Принцесса в академии. Книга 2. Как (раз)любить в академии льда и огня

После нашей с ним «встречи» адреналин бурлил в моей крови вплоть до следующего дня. Если б пары не закончились и мне пришлось идти на одну из практических дисциплин, не обошлось бы без неконтролируемого выброса магии. Слишком много потрясений выпало на мою голову за короткий период, а «женишок» будто намеренно подкинул дров в пылающий костер.
Выспаться мне ожидаемо не вышло.
  
Картины скоропостижной и мучительной кончины Айерзена сменялись эпизодами слезных объяснений Ларсу, что я ни в чем не виновата. Где-то под утро в эти прекрасные мотивы сновидений ворвались монстры с пылающими мордами, которым я приказывала сожрать обоих кавалеров. На этой ноте я вынырнула из кошмаров и резко села на кровати, обливаясь холодным по́том.
А после, пока мои соседки сладко спали, я ревела под холодным душем, изливая испуг, раздражение и щемящую сердце тоску. Это помогло. Когда вышла из ванной, чувствовала себя не просто в разы лучше, а замечательно! Энергия била ключом, я снова была готова встретиться с Варденом, Айерзеном, ректором, да хоть с чертом лысым – неважно. Эмоции, сопли и самокопания остались там, каплями воды на каменных стенах.
– Ты чего ни свет ни заря встала? – раздался сонный голос Катрин с соседней кровати.
Нас разделяли два шага толстого зеленого ковра и пушистое белое одеяло, в которое с головой была закутана подруга. Из-за него она звучала глухо, но прекрасно слышно в тишине спальни. Две другие соседки еще тихонько сопели с противоположной стороны комнаты. С Розалиндой и Мари у меня сложились несколько натянутые отношения. Они считали меня избалованной принцессой со стервозным характером, которой все доставалось слишком легко.
Не скажу, что повода у них так думать совсем не было.
Когда папа забрал меня из межмировой академии, в Гидрилхеме я оказалась зачислена на второй курс. И это посреди года! Учебные программы двух заведений сильно разнились, то, что преподавалось на первом курсе там, здесь растягивали на два. А каких-то дисциплин и вовсе в планах не имелось.
Я была так расстроена и зла на отца, что наотрез отказалась ехать в другую академию. В итоге магистры стали прибывать во дворец, впихивая в меня знания чуть ли не насильно. Следующий учебный год я встретила как положено – в стенах Гидрилхема, адепткой третьего курса на факультете стихий.
Можно сказать, что смирилась я быстро. Но ненадолго. Едва отец заговорил про замужество и единственную, на его взгляд, подходящую кандидатуру – наследника герцога Айерзена – я вернулась к прежнему упрямству и стремлению к свободе.
Катрин стянула с головы одеяло и посмотрела на меня одним глазом, повторяя:
– Чего так рано поднялась, а?
– Не так уж и рано, – улыбнулась я, застегивая ремешок на форменном сиреневом платье. – Подъем уже минут через пять.
Подруга застонала и вновь накрылась с головой.
Я же закончила сборы, подхватила подготовленную с вечера сумку и на цыпочках пошла к выходу. Мне нравилось завтракать, когда в столовой совсем мало народа. Особенно после того, как опытным путем было выявлено, что Дестер любит поспать и частенько опаздывает на первые пары.
Сталкиваться с ним нос к носу в дверях – мало удовольствия. Но я совсем забыла, что теперь мне нужно избегать подобного столкновения еще кое с кем. И он, в отличие от Айерзена, предпочитал ранний подъем.
Войдя в просторный зал с множеством самых разных по вместимости столиков, я сразу заметила компанию из четырех мужчин в дальнем от входа углу. Сидели они здесь уже давно, судя по пустым тарелкам. Я даже не стала разглядывать их, в первые же секунды определила, что тот, который ко мне спиной – Ларс.
Резко отвернулась и пошла в противоположную сторону, к двуместному столу. Села, быстро выбрала во всплывшем передо мной меню теплое какао с маковой булочкой и принялась уминать завтрак со скоростью голодного дракона. Если б можно было выносить отсюда посуду, сразу ретировалась бы и поела в учебной аудитории.
Я понимала, что это глупо. Но все равно торопилась, надеясь, что меня не заметят.
Когда в поле бокового зрения попала высокая темная фигура, я чуть не подавилась. Сбегать было уже поздно – в следующую секунду Варден оказался напротив. Задержал на мне ничего не выражающий взгляд, затем отодвинул стул, повернул его спинкой к себе и оседлал.
Я с трудом сглотнула непрожеванный кусок булки и подняла к лицу полупустой стакан. Нужно было срочно запить, пока не настиг кашель. Или икота, что еще хуже. Черт, я наверняка покраснела от натуги, а сухой ком теста застрял в горле, не позволяя свободно вдохнуть.
– Рекомендую все же запить, – проговорил Ларс, глядя на меня, как удав на мартышку.
Хотелось съязвить, что и без него знаю, но было не до пререканий.
Припав к стакану, я прикончила оставшееся какао, со стуком поставила его на столешницу и поднялась.
– Сидеть, – тут же приказал Варден, не двинувшись с места.
От стальных ноток в его голосе у меня все внутри похолодело. Но слушаться я, конечно же, не стала. Сложила руки на груди и сузила глаза, ожидая продолжения.
– Нам нужно серьезно поговорить, Габриэлла.
– Вспомнил мое имя?
Его «мисс Мерзе» во время прошлой встречи меня неоправданно задело.
– Да, вспомнил.
Ноль эмоций.
Хотя бы ненависти добавь, раз уж мы начинаем с начала, но только не это показное равнодушие! Оно невероятно бесит.
– Какое достижение.
– Сядь.
– Спасибо, я постою. Говори, что хотел, мне некогда.
Боги, зачем я так? Хотелось дать себе оплеуху за эту ненужную строптивость. Нам ведь и правда нужно поговорить! Объясниться друг с другом. А если более точно – именно мне рассказать ему о причинах своего поступка. Почему я исчезла, ничего не сказав, а потом не решилась написать письмо.
Аноре Шанталь я ведь писала. Но ничего в ответ ни разу не получила… Это было обидно, если честно. Хоть мы и знакомы с ней совсем мало, успели сдружиться. Теперь я старалась не придавать большого значения дружбе и новых подруг не заводить. Катрин сама как-то завелась, я ничего для этого не делала. Какой смысл? Пройдет всего год, мы окончим академию и больше друг о друге не вспомним. Забудем, как Шанталь обо мне забыла.
Ларс пошел на первый шаг, чего я бы сама ни за что не сделала. Если он сейчас встанет и уйдет, наша проблема навсегда останется нерешенной.
Прежний Варден так бы и сделал, кстати… Просто психанул и умотал отсюда, бросив что-то вроде: «не особо-то и надо».
Но нынешний продолжал оставаться на месте, спокойно на меня глядя.
«Спокойно» равно «безразлично», ведь так?
Сердце болезненно сжалось, и я сделала шаг обратно, устраиваясь напротив бывшего парня.
– Хорошо. Нам действительно нужно обсудить наше… прошлое.
Ларс на секунду сузил глаза, но это была единственная реакция на мои слова. Потом он выпрямился, полез в карман штанов и достал оттуда прозрачную сферу, размером с перепелиное яйцо. Внутри нее что-то темнело. Он протянул руку и положил этот шарик в центр стола. Затем посмотрел на меня и проговорил:
– Он слишком долго был в стазисе. Я брал его с собой в каждый мир, который приходилось посещать… по работе. На случай нашей неожиданной встречи. И теперь с чистой совестью передаю тебе эту надоедливую тварь.
Стало резко нечем дышать.
Я прилепила взгляд к сфере, но разглядеть, кто в ней, было сложно. Хотя я и без того догадывалась.
– Кто это? – все же спросила севшим голосом.
Ларс дернул бровью и глянул в сторону своих товарищей. Прочистил горло и только потом ответил:
– Той фамильяр.
Я прикусила губу, чтобы взять себя в руки, часто заморгала, избавляясь от тумана перед глазами.
  
– Фир?
– Ну если у тебя другого не было, то да.
Сапфировый дракончик, трепавший нервы всей межмировой академии, сам нашел ко мне путь – как в прошлый раз, так и сейчас. Помню, как он настойчиво пробирался ко мне, а потом сбегал, когда я пыталась дотащить его до монстрятника. Но ведь эти зверьки любят жить стаями, я терзала себя, понимая, что взять с собой этого вредину не смогу. В одиночестве он зачахнет и погибнет.