Хроники капитана Блуда (СИ)
— Если бы они были обычными честными коммерсантами, им бы дали без разговоров, но ведь они же — партия, да еще и для местных не совсем понятно, какая. Кто же им чего в долг даст? — разъяснил Джеффри, который уже достаточно узнал местную специфику, пообщавшись с несколькими оптовиками и коллегами с других кораблей.
Джулия, как ни странно совсем не казалось недовольной. От нее, наоборот, ожидали возмущения, поэтому, как только Джеффри замолчал, все уставились на нее. Она помахала в воздухе маленьким предметом, зажатым в руке.
— «Королева Наваррская», самые сильные духи, какие у меня есть. Если держать их под носом, терпеть можно. Правда, у меня только один флакон. Остальные не помогают, я уже пробовала. Что делать — решайте сами. Хоть это и неправильно, но мне как-то все равно.
Изабелла встала с решительным видом.
— Лететь недолго, поэтому эпидемии я не опасаюсь. Но экипаж в таких условиях проживать не может! Вода у них есть, пищевые рационы отнесем им сейчас же. А после этого задраим люк между трюмом и нашими помещениями. Воздух мы здесь отфильтруем быстро. А там… Включим все фильтрующие системы на полную мощность. У нас есть запас фильтров?
— В избытке, — кивнула головой Джулия.
Блуд поморщился.
— Как-то нехорошо получается… Мы подрядились их доставить с комфортом на Виракочу и обратно, а ты предлагаешь тюремное заключение. Что по этому поводу сказано в Кодексе Космоплавания?
— В Кодексе сказано, что пассажиры не имеют права своими действиями ставить под угрозу жизнь корабля или его экипажа. А меры к нарушителям могут применяться разные, включая изоляцию. Это как раз подходит к нашему случаю, — отрапортовал Фрай, который помнил на память весь Кодекс, основной сборник правил, регулирующий взаимоотношения космолетчиков, фрахтователей и пассажиров.
— А наша репутация? — не отставал капитан.
Фей пренебрежительно махнул рукой.
— Если они будут говорить о том, что их продержали несколько суток взаперти, им придется рассказать и о том, из-за чего это все произошло. Не думаю, что бы они кричали на каждом углу, что произошло вчера.
Блуд нехотя согласился, и работа закипела. Уже через три часа на «Золотой Лани» можно было нормально дышать, по крайней мере, в той части, которую занимал экипаж. Впоследствии, уже по возвращении, кто-то из молодых рассказал Руудсу, что и в пассажирских каютах стало терпимо: то ли они привыкли к вони, то ли хорошо работала система воздухоочистки. Как бы ни было, вернувшись домой, выгрузив партийцев, которые тихо разъехались без всякой помпы, и окончательно проветрив корабль, все сели за традиционный праздничный обед.
— Итак, с паршивой овцы — хоть шерсти клок… — начал Фей с бокалом шампанского в руке.
— Не такой он уж и маленький, — перебила его Джулия поглаживая очередную драгоценную побрякушку.
Фей попробовал собрать воедино все свои мысли, грубо нарушенные помощником карго, не преуспел в этом и выкрикнул:
— Одним словом, да здравствует социал-демократическая партия! — и лихо залпом осушил свой бокал.
— А что, они чем-то отличаются от «Объединенной Галактики»? — ехидно спросил сидящий напротив него Али. — А то я собираюсь вступить в какую-нибудь партию, но еще не выяснил, какая между ними разница. Может, «О.Г.» лучше будет?
С воинственным кличем Фей вскочил, в три прыжка обогнул стол, ухватил Али за грудки и вытолкал его в коридор. Там через секунду они, хохоча во все горло, покатились по полу, шутливо тузя друг друга, как два разыгравшихся котенка.
— Руудс, разними их, — встревоженно сказала Изабелла. — Они могут ушибиться.
Руудс махнул рукой.
— И не подумаю! У них, у политиков, так принято!
Часть 6. Прогулка мужского клуба «Геракл»
Золотое солнце Амфитриты ласково светило над головой. Дневной бриз чуть-чуть волновал море. Прибой был совсем не заметен, а синяя-синяя вола была на удивление прозрачна. Чудесный запах моря разливался вокруг. Пляжи Амфитриты, действительно, замечательны, когда дел нет, а денег хватает. У экипажа «Золотой Лани» дел не было, а денег было в достатке. Промышленности Амфитриты срочно понадобилась еще одна порция машинного масла, и представители крупной корпорации обратились к Блуду, памятуя об уже проделанном рейсе. Так как времени на поиски фрахта на Амфитрите не было, им заплатили за пролет в оба конца. Но, уже после разгрузки, Миллз вовремя подсуетился и нашел груз агара, получаемого из местных водорослей. К сожалению, Амфитрита была не столь велика, чтобы информация о полетах где-то терялась. То, что обратная дорога была уже оплачена, оказалось известным всем, так что стоимость фрахта была чисто символической, но деньги есть деньги, а хлопот с грузом не должно было быть никаких. К тому же, груз еще не был подготовлен к транспортировке, и экипажу «Золотой Лани» оплатили трехдневное пребывание на планете. И оплатили хорошо, поэтому об экономии ни у кого не было даже и мысли.
Теперь все лежали на хорошем дорогом пляже. Вытащить удалось даже Доржа и Руудса. Пилота по его просьбе закопали целиком в песок, оставив только лицо. Блуд, не любивший лежать, поворачивался, чтобы загар распределялся равномернее, вокруг вурвдса и время от времени сдувал песчинки с его лица. Дорж решил хорошенько прогреться. Фрай и Фей легли на грани моря и суши так, чтобы большая часть их тел была под водой и, как ни странно, говорили о математике. Вальтер ловил подводных крабов, живущих на глубине в несколько дюймов. Недовольные подобным обращением, они пытались щипнуть его своими клешнями, но юнга ловко убирал пальцы, отчего крабы, в отличие от немых земных сородичей, негодующе шипели. Катрин, сидя по шейку в воде, отравляла жизнь медузам размерам от наперстка до большой тарелки, вытаскивая их из воды и внимательно рассматривая, чем они отличаются от других. Безобидных медуз тут было видимо-невидимо и чуть ли не каждая принадлежала к своему собственному виду. Али, так же как и капитан, загорал сидя, жмурясь на солнце как довольный кот. Руудс расстелил покрывало, самое большое, какое можно было достать, и лежал на нем животом вниз. Изабелла сидела рядом и стряхивала песчинки, которые иногда заносились порывами ветра, с его лоснящейся шерсти. Сейчас внешний вид Руудса был предметом ее особой гордости.
Последняя закупленная партия шампуня скверно повлияла на Руудса. Хуже всего было то, что это обнаружилось в полете, когда ничего исправить было нельзя. Шерсть потускнела, свалялась в колтуны, и стала неприятной на ощупь. Сразу же по прилету, Изабелла отчаянно захлопотала, стремясь привести ксоорлианина в норму. Какие-то противоаллергические средства и специально подобранные моющие составы сделали свое дело. А потом, позвав на помощь Катрин, она тщательно расчесала Руудса с ног до головы. Результат был налицо: так красиво старпом не выглядел еще никогда. Теперь главным источником его беспокойства являлся песок, осмеливавшийся попадать на его драгоценную шкурку, и Изабелла стоически охотилась за каждой песчинкой.
Джулия в бикини самого минимального размера, который можно было найти в продаже, загорала рядом лежа на спине, густо намазавшись каким-то кремом, призванным предохранить ее кожу, отвыкшую от солнечных лучей, от ожогов. Заметив на себе слишком пристальный взгляд Руудса, она повернула голову и молча показала ему язык. Руудс со вздохом отвернулся: Джулия и не собиралась отвечать ему взаимностью.
Из этой идиллической картины выпадал только Джеффри, который в это время мотался по всему городу, стараясь найти, на чем еще можно что-нибудь заработать. Хотя Блуд и прямо сказал ему, чтобы тот не беспокоился, а отдыхал, такой отдых был Миллзу не по душе. Прошло уже несколько часов, а его все не было.
— Надо было бы ему рацию дать, что ли, — с некоторой тревогой произнес Блуд.
— Да ладно тебе, — благодушно ответил Руудс, — что может случиться с человеком на такой планете?
— Ну мало ли что…
Руудс попытался махнуть рукой, но лежа это у него не получилось.