Черный Беркут (СИ)

Одному из двух теневиков наша новая скорость оказалась не в жилу, и от отстал уже через пару-тройку минут. Зато второй, судя по яркости свечения «силуэта», являвшийся полноценным Гриднем, сдуру сократил дистанцию метров до пятнадцати, на шестом перемещении наступил на небольшой сучок и нарвался. На оплеуху, со всей дури воткнувшую его в ствол кряжистого дуба и снявшую почти треть плотности защиты. Затем улетел в другую сторону, запутался в колючем побеге Оли, поймал мою же сферу умиротворения и, «застряв» на корточках, торопливо поднял руки.
Почему мы атаковали именно так? Да потому, что оплеуху я сдуру продемонстрировал еще при первой встрече с Григорием Синицыным, светить колючий побег было нестрашно, ибо этот навык считался чуть ли не мусорным, а о наличии у меня сферы знали Докукины, соответственно, эту информацию тоже нельзя было считать особо секретной. Впрочем, скрытника проняло. А из-за того, что дышать бедняге было нечем, да и говорить тоже не получалось, он в темпе изобразил корону над своим темечком и серией жестов дал понять, что не приблудный, а приплыл в Пятно на одном из трех наших перевертышей.
Я, конечно же, «не поверил». Поэтому предложил на выбор два варианта развития событий:
— Задохнетесь тихо-мирно — очень быстро донесем до берега, предъявим вашему начальству и в том случае, если оно вас узнает, дадим целительнице вас откачать. Нет — добьем и предъявим Великому Князю труп незадачливого убийцы, сидевшего в засаде.
Скрытник охренел. Но как-то сообразив, что я не шучу, дважды кивнул и постучал по циферблату своих часов. Видимо, умоляя поторопиться. И пусть «тихо-мирно» задохнуться у него не получилось из-за не особо приятных судорог, зато умер «на время» — как только энергетическая структура начала сереть, я закинул тело себе на плечи, облегчил подпоркой и сорвался в серию рывков.
В этот раз перемещался метров на одиннадцать-двенадцать за раз, так что быстро оторвался от «куда более слабых» девчонок и уже минуты через три с половиной вылетел на опушку. Следующими тремя рывками допрыгал до Веретенниковой, уронил «пока еще труп» ей под ноги и подозвал к себе майора, перед отплытием ярившегося сильнее всего:
— Если этот недоумок — ваш, то Ксения Станиславовна его реанимирует. Нет — добью. Ибо считаю, что прерывать столь важный рейд для того, чтобы вернуть особо криворукого убийцу в Большой Мир — полный и законченный идиотизм.
Вояка примчался к нам, узнал тушку и попробовал повысить на меня голос. Защиты на нем не было, поэтому я без затей всадил локоть в массивную нижнюю челюсть, стремительно развернул бессознательное тело в нужную сторону, прикрылся им от толпы офицеров, бросившихся в мою сторону, и услышал долгожданный рык Воронецкого:
— Стоять!!!!!!!
Вояки нехотя замерли, Ксения Станиславовна, как ни в чем не бывало, опустилась на одно колено и занялась пациентом, а я поймал взгляд Великого Князя и пожал плечами:
— Мы двигались быстро. Стремительными рывками. И среагировали на хруст сучка за нашими спинами. Двух рефлексов на одно действие не бывает, поэтому атаковали, как привыкли. Ибо о том, что за нами пошлют соглядатая — теневика, даже не думали. А вот этот, поломавшийся — абсолютно трезв. И почему-то считал, что имеет право оскорблять кавалера двух боевых орденов, потомственного дворянина и Поставщика Двора Его Императорского Величества…
— Кто. Приказал. Послать. За командой Игната Даниловича. Соглядатая-Теневика? — гневно поинтересовался младший сын наследника престола, оглядел вояк тяжелым взглядом, не дождался ответа и разозлился еще сильнее: — Повторяю вопрос: кто приказал послать за командой Игната Даниловича соглядатая-теневика⁈
В этот раз ему ответили. Один из телохранителей:
  
— Виктор Михайлович, этот приказ был озвучен майором Фирсовым, в данный момент пребывающим без сознания. Кстати, он отправил за командой Игната Даниловича не одного, а двух теневиков.
Вся толпа, включая Воронецкого и Веретенникову, уставилась на меня. Зря — я бы готов и к этому вопросу:
— Себя выдал только один. А второй либо слишком медленный, либо патологический трус. Ибо не вмешался в схватку и не помог своему това— …
Второй теневик, зачем-то подкрадывавшийся ко мне по красивой дуге, сдуру отвлекся на это оскорбление, наступил на траву и на миг засветил след ботинка. Мне хватило и этой мелочи — оплеуха, прилетевшая под нужным углом, унесла тело в реку.
А я изумленно выгнул бровь:
— Забавно! Ваше Императорское Высочество, а что, этим личностям ваши распоряжения не указ?
 Глава 8 
20–21 мая 2513 по ЕГК.
…На тренировочную заимку Вронских примчались в районе полуночи, нарезали полный круг в двух сотнях метров от частокола, заглянули в змеиные овраги, не нашли ничего опаснее лисы-«шестерки»
и со спокойной совестью вломились в «свою» баню. Пока я носил дрова из поленницы, наполнял купель и растапливал сауну, девчата накрыли на стол. А после очень позднего ужина, убрав пустые пищевые контейнеры, помыв столовые приборы и сложив мусор в отдельный пакет, подняли меня с лавки и принялись сооружать Большое Ложе.
— Зачем? — спросил я, так как ночевать на заимке мы не планировали.
Уфимцева потемнела взглядом и пожала плечами:
— Когда мы зашли в каюту перевертыша, Ксения Станиславовна шепнула мне на ухо две фразы…
— Какие?
— «Тут камеры…» и «Найдут слабости — подведут медовые ловушки…»
— О, как…
— Приблизительно то же самое сказал и мой отец. Во время последнего разговора тет-а-тет: «Игнат талантлив и до сих пор независим. Его обязательно будут пробовать подмять. В том числе и используя тебя. Подставишься в чем угодно — дашь возможность ударить его в спину. Поэтому определись со своим отношением к семье Щегловых и… забудь о том, что это отношение можно изменить…» После того разговора я посоветовалась с Ирой и Олей. Хотя и сомневалась, что кому-то интересна в качестве рычага давления на тебя. А сегодня воспользовалась полученным советом и начала делать вид, что нашла себе мужчину, а другие в принципе не интересуют. Кстати, я решила подойти и к тебе. После того, как увижу первые признаки того, что меня как-нибудь да обкладывают. Ибо страшно боялась, что ты сочтешь меня дурой. Но признаки появились… настолько неожиданно, что я, как видишь, не успела!
Пока Света говорила, в ее взгляде появилась такая муть, замешанная на чувстве вины, что я привлек ее к себе и ласково потрепал по волосам:
— Солнце, я знаю тебя не первый день, видел в самых разных ситуациях и не сочту дурой, какую бы глупость ты не заявила — решу, что ты по каким-то причинам не можешь объяснить что-либо «в лоб», переберу все возможные варианты и обязательно найду тот, который объяснит все, что скрывалось под «неправильной» формулировкой. Далее, раз ты посоветовалась с Олей и Ирой, которым я доверяю, как самому себе, значит, опосредованно посоветовалась и со мной. И последнее: Свет, запомни раз и навсегда — я доверяю и тебе. Поэтому подыграю почти любому поведению на людях. А разбираться стану только после того, как ты добьешься поставленной цели, и наедине. Или, как вариант, в присутствии семьи. С этим все понятно?
— Да… — кивнула она и благодарно улыбнулась: — Спасибо!
— Тогда ответь, пожалуйста, еще на один вопрос: ты понимаешь, что, играя этот образ, роняешь себя в глазах высшего света?
— С чего ты это взял? — непритворно удивилась она, посмотрела на Олю, во взгляде которой тоже появилось недоумение, и снова уставилась мне в глаза: — Игнат, ты по-настоящему сильный мужчина, талантливый Одаренный и основатель нового рода в одном лице! Нам, девушкам, не зазорно спать даже с первым, второй — то есть, полноценный Рында в двадцать один год — вызовет томление души в шести из каждых десяти моих ровесниц, а третий сведет с ума и остальных, ведь первенцы твоих жен автоматически станут главами боковых ветвей нового рода!