Игра на смелость (ЛП)

— Ничему, — я прячу мобильник в сумку и бросаю ее у ног.
— Я принес тебе макароны с сыром, — он ставит передо мной одну из тарелок. — И батончик «Херши».
— Спасибо, — опустив взгляд на стол, я отпиваю свой напиток.
Майлз нависает над пустым стулом рядом с моим.
— Пожалуйста, не сердись на меня.
— Я и не сержусь, — я делаю глоток.
— Нет, сердишься, — Наконец-то сев, он берет с подноса свою тарелку. — Я самый плохой парень на свете. Мне жаль, что меня не было рядом с тобой раньше. Уверен, Тина сделала это специально.
  
— Думаю, она хочет, чтобы я ушла из группы поддержки.
— Возможно.
Я кручу вилку над едой.
— Я думала, ты будешь там, с популярными ребятами.
Он легонько подталкивает меня в плечо.
— Ты мой друг. Чтобы это изменилось, потребуется нечто большее, чем драка. Кроме того, Тина теперь в центре внимания. Интересно, кто прислал это видео?
Мой ангел-хранитель. Тот, кому я позволяю делать со мной плохие вещи, когда все остальные спят.
Пронзительный смех Лейси перекрывает шум в комнате.
Я оглядываюсь по сторонам. Тины не видно. Джейс ухмыляется, а Эван машет рукой.
— Брет забрал ее еду, — говорит мне Майлз. — Королевская сучка дуется.
Я ем молча, пока он продолжает болтать. Это отвлекает меня настолько, что я даже полностью съедаю все с тарелки. Мы не задерживаемся, когда заканчиваем, оставляем пустые тарелки на столе и выходим на улицу.
— Давай прогуляемся, — он хватает меня за руку и тащит по траве.
На секунду я думаю, что он поведет нас по тропинке в сторону кладбища, но вместо этого мы идем вдоль линии деревьев, где свет от зданий встречается с чернотой. Вокруг толпятся несколько студентов, но они не приближаются к нам.
— Я должен тебе кое-что сказать, — Майлз делает глубокий вдох и отпускает мою руку. — Я вроде как встретил кое-кого.
Я замираю от удивления.
— Здесь, в школе?
— Нет, нет, нет, — его щеки краснеют. — Но он местный.
— Вы друзья?
— Боже, нет. Он сводит меня с ума.
Я скрещиваю руки, бросая нервный взгляд назад на здание.
— Он знает, что ты встречаешься со мной понарошку?
Он кивает, проводя рукой по волосам.
— Он знает, что мы встречаемся.
— Это то, что отвлекает тебя?
— Да, — Майлз делает дрожащий вдох. — Он... другой.
Это знание немного ослабляет напряжение в моих мышцах, а его очевидное волнение заставляет меня улыбнуться.
— И он тебе нравится?
— Да.
— Ты собираешься рассказать ему о нашей договоренности?
Он пожимает плечами.
— Я не могу.
— Мы ведь не совсем вместе, правда?
— И, если он кому-то расскажет, все поймут, что мы лгали. Я не уверен, что могу доверить ему эту информацию. Я просто хотел, чтобы ты знала, что я не игнорировал тебя специально.
Внутри меня зашевелилось чувство вины.
Майлз готов хранить наш секрет, а я все равно была с другим.
Но Син не предаст меня. Он никому не расскажет, чем мы занимались.
* * *
Волнение от присутствия Сина стирает чувство вины. Как только он берет меня за руку и ведет в гробницу, меня пронзает словно электричеством. Он поднимает меня, чтобы усадить на гроб. Ноги свисают через край камня, и я с нетерпением жду его указаний. Напряжение между нами ощутимо, и я наслаждаюсь трепетом.
— Ты уже не та грустная и пустая девушка, какой была, когда приехала. Не позволяй им украсть твою уверенность, — в его словах звучит нотка гнева. — Ты сильнее этого, котенок.
— Я пытаюсь, — шепчу я, ненавидя неуверенность в своем тоне.
— Тина — сука, и тебе нужно держаться от нее подальше.
Я вздрагиваю от холодных ноток в его голосе.
— Откуда у тебя видео с ней?
— У меня есть связи.
Несмотря на то, что я его не вижу, я наклоняю голову в его сторону.
— Ты знаешь секреты всех людей?
— Я знаю достаточно, чтобы люди чувствовали себя неловко.
Я слышу улыбку в его хриплом шепоте.
— А мои знаешь?
Он отвечает на мой вопрос другим вопросом.
— Ты доверяешь мне?
— Да, — я отвечаю без колебаний.
Рука ложится на мое колено.
— Ты не такая, как те дурочки, с которыми ты тусуешься, и твой парень тебя не заслуживает.
Мое сердце делает странное сальто-мортале в груди, посылая маленькие горячие толчки по позвоночнику.
— Ты ревнуешь?
— Думаю, мы оба знаем, кто владеет тобой, котенок, и это точно не он.
Порывисто потянувшись к его руке, я перехватываю ее пальцами.
— Я твоя.
Я нуждаюсь в тебе.
— Я хочу все, что ты готов мне дать. Я сделаю все, что ты захочешь.
Илай
Еще пару месяцев назад эти слова позволили бы мне по-настоящему издеваться над ней. Теперь же отчаяние в ее голосе заставляет меня сжимать челюсти, чтобы не скрежетать зубами.
— Все что захочу?
Ее пальцы сжимаются в моих, и она сползает с гроба, чтобы прислониться ко мне.
— Скажи мне, чего ты хочешь. Хочешь, чтобы я стояла на коленях? — она опускается на землю и откидывает голову назад.
— Встань, котенок.
Сегодня в ней чувствуется безрассудство, и я знаю, что это из-за того, что произошло сегодня.
— Скажи мне, что делать, Син, — умоляет она.
— Я сказал. Встань, — Поднимая ее на ноги, я закрываю ее лицо ладонями. — Что ты делаешь?
— Я готова идти дальше. Я хочу большего
— Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?
— Да, — она протягивает руки, и я уклоняюсь от ее прикосновения, делая шаг назад.
— Посреди кладбища, на грязной земле?
— Где угодно.
— Нет.
— Но.
— Я сказал «нет». Я сказал тебе, что ты не такая, как они. Ты стоишь большего, чем быстрый трах в темноте.
— Ты не хочешь меня, — ее голос дрожит.
— Я не это сказал.
— Но это то, что ты имеешь в виду. Ты почти не разговаривал со мной последнюю неделю. Что бы я ни делала, что бы ни посылала тебе, ты не хочешь со мной встречаться.
— Котенок...
— Что я сделала не так? — она не слушает меня, ее голос повышается. — Почему ты больше не хочешь меня? Я тебе надоела?
— Арабелла! — я выкрикиваю ее имя, забыв о том, что голос должен быть низким. Я старался избегать ее имени и всегда говорил только шепотом.
Черт. Она узнала меня?
Я ловлю ее руки в свои и смягчаю голос.
— Это был долгий день. Ты плохо соображаешь. Иди в постель. Поспи. Увидимся до закрытия школы на День благодарения.
Я не даю ей шанса ответить, отпускаю ее руки и выхожу.
Я не возвращаюсь сразу в свою комнату. Я жду, пока она уйдет, что она и делает через несколько минут, бегом пересекая кладбище. Если бы она остановилась на полсекунды, то увидела бы меня, стоящего рядом, но она опустила глаза, и в лунном свете я вижу слезы на ее лице.
Когда она уходит, я возвращаюсь в склеп и сползаю вниз, чтобы сесть, прислонившись головой к гробу.
— Какого черта ты делаешь? — я произношу эти слова вслух. — У тебя была прекрасная возможность признаться. Почему ты ею не воспользовался?
Но я знаю ответ на этот вопрос, и, будучи идиотом, я еще не готов отпустить ее.
Поднявшись на ноги, я выхожу на улицу, запираю дверь и по тайному туннелю возвращаюсь в здание общежития. Келлан уже спит, когда я проскальзываю в комнату, его тело едва заметно проступает под простынями. Я раздеваюсь и забираюсь в свою кровать. Сон приходит медленно, но в конце концов я проваливаюсь в дремоту.
* * *
В то утро я не написал Арабелле смс с вызовом. Прошедшая ночь оставила у меня неприятный привкус во рту, и я провел половину ночи, ворочаясь и гадая, ушла ли она к Майлзу.
Занимались ли они сексом? Дала ли она ему все то, что предлагала мне?
  
Я не в духе и раздражен, когда прихожу на первое занятие дня, так что, конечно же, именно в этот день футбольная команда мудаков решает, что хочет поиздеваться надо мной.