"Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

— Вытаскивайте его к чёртовой матери, Денис Викторович! — откуда-то со стороны гаражей выбежал Старостин, размахивая руками. Видимо, недоброе почувствовал не только я. — Галька же с него сейчас шкуру спустит, а у нас показатели смертности по приёмному покою подскочат! Или мы скажем, что он дома откинулся? — Владимир Семёнович затормозил и принялся обдумывать своё предложение. — Точно, напишем, что на труп приехали, а смерть на дому к нам уже не относится. Думаю, Михаил Кимович не станет нас сдавать и просто закроет на это недоразумение глаза, — Старостин перевёл взгляд на находящегося в небольшом ступоре князя.
  
— Да вы что, совсем все охренели? — взвился Юрчик, услышав хороший, надо сказать, план старшего фельдшера. Он так сильно дёрнулся, что умудрился вырваться из моей хватки.
Но тут до нас добежала Галька. Почему-то князь Безносов немного помедлил, и когда он обхватил сзади за талию брыкающуюся женщину, прижав её к своему телу, она успела перетянуть Юрчика злополучной стойкой. Юрчику не повезло, она снова попала ему по лицу, точнее, по лбу. Я едва успел пригнуться и пропустить стойку у себя над головой, потому что стоял как раз между этим дегенератом и разъярённой женщиной с грозным оружием в руках. Но совсем без последствий выйти из этой короткой драки у меня всё же не получилось, потому что у скальпированных ран есть одна отвратительная особенность: они очень сильно кровоточат.
— Всё дело в сосудах, — пробормотал я, с философским видом разглядывая свой мундир, на который попала кровь Юрчика. — Они не спадаются и поэтому так сильно кровоточат. А ещё меня интересует вопрос: почему она тебя всё-таки не пришибла? — я поднял взгляд на Юрчика, чувствуя, что вот прямо сейчас мне становится плевать на свою целительскую змею, и я хочу убивать!
— Галина Ивановна, успокойтесь, — раздался спокойный голос Безносова откуда-то сбоку. — Я вас очень хорошо понимаю, и мне самому хочется убить этого… В общем, этого. Но всё же не стоит так горячиться, тем более делать это благое дело так демонстративно да ещё с применением казённого имущества.
Князь утащил в одно мгновение успокоившуюся Гальку вместе со стойкой в больницу, а ко мне подошла Наталья Сергеевна и, вздохнув, указала на Юрчика, пытающегося зажать кровоточащую рану на лбу.
— Шить надо. Да и вам переодеться не помешает. Мундир нашим прачкам отдадим. Они без всякого дара чудеса творить умеют, — сказала она и ещё раз тяжело вздохнула.
— А давайте мы его добьём, — предложил я и сжал кулаки, но тут Владимир Семёнович подошёл к Юрчику и потащил его ко входу в приёмник.
— Никак нельзя этого делать, Денис Викторович, — говорил Старостин на ходу. — Михаил Кимович прав, слишком много свидетелей. Зачем вам лишние неприятности? Вот и я думаю, что незачем.
Я только зубами скрипнул и последовал за ним. Разделся в ординаторской, снова поступившей в моё распоряжение, натянул рубаху от хирургической пижамы и вышел. Вручил мундир подбежавшей девушке и направился шить Юрчику лоб, надеясь, что сумею проявить чудеса выдержки и не прибью его прямо в приёмнике. Тем более что там свидетелей будет уже немного, и Наталья Сергеевна меня не выдаст.
* * *
В окно практически ничего не было видно, и я быстро вышел на улицу, встав на крыльце. Юрчик шёл к выходу с территории больницы медленно, постоянно оглядываясь, но тем не менее приближаясь к нему. Когда он уже практически достиг ворот, во двор влетела наша машина. Юрчик был вынужден отпрыгнуть, чтобы освободить ей дорогу.
Из салона выскочил Саша и прямо с улицы заорал, вбегая в первый вход, ведущий, в амбулаторию и аптеку.
— Зинаида Карловна! Анастасия Сергеевна! Преждевременные роды! Быстрее, а то до губернской клиники не довезём! — последняя фраза уже слышалась из коридора больницы.
Уже через минуту на улицу выбежала Настя, а за ней Зинаида Карловна. Последняя тащила огромный бикс, на ходу делая уточнения.
— Саша, не нервируй меня. Кто, где, сколько недель беременность?
— Ленка Изюмова из Третей Тисы, — Саша уже отдышался и резво бежал рядом с нашей сексапильной акушеркой. — Мужик её тормознул нас, когда мы с вызова возвращались. Уже на подъезде к Аввакумово были, поэтому решили за вами заехать сначала, а потом уже к ней гнать.
— А она что, дома? — Зинаида Карловна остановилась и недоумённо посмотрела на Сашу. — Я же лично её отвезла три дня назад в Тверь?
— Так говорит, что её отпустили на выходные, — ответил Саша, разведя руки в стороны. Дело явно было серьёзное, раз на его лице не было дежурной радушной улыбки.
— Да какого же лысого демона⁈ — вот сейчас Зинаида Карловна завизжала, переходя почти на ультразвук. — Это у неё восьмые роды уже будут! Какой идиот её отпустил? У неё же всего двадцать шесть недель и весьма сильные перспективы преждевременных родов!
— А я тут причём? — Саша остановился, возмущённо глядя на неё. — Это не я Ленку выпустил из клиники, почему вы на меня орёте? Лучше Петровской высказывайте.
— Я выскажу, даже не сомневайся, — сквозь зубы процедила Зинаида Карловна и повернулась в мою сторону. Я скорее почувствовал, что на крыльцо вышла Наталья Сергеевна. Акушерка тем временем крикнула: — Наташа, позвони Петровской, пускай на спецмашине нам навстречу выезжают! Изюмову мы точно не довезём, особенно если воды уже отошли.
— Я позвоню, езжайте, — махнула рукой Наталья Сергеевна.
Настя посмотрела на меня, и я ей ободряюще кивнул. Она была немного бледной, но держалась вполне уверенно. А ведь вряд ли у Насти есть большой опыт, как у врача-неонатолога. Вообще здесь, в Аввакумово мы вполне можем этот самый опыт обрести в полном объёме, сейчас я это осознаю, как никогда раньше.
И тут я бросил взгляд на водителя. Дежурил сегодня Дмитрий. Он сидел, вцепившись руками в руль так, что побелевшие костяшки пальцев было видно отсюда. А на его лице большими буквами было написано, что он ну о-о-чень не хочет, чтобы кто-то рожал в его машине. Ничего, парень, это не смертельно, переживёшь. Машина рванула со двора, и я повернулся к Наталье Сергеевне.
— А почему Зинаида Карловна эту Изюмову сюда не хочет везти? — спросил я у старшей медсестры.
— У нас нет средств для выхаживания младенцев, — ответила она. — Так-то мы стараемся отвозить всех рожениц в губернскую клинику пораньше, особенно таких, как Ленка Изюмова. Кто же знал, что в клинике найдётся альтернативно-одарённый акушер, который её выпустит, — Наталья Сергеевна покачала головой. — Ничего, я сейчас Петровской позвоню, она быстро тому гению башку открутит.
— А Петровская… — решил уточнить я.
— Главный акушер-гинеколог губернии, — пояснила Наталья Сергеевна. — Суровая тётка, чего уж там. Нет, если бы бригада здесь осталась, мы бы Изюмову сюда приволокли. А так лучше уж увезти от греха подальше. Хорошо, что Зине педиатр помогать будет. Ладно, пошла я звонить. Да и дела ждать не будут.
Я ещё немного постоял на крыльце. День обещал быть жарким, всё-таки лето в самом разгаре, и без мундира дышалось определённо легче. Ну что же, с Настей поговорить не получилось, зато я могу наконец-то обследовать дом. Наверняка же Варя уже прибралась и ушла. Но перед этим нужно зайти к Дмитрию и осмотреть уже бывшую бабку.
Меня опередили. На крыльцо вышел князь Безносов и посмотрел на меня странным взглядом, будто спросить что-то хотел, но не решался. Странный он. Ни за что не поверю, что имперский князь будет чего-то стесняться.
— Я чем-то могу вам помочь? — наконец спросил я у него, когда молчание стало конкретно так затягиваться.
  
— Эм, думаю, да. Нам нужна ваша помощь. Но не переживайте, это не по поводу здоровья его высочества, — ответил он и нахмурился. Вот точно опять этот баран упрямый что-то задумал, и почему-то мне кажется, что крайним буду в его гениальных идеях именно я.
— Ну раз нужно, то пойдёмте, — я первым зашёл в больницу и направился к палате цесаревича.
Ольга находилась в коридоре и сидела напротив Гальки, которую трясло мелкой дрожью. Кружка, от которой по всему коридору расходился запах валерианы, ходила в её руках ходуном.