Плохие парни оставляют раны (СИ)

Целует в губы. Так, как, наверное, не целовал никогда... соприкасаясь с моими губами почти невесомо. Целует уголки рта, скулы, виски, лоб, вновь возвращается к губам, спускается к шее, ключицам. Через поцелуи слышу его шёпот, не сразу разбираю слова. Но словно сквозь туман, которым вновь начинает заволакивать сознание, доносится:
- Прости, прости, - и снова нежные прикосновения губ и горячей ладони, которой Ник поглаживает моё лицо, большим пальцем проходясь по щеке, - прости, пожалуйста, прости.
  
Он смотрит мне в глаза, а мне кажется ещё немного и я растворюсь в его взгляде до конца без остатка. И, наверное, я уже на грани потери разума, потому что почти произношу... но всё - таки нахожу в себе силы вовремя остановиться.
Ник же вновь утыкается лицом мне в висок, зарываясь носом в волосы, судорожно втягивая воздух, выдыхает моё имя:
- Полина.
А мне хочется кричать от этой нежности, я почти захлёбываюсь ею. Нет, лучше пусть он будет грубым, несдержанным, просто трахая меня, как и обещал, чем так... мне же ещё нужно будет найти в себе силы, чтобы ту самую точку поставить. Но Ник снова шепчет моё имя, целуя, начинает двигаться осторожно, чтобы не причинять больше боли. Её и нет почти, только где - то на задворках сознания, потому что это же Никита, каждая моя клеточка к нему тянется, и не только наши тела сплетаются воедино. Он стонет, сжимая пальцами мои бёдра, по телу дрожь проходит, я прижимаю его к себе, поглаживая по спине.
Никита скатывается с меня, отворачивается на несколько секунд, избавляясь от защиты. И снова сгребает в объятия, разворачивая к себе лицом. Пальцами по щеке поглаживает. Хочет что - то сказать, но я качаю молча головой отрицательно: не хочу я никаких разговоров. Не хочу, потому что и так знаю, что он скажет. Только поздно уже для разговоров.
Если бы он пришёл сам...
Время для нас как будто останавливается. Вижу, что Никита начинает засыпать. Бормочет еле слышно:
- Ты же не уйдёшь... останешься, - на выдохе, почти не слышно, не раскрывая глаз.
- Спи, всё хорошо, - шепчу ему тихо и нежно. Утром он этого не вспомнит, и я могу быть собой. Могу смотреть на его расслабленное лицо, чуть подрагивающие длинные ресницы, не пряча во взгляде своё чувство. Могу даже сказать ему: - Как же я люблю тебя, Никита, - сказать одними губами, чтобы ненароком не разбудить. - Спи, всё хорошо, - убаюкиваю его, вдыхая запах его тела, вглядываясь в его лицо, чтобы запомнить каждую чёрточку, каждую родинку, запомнить навсегда, на всю жизнь.
Жду момента, когда дыхание Ника станет глубоким и размеренным. Аккуратно снимаю его руку со своей талии. Медленно, очень медленно, сползаю с кровати. Осторожно собираю свои вещи и, бросив последний раз взгляд на спящего Ника, выхожу на цыпочках из комнаты.
На то, чтобы одеться и «свалить из его жизни», уходит не более пяти минут. Слышу, как щёлкает замок на входной двери, ставя окончательную точку на моей прежней жизни.
 Глава 11 
Я не хочу, чтобы ты оставила меня в прошлом, 
Я был так слеп, что не заметил, как всё разрушил, 
Можем ли мы всё вернуть? 
Больше нет пустых обещаний 
Их больше не существует, 
Tолько я, открытый перед тобой. 
Сегодня я буду сражаться за тебя, 
Просто дай мне последний шанс, 
Чтобы всё исправить. 
Daughtry - One last chance 
- Полина, - деликатный стук в дверь заставляет отвлечься от разглядывания собственного отражения в зеркале. - Можно?
- Да, то есть нет, минутку, - оглядываюсь по сторонам в поисках тонкой светло - голубой водолазки, которую специально отложила, собирая чемодан. Не стоит Вере видеть многочисленные засосы, которыми расцвечены мои ключицы и шея. Хорошо, что жара спала ещё неделю назад, да зарядил мелкий, холодный, почти осенний дождь. И можно, не вызывая подозрений, надеть тёплую вещь.
Натянув на себя водолазку, разрешаю Вере войти. Она улыбается мне, потом внимательно оглядывает комнату, задержав взгляд на раскрытом чемодане. Вещи пришлось собирать в спешке: от Никиты я вернулась во втором часу ночи, потом душ, горячий травяной чай в отчаянной попытке успокоиться. И неутешительный итог: поход до ближайшего круглосуточного ларька, и пачка сигарет, зажатая в мелко подрагивающих пальцах.
- Ничего не забыла? Поля! Ты меня слышишь? - Вера с беспокойством вглядывается в моё лицо.
- А? - реагирую я, вздрогнув. - Прости, задумалась, - с каждой минутой мне всё больше кажется, что я ошиблась. Не нужно было проводить эту ночь с Никитой. Не нужно было. Теперь он уверен в моей невиновности, и я не могу отделаться от этой мысли. Мне будет в тысячу раз сложнее забыть всё, что было между нами. Господи, какая же я дура!
- Паспорт, билет? - Вера вновь привлекает к себе моё внимание. - Документы для университета? Деньги?
- Да, вроде всё взяла, - отвечаю я. Вера с сомнением смотрит на меня. Вздохнув, киваю в сторону сумки: - Проверь сама. Так и тебе и мне спокойнее будет.
Вера начинает рыться в сумке, я же пытаюсь застегнуть чемодан. Вроде и взяла только самое необходимое, а кажется, одно неосторожное движение и...
- Полина! - со стороны Веры доносится резкий окрик. - Ты снова куришь? - обернувшись, замечаю в её пальцах початую пачку сигарет. На лице тёти отражается целая гамма эмоций: от неподдельного изумления до искреннего разочарования. - Я думала, ты бросила, - с сожалением в голосе дополняет она.
Вот же! Совсем забыла об этой злосчастной пачке. Подхожу к Вере, забираю у неё и сумку и сигареты. Успокаиваю:
- Бросила. Просто, понимаешь, я волнуюсь из - за переезда. Не могла уснуть и...
- Давай я вернусь с тобой в Питер, - пользуясь моей заминкой, тут же предлагает Вера.
- Нет! - энергично трясу головой, всем своим видом давая понять, что об этом не может быть и речи. - Даже не думай!
Вера приехала пару дней назад. Она не обманула, действительно взяв отпуск. Более того, согласилась провести его с отцом в Таиланде. Сегодня они провожают меня, а послезавтра должны улететь на отдых.
- Поль, это из - за того парня, Никиты, ты такая, да? - Вера подходит ко мне вплотную. Я замираю, не ожидая услышать от неё подобного вопроса. - Алексей сказал, что вы с ним решили попробовать возобновить отношения. Но... - с участием в голосе продолжает она, - ты не выглядишь счастливой. А это, - она поднимает руку, пальцами осторожно отодвигает вниз край горловины моей водолазки, - только сбивает меня с толку. Что у вас произошло?
Хватаю ртом воздух, теряя с трудом обретённое спокойствие. Вера же продолжает молча смотреть на меня: и в её взгляде вижу не только сочувствие, но и какое - то чисто женское, почти интуитивное, понимание того, что я испытываю в данный момент. И пусть мне непривычно говорить с ней об отношениях с парнем, я всё же произношу:
- Мы расстались. А это, - провожу пальцами по шее, - прощальный подарок.
- Поль, - вздохнув, серьёзно произносит Вера, - я не лучший советчик, конечно, но если я что - то и могу тебе сказать, - она умолкает на пару секунд, собираясь с мыслями, - то... - встряхивает головой, морщится досадливо, - я скажу тебе так, - наконец говорит уже более решительно, - раньше я считала, что ты рвёшься уехать в Питер, чтобы так отдалиться от отца. И я была солидарна с тобой в этом стремлении. Я искренне считала, что вам будет полезно пожить друг от друга на расстоянии. К счастью, вы смогли наладить отношения, да и Алексей в последнее время заметно успокоился и вспомнил, наконец, что у него есть дочь. Ну да ладно, я отвлеклась, - сама себя одёргивает Вера. - Теперь же у меня ощущение, что ты хочешь убежать от своих чувств к этому парню, - и вновь она одаривает меня пристальным взглядом, - так вот - это бесполезно. Я это тебе, как эксперт говорю, - издав нервный смешок, заканчивает она.