Князь мертвецов. Часть II (СИ)
- Да ... Нет ... Из вольнонаемных. Железнодорожные жандармы на строительстве не дежурят:
- А почему? Мы же с вами это обсуждали, - приподнял бровь отец.
- Потому что они отказались! - выпалил Мелков. - Пахомов этот, и каббалист, сказали, что видеть моих жандармов на строительстве они не желают!
- И когда отказались?
- Так ... две недели как, я вам доложить собирался ..
- Долгонько ж ты собирался, Фан-Фаныч. - шумно вздохнул Потапенко.
- Так дело-то не из важных ...
Теперь уже брови поползли вверх у всех.
- Строительство жизненно необходимой для развития губернии железной дороги - по-вашему, неважное дело? - грозно пророкотал губернатор.
- Заговор тут, ваше превосходительство! Они, небось, и от железнодорожных жандармов отказались, чтоб от сторожа проще было избавиться!
«Скорее, чтоб избавиться от соглядатаев, выискивающих, за что бы еще взятку стребовать», - подумал Митя. Судя по лицам остальных, им это тоже пришло в голову. Отец поморщился, губернатор неодобрительно хмурился, и Мелков тут же зачастил:
- Ваше превосходительство, не дозволяйте убийцам клеветать на честных людей! Не может такого быть, чтоб наш полицмейстер, дворянин, офицер, слуга царю и отечеству, вдруг связался бы хоть с мазуриками, хоть с бомбистами-нигилистами, да поехал разом с ними еврейских глиняных кукол взрывать!
- Городовой видел, как они вместе ехали в паро-телеге, - покачал головой отец.
- Мало ли как поганые иноверцы нашего Ждана Геннадьевича заманили! Сплели байку какую, или и вовсе противоестественными способами! Один из преступников - каббалист!
- Зачем заманили? Взятку дать? - буркнул Урусов.
- Да! Ой, нет, что вы такое говорите, княжич! Кто ж знает, зачем – разве православный человек их дьявольские резоны разгадает! Может, чтоб замыслы свои преступные на него свалить, - Мелков с надеждой поглядел на Лаппо-Данилевского, будто ожидая подсказки, не дождался и отчаянно выпалил. – А может ... Для обрядов своих богопротивных! На мацу пустить!
- Эк! - губернатор аж крякнул. Богинский оторвался от созерцания собственных ногтей и принялся также пристально изучать Мелкова, даже Раиска подняла голову с лап. Не дрогнули, пожалуй, лишь отец и Лаппо-Данилевский.
- Что вы на меня так смотрите, господа? Общеизвестный факт, что иудеи замешивают свою мацу на крови! Министерство внутренних дел даже соответствующее розыскание провело - у меня и брошюра имеется, да-с! «Об убиении евреями христианских младенцев и употреблении крови их»!
- На полицмейстере, оно, наверное, маца забористей, - задумчиво сказал Потапенко. - Опять же, его и больше - чистая экономия младенцев выходит.
- Так наваристого полицмейстера нынче еще поди - поймай. Заманивать приходится, - также задумчиво добавил отец.
Первым гулким басом захохотал губернатор. Отрывисто рассмеялся Урусов, тонко улыбался ротмистр. Петр Шабельский рядом с Митей растеряно крутил головой - ему, похоже, версия Мелкова вовсе не казалась смешной.
- А... а ... Они мертвяков подняли! Я сам видел! - подал голос Шабельский.
Губернатор оборвал смех и пристально уставился на Шабельского:
- И что же те мертвяки делали?
- Э ... Пахомову с каббалистами сбежать не дали.
- Еще и осквернение мертвых! - взвился Мелков.
- И шо, сами мертвяков подняли, шоб те им сбежать не дали? – удивился Потапенко.
- А вы, Михал-Михалыч, гляжу, и к иноверцам приязнь заимели, с тех пор как ваш сынок покойной Фирке Фарбер куры строил!
- Шо сказал? - взревел Потапенко, во весь рост воздвигаясь над столом.
- Тихо! - прикрикнул губернатор. - Не дал сбежать - и молодец, - он кинул на Митю мимолетный взгляд. - То есть молодцы ... мертвецы ... Учителей надо было лучше слушать, поручик, знали бы, что каббалисты мертвецов не поднимают. То процесс естественный, природный, - губернатор снова скользнул взглядом по Мите, - ... чаще всего. Вызванный самыми разнообразными причинами: от столкновений в эфире разнонаправленных эманаций Кровной Силы до землетрясений или иных катаклизмов. Вот хоть строительство - тоже способствует, да...
- Простите, ваше превосходительство, я подумал, големов же они своих двигают, а те тоже мертвая материя. Если лавочник у нас в уезде смог ...
- Лавочник не смог! Не лавочник, - прикрикнул губернатор. - И оставьте эту тему, поручик, вам она недоступна!
- Слушаюсь, - Шабельский попытался вскочить, но губернатор лишь махнул на него рукой.
- Позвольте мне, ваше превосходительство ... Предположения господина Мелкова и поручика, быть может, в чем-то и наивны, однако же, несут в себе изрядную долю истины! - вдруг заговорил Лаппо-Данилевский. - Двое служащих железнодорожного подрядчика Самуила Полякова - инженер Пахомов и погонщик големов, каббалист Шнеерсон, - были пойманы на попытке спрятать трупы полицейских, убитых с помощью тех же големов. Они ведь этого даже не отрицают, верно? Остальное - лишь измышления в попытке оправдать тот чудовищный факт, что еврейские глиняные куклы были натравлены для убийства. Случившееся лишь подтверждает, что иудейская нация жестока и беспринципна, и за людей иные народы не считает.
- Их и в Святейшем Синоде не одобряют! - снова высунулся Мелков. – Сам господин Победоносцев писать изволил, как евреи из православных соки пьют! Вон, хоть у нас гляньте, умучивают работой почем зря!
- Я не заметил существенной разницы в рабочих нормах между заводами, где есть еврейские совладельцы, росские, либо же бельгийские, - отрезал отец, - или желаете сказать, что все владельцы заводов худо обращаются со своими работниками?
- Прям социалист ты у нас, Фан-Фаныч, - фыркнул Потапенко.
- Давайте не будем отвлекаться, господа, - снова вмешался Лаппо-Данилевский. - Вина этих двоих - инженера и каббалиста - совершенно очевидна, и никакие мелкие и незначительные обстоятельства не смогут избавить их от немедленного наказания за чудовищное убийство!
Глава 16. Время для расследования
- Ценю ваше мнение, Иван Яковлевич, но этих мелких и незначительных обстоятельств хватит адвокату, чтобы камня на камне не оставить что от обвинения, что от репутации моего полицейского Департамента, - холодно бросил отец, явно намекая, что Лаппо-Данилевский лезет не в свое дело.
- Ах, Аркадий Валерьянович, не могу даже подумать, что начальник всех полицейских сил губернии вдруг позабыл о недавнем виталийском набеге и введенном в губернии военном положении! - Лаппо-Данилевский вдруг резко, как атакующая змея, подался вперед. - Никаких адвокатов убийцам, просто вздернуть на площади в назидание остальным!
- Жалко, что четвертовать их нельзя! - поддакнул Мелков.
- Я весьма ценю всё, что вы последнее время делаете для города, Иван Яковлевич ... - в голосе губернатора подрагивал гнев.
«Что он для города делает?» - немедленно заинтересовался Митя.
- Но давать адвокатов или нет, уж позвольте решать мне!
- Простите, ваше превосходительство, - Лаппо-Данилевский склонил голову, демонстрируя некоторое - весьма умеренное - раскаяние. - Вы же знаете, Ждан Геннадьевич мне не чужой человек, и чудовищное его убийство, а также попытки посмертно опорочить его имя, весьма меня задевают.
- К сожалению, не только вас, - губернатор в раздумье принялся оглаживать ласточкины хвосты своей роскошной бороды.
В кабинете почтительно молчали, разве что Мелков ерзал, то и дело косясь на Лаппо-Данилевского. На скулах отца играли желваки.
Митя же лениво размышлял: если Лаппо-Данилевский «прикормил» не только полицмейстера, но и Мелкова, то как же Богинский и Потапенко? Отказались? Или Иван Яковлевичу попросту денег не хватило? Первый вариант лучше для отца и всей полицейской службы, второй - для Мити, учитывая его планы расквитаться и с Алешкой, и с батюшкой его. Денежные затруднения у объекта мести изрядно облегчают ношу мстителя. Да они и сами по себе уже недурная месть. Никакие угрызения совести в подметки не годятся урезанному денежному содержанию!