скажет «нет» – и аллес, сыновья поперек не пойдут, жестко у них там. Так что дернулся я конкретно.
Ну, стали мы оперативно пробивать. Выяснилось, что Уксусников был в движении по трассе, когда сообщение прошло, он с помощником, Егором из Посада, на Дальний ехал. Как услышали, так сразу развернулись и рванули на Кордон. Им, конечно, по рации семафорят… Бероев орет – Петр, мол, давай без самодеятельности, типа не суйся под пули. Куда там, надо знать нашего шерифа… Хотя у него до сих пор автоматического оружия нет, «пестики» да «колчаки». В общем, Петр Игнатьевич там первым оказался, он же сразу обстановку пробил и в замок доложил.
Ранили Галю, молодую девчонку, пуля в руку зашла, и мужика одного, из новых, его я толком еще не знаю. Оба «легкие», их сразу в машину – и в санчасть.
Мы, как только в джип прыгнули, первым делом подумали про французских «раздражителей», ну тех, что у франков так еще и не появились. Во всяком случае, по их уверениям. Кто еще… Пришли рекой с юга, встали в устье Листвянки. Опа! Увидели натоптанную тропу, пошли вверх. Там наткнулись на поселение, засветились, пошел огневой контакт. Чухнулись, отступили, да в катер, или что у них там есть водоплавающее. И опять на юг, в логово, попробуй найди его. Втянут судно на берег – и амба, ничего с воды не заметишь.
И тут – вот прямо только что! – шериф нас по рации вводит в состояние «грогги»: гильзы на земле не «лебелевские», а модные такие «натовские пятерки», хренасе! Мы и притупились! Нормальный подарочек, да? Это кто тут может с натовским автоматическим болтаться?
Сейчас мчим втроем.
Демон в последний момент расклад перетасовал – ему Эльза брякнула по трубе, что уже на полосе стоит, пропеллером машет, она как раз собиралась «демонстрационку» перед арабами откатать. Пока мы первыми на магистраль выруливали, на радость отстающей мангруппе с Бероевым во главе – Гриша-то в станице сидит, бдит супостатов, – «Пайпер» уже в воздух поднялся. Не сомневаюсь, что Благова перед разворотом на юг пролетела прямо перед окнами донжона, чтобы прочувствовали арапцы. Что там Сотников в этот момент подумал, узнаем позже.
«Дункан» тоже заколыхался было, но Коломийцева тормознули, приказали подтянуть буксир на середину реки, чтобы он мог оперативно работать на оба берега, по ситуации, – кто его знает, что за провокация еще может грянуть.
Мужики в салоне спокойны – как обсуждали дурную тему на базе, так и продолжают тереть в машине.
Про грибы они говорят. Не, не! Не те, о которых вы по глупости могли подумать, а про съедобные. Это нормально, так и должно быть. Столько «боевых» у нас было за последние месяцы… Раньше не понимал я в полной мере тех серьезных книг и фильмов про Великую Отечественную, где мужики в окопах перед атакой про всякую ерунду трут. Считал, что это такой ход режиссерский, для оживляжа и проявления характеров. Теперь понимаю. Если у тебя внутри нормальная «система» стоит, она и в фоновом режиме на нужное настроится, не мешай ей своими переживаниями да «охами-вздохами» – так ей даже лучше.
Гоблин с Монголом версии выдвигают, почему наш Сотников грибов не любит.
Все любят, а он нос воротит. Вот и изощряются.
– Вот… А что у тунгусов кроме хлеба по чуть-чуть? Муки-то мало, только та, что на фактории взяли. Оленье молоко, вареная и сушеная рыба, мясо в различном виде: дичина вареная, жареная в золе, сушеная кусочками, вяленая такая… Мясо впрок не солят, – разглагольствовал Гоблин. – Грибы совершенно не едят, за погань держат.
– А Сотников тут при чем? – не понял Шамиль. – Он эвенк, что ли?
– Сотников, конечно, не эвенк, да живет среди них долго.
– Типа перенял?
– Ну да.
– А все остальные в его староземном поселении – нет, – ехидно усмехнулся Шам.
– Может, и все! – смело предположил Гоблин.
– Не может, – влез я, не выдержав собственного молчания. – Командор сам мне рассказывал, как жители енисейских поселков сушеный белый гриб на базары возят и в кооперацию сдают в промышленных объемах.
– Сами не едят, – Мишка тут же парировал, находчивый какой, – потому весь сбор и вывозят.
– Миш, не мели хрень, а, – сморщился я. – Вся Сибирь грибы потребляет, во всех мыслимых видах.
– Вся, да не вся. Националы не едят… Костя! Куда ты гонишь! Гонщик, что ли? И за дорогой смотри!
– Не дрейфь, бандосы, доедем… Меня невестушка ждет.
– Невеста… Скользко, как по повидлу плывем.
Некоторое время мы ехали молча.
– Кстати, Гоблин, а почему эвенки грибов-то не едят? Колись давай, – возобновил я разговор.
– Да не знаю я, – пожал широкими плечами Сомов. – Наверное, просто понятия такие, чтобы выделяться. Шамиль вот тоже свинину не ест.
– Гы! Видел я, как он не ест…
– Хотите, расскажу? – спокойно так предложил Монгол.
– Опа! Конечно, давай, жги, Шам!
– Не едят, потому что от них якобы произошел «фаллос».
– Че-эго-о?! – хором заорали мы с Мишкой.
– Сказание есть такое, что-то вроде Летописи. Согласно ей, прежде в тайге жили только бабы, а мужиков совсем не было. Вообще. А фаллосы были.
– Час от часу… Как это? – Я аж машину чуть дернул, так и руль можно выпустить на яме!
– Фаллосы, господа, в большом изобилии росли в диком таежном лесу, куда бабы и ходили по мере естественной надобности.
– Шам, побожись, – недоверчиво потребовал Гоблин.
– Чтоб я лопнул, – солидно забился Бикмеев.
– Ништяк, давай дальше.
– Как-то одной бабе надоело ходить в лес – далеко, долго, не всегда время есть. Она взяла да и вырвала фаллос, принесла его к себе в чум. А там вот что вышло – фаллос завяз, застрял у нее между ног, и ни сама эта женщина, ни соседки ее не могли его выдернуть… Такая беда. Тут все стали плакать.
Гоблин, который в этот момент почти стоял – собирался высунуться в люк и осмотреть местность сверху, – просто рухнул вниз.
– Да иди ты! И как она? В смысле все бабы?
– Тогда в эту женскую деревню бог по имени Ес послал Мужика, у которого в то время фаллоса еще не было…
Я даже притормозил от восторга.
Мы как раз проезжали мимо Белой Церкви, следующая остановка – Кордон.
Все поселки «заперты» по тревоге, мирные жители сидят в укрытиях, комбатанты команд самообороны стоят по штатным местам. В таких случаях наша радиостанция по FM передает экстренный «цветной» код, для оперативности. Так что поселки на стреме. Вот только автоматическим оружием они пока небогаты. Есть трофейные «льюисы» – но только на Дальнем Посту и в Ментовке. Нарезного и гладкого у народа хватает, тут дефицита давно нет. И «колчаки» у кого-то имеются, и добытые в боях арабские «спрингфильды». У многих поселковых бойцов есть наганы. На Дальнем пока народу мало, специализации у поселка еще нет, кто чем занимается, люди живут все больше подсобным хозяйством.