Мир Аматорио. Разрушенный

– Спасибо, – я придаю своему голосу легкомысленный тон, словно не слышала, как минуту назад Киллиан обещал отрезать член Найлу. – О чем вы разговаривали?
– Мы обсуждали, куда Найл поведет тебя на свидание, – отвечает Фрэнк.
– Правда? – я спускаюсь и поворачиваюсь к Найлу. – И куда же ты меня поведешь?
– Скоро узнаешь, – его лицо расплывается в широкой улыбке.
Он неотрывно смотрит на меня и, спохватившись, протягивает мне букет цветов.
– Это тебе, – говорит Найл, немного краснея.
– Спасибо, – я благодарю его, вдыхаю сладковатый аромат и передаю букет миссис Рендап. – Думаю, нам пора.
Мы идем к выходу, Найл наклоняется и шепчет, как я превосходно выгляжу. Я собираюсь ему ответить, но меня перебивает голос Фрэнка.
– Во сколько ты привезешь домой мою дочь?
Найл останавливается и отвечает.
– Не позже полуночи, сэр.
Фрэнк удовлетворенно кивает.
– Хорошего вечера.
Найл придерживает для меня дверь, когда мы выбираемся наружу. Мы приближаемся к его машине, но в какой-то момент нас окликает мужской голос. Я оборачиваюсь и обнаруживаю Киллиана, небрежно прислонившегося к центральной колонне.
– Найл, – он сужает глаза. – Это была не шутка.
Киллиан поднимает руку, и со своего расстояния я могу рассмотреть, как он держит сломанную шпажку.
– Про какую шутку он говорит? – я делаю вид, что не понимаю, о чем речь.
– Не обращай внимания, – говорит Найл с улыбкой. – У твоего брата своеобразное чувство юмора. Видимо, мне придется долго к этому привыкать.
Мы подходим к его машине, и я не могу удержаться от того, чтобы провести кончиками пальцев по глянцевому гладкому кузову. Автомобиль Найла полностью соответствует его образу: утонченный, сдержанный, элегантный.
Не то, что агрессивный и рычащий внедорожник Кэша. 
Я стараюсь отогнать от себя воспоминание.
– Это подарок моего отца на восемнадцатилетие, – Найл встает рядом со мной и открывает для меня пассажирскую дверь. – Для протокола: ты первая девушка, которую я собираюсь на нем прокатить.
– Вау… Это впечатляет.
Я проскальзываю на сиденье. Внутри машина пахнет пряным парфюмом Найла. Я пристегиваю ремень безопасности, отмечая, что сиденье и двери отделаны плетенной кожей с темным узором пепита, а табличка на передней панели дает понять, что это единичный экземпляр.
Найл обходит машину спереди и садится на водительское место.
– Ты готова? – спрашивает он, и я киваю.
Он пристегивается, заводит двигатель, и подо мной начинает вибрировать сиденье. Я сжимаю бедра вместе, приготовившись, что сейчас машина резко тронется с места. Однако, как только раздается первый гул мотора, автомобиль не успевает проехать несколько футов и останавливается.
– Что-то не так? – спрашиваю я.
– Дай мне минуту.
Найл выбирается из машины и хлопает дверцей. С озадаченным видом он осматривает автомобиль.
– Черт, – отзывается Найл. – Похоже, я проколол колесо.
Следом за ним я открываю дверь и выбираюсь из салона. Обхожу машину со стороны капота и вижу две спущенные шины вокруг колесных дисков.
– Все в порядке?
Я оглядываюсь через плечо и замечаю Фрэнка, приближающегося в нашу сторону. Он подходит к машине, наклоняется и осматривает шины, качая головой.
– Плохие дела, – выдает он. – Здесь неподалеку стройка, и многие жалуются на строительный мусор. Вероятно, по пути ты наехал на что-то острое.
Я скептически изгибаю бровь. Не припомню, что вблизи Гринвуд-Лейк что-то строили.
– Здесь есть поблизости автосервис? – спрашивает Найл у Фрэнка.
– Вряд ли в этих окрестностях найдется что-то подобное, – отвечает Фрэнк.
– Ничего страшного, я могу вызвать такси, – я открываю сумочку, чтобы достать телефон.
Фрэнк снова качает головой.
– Боюсь, в пятницу вечером такси доберется сюда лишь ближе к полуночи, – говорит он и добавляет. – Вас может отвести Оук. Он как раз собирался в Нью-Йорк.
Не успевает Фрэнк об этом сказать, как на подъездной дороге появляется черный «Rolls-Royce». Он останавливается рядом с машиной Найла, и вдруг до меня доходит понимание.
 
«Ты не забыл предупредить, чтобы убрали с дороги шипы?»
Теперь мне становится ясно, что спущенные колеса на автомобиле Найла – не совпадение и не случайность. Очевидно, что Фрэнк и Киллиан подстроили все таким образом, чтобы не оставлять меня наедине с Найлом.
«Я хочу, чтобы она постоянно была под наблюдением»
Похоже, Фрэнк позаботился о том, чтобы за мной приглядывали его люди в Нью-Йорке. Но я не могу его в этом винить. Он доверяет мне, но не доверяет Найлу. И если ему будет спокойнее, то я могу подыграть его планам.
– Как мило со стороны Оука оказать нам услугу, – я обращаюсь к Найлу. – Ты ведь не против, если он отвезет нас?
– Отличная идея, – добавляет Фрэнк и говорит Найлу. – Я все организую к твоему возвращению, и твою машину быстренько приведут в порядок. Разумеется, ремонт за мой счет.
Найл не понимает, что стал частью заранее продуманного плана Фрэнка, и ему не остается ничего, кроме как согласиться.
 
Глава 8
 
Май. Нью-Йорк
Мы занимаем места на заднем сиденье «Rolls-Royce». По дороге Найл достает телефон, показывает мне фотографии и рассказывает про себя. Я слушаю его голос и поднимаю голову, чтобы посмотреть на него. У Найла спокойное выражение лица, от него не исходит агрессии и враждебности. К тому же тот факт, что он любит собак, добавляет очко в его пользу.
– Расскажи что-нибудь про себя, – просит он.
– У меня тоже есть собака, – признаюсь я. – Его зовут Голди.
Дальше я кратко пересказываю ему то, что читала в досье про Рене Гросс. Найл внимательно меня слушает, и, кажется, у него не возникает сомнений в моей истории.
Вскоре Оук останавливает машину неподалеку от здания обсерватории. В его панорамных окнах отражается вечернее сумеречное небо. One World одно из самых высоких строений западного полушария, и у его входа всегда толпится очередь. Однако Найл проводит меня через другую дверь, и мы оказываемся внутри.
Мы проходим проверку безопасности, затем Найл берет меня за руку и ведет к лифтам Skypod, которые располагаются с внешней стороны небоскреба. Но я останавливаю его на середине пути.
– Подожди, – прошу я.
– Что случилось? Ты не хочешь подниматься наверх? – Найл выглядит обеспокоенным. – Прости, я не подумал, что ты боишься высоты.
Ну разве то, что он волнуется о моих возможных фобиях, не делает его милым?
– Я не боюсь высоты, – говорю я. – Но мне бы хотелось посмотреть на город с другого ракурса. Поэтому по дороге я заказала билеты на прогулочный круиз.
На самом деле основная причина, по которой я выбрала парусник вместо обсерватории, заключается в том, что на воде за нами не смогут наблюдать люди Фрэнка. Я хочу приятно провести время, а не чувствовать на себе слежку.
– Ты не против, если я внесу изменения в наше свидание? – спрашиваю я.
– Я буду рад любому вечеру, – Найл улыбается. – Главное, что я проведу его вдвоем с тобой.
Его романтичные слова подбадривают меня. Я прошу Найла вывести нас через служебный выход. Я делаю это на тот случай, чтобы за нами не было «хвоста». Разумеется, о последнем я не сообщаю Найлу.
Спустя несколько минут мы ловим такси. Я называю водителю адрес пирса, и вскоре мы забираемся на современную трехмачтовую шхуну, покачивающуюся на волнах. Его громадные белоснежные паруса ярко выделяются на фоне синего неба.
Нас проводят к столику располагающегося у бакборта. Легкий ветер дует в лицо, джазовый оркестр исполняет расслабленную композицию, рядом с нашим столиком весело болтает парочка азиатов. Официант принимает заказ и сообщает, что мы плывем вдоль Ист-Ривер по направлению к статуе Свободы.