Одиночка. Компиляция (СИ)
— Понятно, если что — сразу на тебя выйду, нам с гребня больше видно, чем вашему наводчику из этой ямы. Заодно подскажи, давно хотел узнать — что у миномета за насадка такая на стволе?
— У нашего миномета на стволе с помощью резьбы закреплено устройство, работающее предохранителем от двойного заряжания. Оно со стороны выглядит как цилиндр с прорезями, внутри установлена на оси так называемая «лопатка», которая при наличии в стволе миномета мины перекрывает ствол таким образом, что вторую мину опустить невозможно. Когда мина вылетает, лопатка поднимается и дает зарядить следующую мину в ствол. Этот предохранитель установлен для того, чтобы не дать опустить вторую мину на первую, иначе обе мины взрываются, и расчет при взрыве погибает. Такие случаи были во вторую мировую, во время боя, когда очень быстро подряд заряжали в ствол мину за миной.
— А на «импортных» такого нет?
— На иностранных минометах таких предохранителей нет, они своих людей не жалеют.
— Дальность выстрела эта железка не уменьшает?
— Так за любым оружием следить нужно, и знать его хорошо, тогда при стрельбе все нормально будет.
Познакомившись таким образом с сержантом-минометчиком, я пошел в свою палатку. Еще мне нужно перед сном свое оружие почистить, сегодня днем без стрельбы обошлось, поэтому долго возиться не буду…
11 число 8 месяца 23 года, недалеко от устья Амазонки
Из радиоперехватов:
«— Кто сейчас с тобой?»
«— Еще двое подошли, будут на моей связи.»
«— Кто их прислал?»
«— Джихад-3, с ним сам потом поговоришь.»
«— Бензина сколько принесли?»
«— Да на пару раз туда-сюда хватит.»
«— Жди, братья ко мне подойдут, вызовем тебя.»
«— Понял.»
«— Джихад-2, Джихад-3 на тебя выходил по связи?»
«— Нет, там место плохое, собаки гавкают.»
«— Когда его услышишь, нам скажи — будем к встрече готовиться.»
«— Есть что на стол положить?»
«— На подносах куча подарков лежит, если вдруг гости к нам приедут.»
«— Стол успеешь накрыть?»
«— За пару часов предупреди, мне помогут все быстро сделать.»
«— Махмуд, Махмуд, Махмуд — Сайфулле.»
«— Махмуд, Махмуд, Махмуд — Сайфулле.»
«— Махмуд, Махмуд, Махмуд — Сайфулле.»
«— Неразборчиво»
«— Махмуд, ты что, ишачий хвост, уснул там, палок захотел по спине получить?!»
«— Неразборчиво»
«— Баран, говори нормально в микрофон!»
«— Сайфулла, здесь Махмуд. Аккумулятор сел, когда на передачу нажал.»
«— Ты что, не следишь за рацией? Зачем тебя учили только!»
«— Рация старая, батарея садится быстро. Заряженную поставил на замену. Мне Барс завтра обещал новый «Кенвуд» привезти, все нормально будет.»
«— Не вздумай там спать, ты возле тропы сидишь. Жди сигнал.»
«— Жду.»
(Разговор на английском)
«— Сегодня днем самолет опять пролетал, вас не заметил?»
«— Нет, он на идиотов в лодках отвлекся, мы под деревьями пересидели.»
«— С местными не пересекались?»
«— Нет, наши дела их не касаются. Пусть к нам не лезут, и мы их трогать не будем.»
«— Когда отправка груза будет?»
«— Через день после будущей встречи.»
«— Понял.»
* * *
Через пару часов после рассвета я поднялся к нашему наблюдательному пункту. Записей в журнале ощутимо прибавилось. Самыми ценными, наверное, были пусть и весьма приблизительные, но все равно отмечаемые данные пеленгов на засеченные источники радиоизлучения (радиостанции, если по-простому). Отдельно были зафиксированы пеленги на эти же источники, снятые с удаленных пунктов. Так, сейчас пришлю сержанта, пусть данные в таблицу выписывает, обстановку на карту будем наносить. Посмотрим, где и на каких ветках в здешнем густом лесу возле реки эти «дятлы» расселись…
Особенно заинтересовали передатчики, сигналы которых отмечались как «очень сильные», причем из одной точки было слышно много позывных. Возможно, это передатчики-ретрансляторы, нужно на карте глянуть, куда на них пеленги ложатся. Интересно, значит, какие-то верхолазы на самые высокие деревья антенны затаскивают, так можно и километров тридцать перекрыть. Носимые рации между собой если на десять километров достают — считай, повезло, обычно норма километров пять-шесть на ровной местности. В густом лесу дальность гораздо меньше, кстати.
Свой радиообмен с постами мы сократили до минимума. Называем им частоту, они в ответ сообщают пеленги. Работа на передачу у нас занимает считанные секунды, это на случай, если с той стороны тоже кто-нибудь занимается прослушиванием эфира. Но пока никаких грозных окриков на контролируемых частотах слышно не было. Продолжаем «шевелить ушами» дальше…
* * *
Днем я решил побродить по лагерю, нужно подумать, что тут может быть спрятано такое важное. Саперы металла не обнаружили, мин тоже больше не нашли. Следов добычи каких-либо полезных ископаемых здесь не заметно, склоны холмов гладкие, почву никто не нарушал, где вырыты наши окопы — видно сразу. (Это с внутренней стороны их видно, если смотреть на холмы снаружи — все отлично замаскировано, глазу не за что зацепиться.) Очень внимательно еще раз осматриваюсь по сторонам…
Рядом с нашими холмами трава довольно чахлая, уже выгоревшая на солнце. Более насыщенным выглядит цвет у «зеленки», которую видно в бинокль, если смотреть в сторону реки. А вот в одном из углов площадки у кустика листочки-то очень свежими выглядят, как будто его регулярно поливают. Хотя, если у него корни длинные, то до водоносного слоя он и сам достанет. Вода? Тоже вариант, здесь это большая ценность, особенно если она чистая и пригодная для питья. Грязной-то много, болота не очень далеко, а за ними — вообще целая река.
— Руслан, твои саперы на какую глубину грунт на площадке проверяли?
— Не очень глубоко, как всегда при разминировании. Мины обычно близко к поверхности ставят.
— У меня одна идея появилась, хочу немного в земле покопаться. Может, что и найдется интересного.
— Давай, лопату найдешь?
— У минометчиков одолжу, у них нормальные есть.
Вооружившись лопатой, иду к приметному кустику. Сам куст трогать не буду, нужно рядом почву прощупать, так сказать. Оглянувшись по сторонам, достаю пару проволочек и повторяю действия, широко известные в узких кругах. Так, вот в этом месте проволочки начинают перекрещиваться… Осталось проверить совпадение «ботанической» теории о наличии здесь воды с практикой. После того, как я выкопал ямку глубиной примерно в тридцать сантиметров, лопата глухо стукнулась обо что-то. После расчистки ямки стали видны какие-то доски. Нет, дальше пусть саперы проверяют, мало ли что под этими досками скрыто.
— Руслан, дай своих саперов, там что-то есть, пусть посмотрят.
— Что ты там откопал?
— Досками что-то закрыто, сам я их поднимать не стал, вдруг «сюрпризы» есть под ними.
— Хорошо, сейчас они посмотрят на твой «клад»…
Оказалось, что доски прикрывали колодец, стенки которого были выложены местным деревом определенной породы, которое не гниет в воде. Вода в колодце блестела на глубине около пяти метров, достали оттуда пробную порцию в количестве одного ведра, понюхали — есть какой-то слабый запах, но вода прозрачная, без мути.
Дальше пусть врач проверяет, или кто здесь у Руслана есть компетентный в этом вопросе, можно ее пить или только на технические нужды будем использовать. Но и так тоже неплохо, вода — это жизнь, все знают.
Ко мне подошел капитан и сказал:
— Наш «знахарь» проверил, вода без примесей почти. Сейчас на технические нужды начерпаем, заодно колодец от застоявшейся воды очистится, потом еще раз проверим. Слушай, как ты догадался-то?