Игра на смелость (ЛП)
— Ладно, я ухожу отсюда.
Я провожу вечер взаперти со своим арт-проектом. Я слышу музыку вечеринки, смех и крики людей, пугающих друг друга. Я даже отдаленно не испытываю искушения присоединиться к ним. Ощущение отстраненности, которое было раньше, вернулось, и я даже не могу сбежать покататься. Главные ворота заперты, и студентов не выпускают за территорию после захода солнца. Но мне трудно сосредоточиться, и я не хочу испортить мраморную деталь, над которой работаю, поэтому я хватаю толстовку, бутылку водки и выхожу на улицу.
Я прогуляюсь. В лесу по-прежнему должно быть тихо, если не считать проложенной главной тропы. Если я буду оставаться в тени, меня оставят в покое.
Глава 40
Арабелла
Я возвращаюсь по тропинке к школе, но меня останавливает звук ломающейся ветки впереди. У меня перехватывает дыхание. Я осторожно изучаю темноту за огнями фонарей из тыквы, высматривая любые признаки движения.
Просто кто-то пытается меня напугать. Мне не следовало приходить сюда одной.
Слева от меня раздается длинный резкий свист.
Я разворачиваюсь на каблуках и бегу обратно через лес к скамейке. Тропа огибает кладбище и возвращается обратно к школе. Если я буду двигаться вперед, я смогу их обогнать.
Что, если они не одни?
Мысль о том, что кто-то еще ждет меня на другой стороне, вызывает страх. Когда в поле зрения появляется скамейка, я сворачиваю и мчусь через арочные ворота кладбища. Прерывисто дыша, я пробираюсь сквозь надгробия, но, когда дохожу до склепа, он оказывается запертым.
Бл*ть.
Я прячусь за одним из ближайших надгробий. По всему священному месту разбросаны фонари, придающие всей территории таинственное, жуткое сияние.
Мои руки дрожат, когда я закрываю глаза и пытаюсь выровнять дыхание.
Они видели меня? Может быть, это просто Джейс и Эван пытаются меня напугать?
Что, если это мой незнакомец? Он сказал, что собирается наказать меня за то, что я не ответила. Нет, он бы оставил записку в моем шкафчике, поскольку я не просматриваю сообщения.
Шаги стучат по земле, замедляясь по мере приближения к воротам.
— Ты ее видел? — спрашивает голос, который я узнаю.
Гаррет, один из спортсменов, которых я не так хорошо знаю.
— Нет, — второй отвечает.
— Дерьмо.
— Может быть, она спряталась за деревьями?
— Черт побери, — рычит Гаррет. — Я хотел посмотреть, что у нее было под юбкой. Она просила об этом весь вечер в этом узком платьице. Майлз — удачливый ублюдок, но пять минут со мной, и она мгновенно его бросит.
Второй голос смеется.
— Я думаю, ей очень нравится Джейс. По крайней мере, я так слышал.
Во мне вспыхивает искра узнавания.
Это Кевин из команды по плаванию?
Обняв колени, я прикусываю внутреннюю часть щеки так сильно, что становится больно.
— Ты пьян. Прогулка с привидениями скоро начнется, — говорит Кевин своему другу. — Нам пора возвращаться.
— Да, ты прав, — Гаррет выглядит разочарованным.
Адреналин во мне зашкаливает, но не в лучшую сторону. Меня тошнит и знобит.
Зачем я вообще сюда пришла?
Когда их шаги удаляются, я остаюсь на месте. Тишина возвращается, но я слишком напугана, чтобы пошевелиться.
Мое внимание переключается, и мой взгляд останавливается на металлической табличке, закрепленной на короткой каменной колонне рядом с одним из надгробий. Подойдя к нему на четвереньках, я держусь низко.
Когда я приближаюсь, становится достаточно света от одного из фонарей рядом с ним, чтобы разобрать имя.
Зои Риверс.
Девушка, которая умерла.
Должно быть, это произошло именно здесь.
— Привет, Зои, — говорю я шепотом. — Надеюсь, ты какое-то время не будешь возражать против моей компании.
Ветер в ответ шумит в деревьях.
Я воспринимаю это как хороший знак, сажусь на корточки и изучаю вырезанное имя.
— Меня зовут Арабелла.
Опустившись, я снова прижимаю колени к груди и кладу на них подбородок.
— Я новая соседка Лейси по комнате. Я мало что знаю о тебе.
Я слышу слабую музыку с вечеринки в честь Хэллоуина, но продолжаю сидеть, впитывая успокаивающую тишину.
— Ты была одной из популярных девушек? Должно быть, так оно и было, если ты дружила с Лейси. Ты когда-нибудь чувствовала себя круглым колышком, пытающимся влезть в квадратное отверстие? Это мой мир прямо сейчас. Я совсем не уверена, где мое место.
Илай
Я сижу на одной из могил, когда она прибегает на кладбище. Она не видит меня, проносясь мимо и спускаясь по ступенькам к склепу. Я не говорю ни слова, когда она тянет двери и обнаруживает, что они заперты, а затем разворачивается и ныряет за одну из могил. Я делаю еще глоток водки из бутылки и соскальзываю с камня. Я намереваюсь сказать ей, чтобы она отвалила, но затем из темноты до меня доносятся голоса, смеющиеся по поводу того, что загнали ее в угол.
Она опускает голову, прижимая ее к коленям. Она явно от них прячется. Мысль о том, чтобы сообщить им, что она здесь, проносится у меня в голове, но я отмахиваюсь от нее. Я многое сделаю, во многие глубины опущу себя, но я не поставлю девушку в ситуацию, когда она потеряет возможность сказать «нет». Я могу быть монстром и ненавидеть один ее чертов вид, но у меня есть пределы.
Когда они уходят, их голоса становятся тише, пока не наступает тишина. Она встает на четвереньки. Мои глаза скользят по ней. Платье почти ничего не скрывает, а поза, в которой она находится, задирает юбку над ее задницей, обнажая стринги, которые на ней надеты. Мой член затвердевает, и я облизываю губы языком. Мне следует уйти отсюда, прежде чем она увидит меня и обвинит в том, что я смотрю на нее. Она была бы права. Я смотрю на нее, но дело не в этом. Я был здесь первым. Она меня просто не видела. Но я не двигаюсь к воротам. Мои ноги подносят меня ближе к ней, потому что она шепчет, и я хочу знать, что она говорит.
Она меняет положение и садится, подтянув колени и обхватив их руками. Я останавливаюсь позади нее и прислоняюсь плечом к надгробию рядом со мной.
Что-то резкое скручивает мой живот, когда она представляется Зои, и мне приходится изо всех сил стараться не схватить ее за плечо и оттолкнуть от девушки, которую я пытался защитить, но потерпел неудачу. Вместо этого я делаю еще один глоток водки и просто наблюдаю за ней.
— Ты была одной из популярных девушек? Должно быть, так оно и было, если ты дружила с Лейси. Ты когда-нибудь чувствовала себя круглым колышком, пытающимся влезть в квадратное отверстие? Это мой мир прямо сейчас. Я не уверена, где мое место.
Она звучит грустной, побежденной, и меня пронзает небольшой укол вины. Я напрягаюсь и отталкиваю его. Я сделал то, что должен был сделать. Она не заслуживает моей вины, моей заботы. Она здесь, потому что вступила в сговор со своей матерью, чтобы ограбить богатого мужа.
Так почему же я делаю шаг вперед и приседаю рядом с ней, держа пальцами бутылку между бедрами.
— Она была популярна, — мой голос заставляет ее подпрыгнуть. — Пока ее не стало, — я поднимаю бутылку и предлагаю ей. Она качает головой.
— Что с ней случилось? — ее голос звучит нерешительно.
Я могу предположить почему. Она ждет, пока я нападу.
— Она получила вызов, — я небрежно пожимаю плечами.
Водка притупила мои чувства. Я недостаточно трезв, чтобы расстраиваться или злиться, и слишком пьян, чтобы ненавидеть ее.
— Она попала не в ту компанию. Доверилась не тому человеку. Это убило ее, — я акцентирую каждое предложение напитком из бутылки. — Она похоронена не здесь. Это… — я указываю пальцем на мемориальную доску. — Это просто чтобы помнить о ней. «Х» обозначает это место.
— «X» обозначает это место? — она поворачивается и хмурится на меня.
— Здесь она была найдена. Вероятно, от надгробия, на которое ты опираешься, еще не хватает куска. Говорят, она ударилась об него головой.