Одиночка. Компиляция (СИ)

— Курсант, полегче, у нас не «пилотажка». Ты на своих моделях так виражи выполнял?
— Да…
— Заметно… Хорошо, неплохо для начала! Теперь давай в другую сторону!
И так мы виражили в зоне около часа. Периодически поглядывая на небо и в море, оценивали обстановку, но темных облаков на горизонте видно не было, только висела белоснежная разрозненная «кучевка», под которой мы и летали. Когда проходили под облаками, «Сессну» начинало чувствительно потряхивать, поэтому в таких местах старались не задерживаться. В это же время кто-то начал переговариваться с диспетчером, запрашивая метеоусловия. Интересно, от нас вроде никто вылетать не собирался, неужели какая-то «первая ласточка» пожаловала? Но нас не вызывали, поэтому мы продолжали упражняться дальше.
  
Когда я почувствовал, что от напряжения уже весь мокрый, несмотря на прохладу в кабине, Джим скомандовал:
— Разворачивай на курс сто восемьдесят, запрашивай посадку!
— Принял!
Не торопясь сделав разворот, начинаю вызывать диспетчера:
— Вышка, я «Блюберд», прошу визуальный заход на посадку, дайте метео!
— «Блюберд», ожидайте в зоне пять минут, глиссада занята! — и тут же начинает переговоры с другим бортом, видимо, подходящим к аэродрому.
Снова начинаю закладывать виражи, периодически пролетая над береговой линией. На поверхности моря кое-где видны катера, удалось даже заметить небольшое рыболовное судно — наверное, решили воспользоваться хорошей погодой и наловить свежей рыбы. Рестораны «с руками оторвут», за мокрый сезон замороженные продукты из холодильников всем надоели.
— «Блюберд», разрешаю визуальный заход после круга, курсом девяносто на полосу один, ветер восемьдесят градусов, пять метров в секунду, видимость десять, полоса сухая.
— Вышка, я «Блюберд», выполняю заход курсом девяносто на полосу один.
Описав большую петлю, заходим на курс. Да, направление ветра поменялось, поэтому и полосу дают другую.
— ILS — для лентяев, мы все «руками» будем отрабатывать, ясно? — обратился ко мне Джим.
— Ясно, чиф!
— Вышка, я «Блюберд», захожу на круг.
— «Блюберд», я Вышка, полоса свободна, посадка по готовности.
— Вышка, я «Блюберд», предполагаемое время захода на посадку — через пять минут.
Когда проходим над полосой, возле ангара вижу «Бичкрафт», один из пропеллеров еще медленно вращается. У въездного шлагбаума стоит пара больших джипов, встречать кого-то приехали, что ли?
— А, вот и наш Жако прилетел! — говорит Джим.
— Вот радости-то у Нинон будет! — отвечаю я, и мы оба смеемся.
Развороты Джим почему-то доверяет выполнять мне, стараюсь, как только могу. Инструктор одобрительно кивает, затем командует:
— Запоминай, какие на этом удалении от полосы должны быть высота и скорость, входим в глиссаду.
Докладываю по радио:
— Вышка, я «Блюберд», полосу набюдаю.
— «Блюберд», я Вышка, посадку разрешаю.
Начинаем плавно снижаться, и почти в начале полосы «Сессна» осторожно касается бетонки сначала задними колесами, потом опускает нос и дальше катится уже на трех колесах, Джим потихоньку притормаживает.
— Вышка, я «Блюберд», есть посадка, полосу освободил, разрешите руление до стоянки.
— «Блюберд», я Вышка, руление до места стоянки разрешаю.
После недолгой поездки заруливаем и останавливаемся возле своего ангара, докладываю:
— Вышка, я «Блюберд», на стоянке.
— «Блюберд», я Вышка, Хокинса просят зайти в диспетчерскую, конец связи!
— Вышка, я «Блюберд», принял, конец связи!
Джим говорит мне:
— Так, глуши двигатель, затем проведешь осмотр, техники помогут «птичку» в ангар закатить, я к диспетчеру.
Пока я щелкал переключателями, он придирчиво смотрел на мои действия. Когда пропеллер замер, он не торопясь вылез из кабины, махнул мне рукой, мол «Приступай!» и пошел к своей машине, стоявшей у стены ангара.
А что тут осматривать-то? На бреющем полете над лесом не ходили, в стаю птиц не влетали… Значит, процедура стандартная…
К возвращению инструктора самолет уже стоял в ангаре, и я влажной тряпкой не спеша протирал остекление кабины.
— Кто там прилетел? — спросил я у него.
— Жако, четырех бизнесменов привез. Срочно им надо было сюда, видите ли… Даже плохой погоды не побоялись.
— А что вызывали-то? У нас же все нормально в полете было.
— Спрашивали, какие планы на будущие дни. Я сказал, что буду с тобой подготовкой заниматься, если погода позволит.
— Наверное, что-то предложить хотели?
— Да, облет береговой линии делать периодически. Сейчас после зимы многие начнут на катерах в море выходить, мало ли что может случиться.
— Так нам можно и совместить тренировки с такими полетами, если что?..
— Чуть позже решим, сейчас докладывай о результатах осмотра…
Когда проезжали мимо стоянки, никакой красной машины там уже не было. Показалось, что ли?..
Так что еще примерно полчаса мы с Хокинсом сидели в «Триммере», за кружкой пива отмечая наш первый совместный вылет. У стойки, за которой суетилась сияющая от счастья Нинон, восседал на вертящемся табурете какой-то тип в кожаной куртке. Посмотрев на его нос, я спросил у Джима:
— Это и есть Жак?
— Он самый, — ухмыльнулся пилот. — Посмотри, как Нинон перед ним крутится.
На обширной груди барменши поблескивал кулон на цепочке из желтого металла, раньше этого украшения у нее вроде не было. В ажурную оправу вставлен довольно большой зеленоватый камень, искристо бликовавший в неярком свете немногочисленных светильников. Изумруд? Нет, не похоже… Наверное, это хризопраз или что-то вроде него. Впрочем, мне-то какая разница?..
А в это время Жако продолжал свой треп с подружкой:
— Хотел вылететь при первой возможности через неделю, погода еще не устоялась. А тут пристали эти четверо — мол, срочно нужно, платим любые деньги, ничего не боимся, только отвези! Ну, я и рискнул. Видишь, как здорово получилось?
— А когда в ресторан меня поведешь? И в какой? — тут же спросила Нинон.
— Куда скажешь — туда и поведу, только давай завтра, а то мне переодеться надо бы. Деньги я с этих бородатых уже получил, так что без проблем.
Опаньки… Что это еще за «бородатые»? Плохо, что напрямую спрашивать нельзя… Ладно, послушаю еще, может быть, что и прояснится.
Однако ничего интересного выяснить не удалось — буквально минут через десять Жако засобирался в город, и улыбающаяся Нинон тут же объявила посетителям, что по техническим причинам бар закрывается. Жаль…
Дома Рыжик сразу заметила довольное выражение на моем лице, и спросила:
— Ну что, удачно все прошло?
— Да, инструктор даже не ругался… Ну, почти…
— Самолет «одним куском» посадили? — Надо же, она и это выражение знает, интересно, откуда?
— Конечно, Джим сам управлял, мне посадку отрабатывать еще рано. Так, потренировался по прямой рулить, виражи, развороты делать…
— И как мечта детства — стоило оно того?
— Еще бы!.. Ужин у нас готов? А то у меня аппетит так разыгрался, что даже говорить не могу…
23 число 02 месяца 24 года, Порто-Франко 
Сегодня босс снова поинтересовался у меня, как обстоят дела с обучением летному делу.
— Учусь настоящим образом! — ответил я.
Босс «первоисточника» не знал, поэтому смысл фразы уловить смог только чуть погодя.
— Сам еще не управлял?
— Полностью от взлета до посадки — пока нет, все под руководством инструктора, в одиночку еще не вылетал.
— А можно с инструктором договориться, вокруг города полетать?
— Если хотите — могу дать его телефон, договаривайтесь, скорее всего он согласится.
Босс записал себе номер телефона Джима, посмотрим, чем дело кончится…
  
На аэродроме народу заметно прибавилось. Всю прошедшую неделю техники и пилоты ковырялись в своих самолетах, при отсутствии дождя вытаскивая их на улицу. Иногда шум стоял, как на какой-нибудь военной авиабазе в разгар учений, когда на вылет отправляется сразу вся эскадрилья. По вечерам в «Триммере» все места бывали заняты, и приходилось проталкиваться к стойке, чтобы взять кружку пива. Одним словом, начался летный сезон, и народ этому активно радовался. Выражение глаз у барменши поменялось на более дружелюбное, потому что Жако сейчас не улетал далеко и надолго, ограничиваясь кратковременными рейсами в соседние города. У бизнесменов уже начался период активных действий, и они тоже не хотели сидеть на месте, стараясь прокрутить как можно больше сделок, пользуясь возникшим после «мокрого сезона» дефицитом некоторых товаров. Вот Жако и «ловил момент удачи», крутясь, как белка в колесе. Но я от ньюансов местных авиаперевозок весьма далек, поэтому воспринимал эту информацию чисто «для общего развития».