Князь мертвецов. Часть II (СИ)
«Да если бы!» - угрюмо подумал Митя. Его давняя выдумка оборачивалась все более опасной стороной. Великие Предки, он ведь всего лишь хотел отвлечь внимание губернаторши от себя, чтоб она, не дай Предки, не угадала правду! Она и не угадала, зато ославила его незаконнорожденным. Хоть кирпич продали, и то польза от дурацкой выдумки. На будущее надо всенепременно запомнить: никакого наскоро слепленного вранья! Любую значимую ложь он впредь будет готовить заранее и тщательно продумывать. Может даже держать несколько про запас.
- Так что поздравляю еще раз, господин начинающий промышленник! – подруливая к воротам провозгласил Штольц. - мало кто к шестнадцати годам может похвастаться, что владеет пусть маленьким, но уже доходным предприятием.
«Да у меня и громадного предприятия ценные бумаги уже полсуток как имеются» - подумал Митя, но получилось как-то уныло. Что-то зудело, подтачивая короткую радость и требуя все время быть настороже.
Вдвоем они загнали паро-телегу во двор и вошли в дом.
- Пст! Митя! Ми .. Митька, противный!
Сочащийся из-под лестницы сдавленный шепот заставил Митю недоуменно оглядеться, но упоминание «противного Митьки» все прояснило.
- Ниночка, что вы делаете там в темноте?
Из сумрака под лестницей сперва высунулись косички-рожки, точно жук-рогач выглянул из-под коры, а потом вылезла и вся Ниночка. Сделала неуклюжий книксен Свенельду Карловичу, а Мите буркнула:
- Караулю, - мрачно сказала она. - ты ж с этой жабой уехал ...
- С жабой? - удивленно поглядывая то на Ниночку, то на Митю переспросил Свенельд Карлович.
- Ниночку напугала мисс Джексон, - обтекаемо пояснил Митя.
- Я ее больше не боюсь! - фыркнула девчонка, боднув воздух «рожками». — Это хорошо, что ты со мной на урок пошел. Я на вас поглядела и поняла - ей до меня никакого дела нет! - она удовлетворенно покивала и подхватив край юбки, на одной ножке поскакала вверх по ступенькам. Уже на площадке повернулась и звонко крикнула. — Это она тебя сожрать хочет! - и с топотом умчалась.
- Ниночка? - отозвался со стороны голос тетушки. - Что ты кричишь и топочешь?
- Потому что крайне дурно воспитана, - неожиданно проворчал Свенельд Карлович и тут же виновато развел руками. - Я не должен так говорить о вашей кузине, но право же, называть бедняжку мисс Джексон - жабой? Надеюсь, она не повторит это при чужих.
Митя задумчиво покивал, и они стали подниматься по лестнице.
- Дмитрий! Это нестерпимо, что ты постоянно пытаешься привлечь к себе внимание! Изволь больше не отвлекать мисс Джексон от занятий с Ниночкой. Если вы снова попытаетесь лишить кузину возможности учиться, я вынуждена буду обратиться к Аркадию! И что ты натворил в своей комнате? Там же даже обои испор ... О, Свенельд Карлович? - тетушка остановилась, будто налетев на стену. - Вы здесь? Я скажу Аркадию Валерьяновичу.
- Очень любезно с вашей стороны, Людмила Валерьяновна. - Штольц жалостливо покосился на Митю и шепотом спросил. - У вас тут всё домашняя война с дамами Фомиными?
Митя промолчал. Еще вчера он бы ответил «да», но сегодня ... воевать с Ниночкой было как-то глупо, воевать с тетушкой - мелко.
- Вели подавать обед, Людмила, Свенельд Карлович наверняка проголодался! - держа в руках распечатанное письмо, отец вышел из кабинета.
Показалось Мите или нет, что улыбка отца была словно примерзшей?
За обедом он о чем-то напряженно думал, то и дело поглядывая на Митю. К счастью, присутствие старшею Штольца рассеивало тягостное молчание. Тот рассказывал о двух восстановленных полях - мало, но для начала неплохо, о расчистке сада, о том, что найденную аж в центральных губерниях артель для работы в трофейных цехах пришлось чуть ли не запереть в имении, чтоб они не общались с местными, и не наслушались страшных историй о «мертвецкой фабрике».
- Но больше, надеюсь, не понадобится. После продажи кирпича городу я велел выдать каждому по пять рублей премии. Вкупе со сдельным заработком это составляет изрядную сумму, что, как я надеюсь, заставит их держаться за место, не смотря на россказни.
- Однако, не слишком ли вы щедры, Свенельд Карлович? - сквозь зубы процедила тетушка. Продолжение фразы «... за чужой счет» вслух не прозвучало. Но напрашивалось.
Еще мгновение назад светившийся тихой радостью Ингвар зло зыркнул на Людмилу Валерьяновну.
- В соответствии со старанием и ситуацией, - невозмутимо ответил Свенельд Карлович. - Мой отчет по всем статьям расходов будет представлен владельцу цехов.
- С удовольствием взгляну, хотя полностью вам доверяю, Свенельд Карлович. - Митя кивнул.
- Я полагаю, отчеты по денежным делам тебя ни в малой мере не касаются, - высокомерно обронила тетушка.
- Касаются, конечно, это же его цеха, - удивленно вздернул брови отец.
- Но ... - тетушка растерялась. - Они же в твоем имении и ... Ты ведь опекун, а Дмитрий еще слишком молод!
- Пусть учится вести собственные дела, - рассеяно отмахнулся отец. - А Свенельд Карлович поможет.
По выражению лица тетушки можно было подумать, что Георгия переложила в мясо перцу. Хотя всего было в меру.
- Касаемо же имения, весьма приятно, что мы смогли продолжить ремонт и будем продолжать до самых холодов.
- Есть ли смысл, Свенельд Карлович? Вы же хотели поселить там артельщиков?
Бокал в руке тетушки звякнул резко до неприличия:
- Мужики в господском доме? Они же там все разнесут!
- Мы обошлись без столь крайних мер. Мне удалось недорого нанять мастеров, которые весьма быстро поставили барак.
- А ... печки там есть? - неожиданно для самого себя выпалил Митя .
- Что, простите? - в изумлении обернулся Свенельд Карлович.
- Э-э ... печки. Для тепла. И чтоб готовить, - вспоминая жуткие очаги у городских фабричных бараков, пробормотал Митя
- Ты стал задумываться о положении работников? - изумился отец, словно выныривая из своих тягостных раздумий. - Общение с Адой Шабельской не прошло бесследно! Я рад.
«Не с Адой, а с Даринкой! Ада, при всем ее свободомыслии, милая домашняя девочка. Это из-за Даринки мне пришлось в барак и на фабрику таскаться, и видеть то, что я видеть вовсе не хотел! Но теперь не могу забыть. У, ведьма!»
— Это ведь мои цеха, - не поднимая глаз от тарелки, пробурчал Митя. - Если там кто-то умрет это будет моя вина.
Умрут и смотреть станут, как мертвый мальчишка на фабрике - хотя там Митя был вовсе и не причем!
- Не волнуйтесь, Дмитрий, все сделано как в моем бывшем имении... бывшем имении моей бывшей супруги.
- Какие неприличности вы говорите, господин Штольц! При девочке! – возмутилась Людмила Валерьяновна.
На физиономии Ниночки было написано, что если маменька сейчас погонит ее из-за стола, от вкусной еды и взрослого разговора, она будет цепляться за скатерть и орать. Штольц склонил голову, показывая, что принял замечание, и продолжил:
- Стены проконопачены, установлены печки, готовит специально нанятая кухарка.
- Можем говорить в обществе, что кухарка есть не только у нас, но даже у наших работников, - саркастически протянула тетушка.
— Это обычная практика при найме артелей. Но да, кухарку вы нашли великолепную, мои комплименты, Людмила Валерьяновна, - потянувшись за почками, тушеными в белом вине, похвалил старший Штольц.
Судя по тетушкиному лицу, в блюдах Георгии оказался не только избыток перца, но и уксуса.
- Простите, а почему имение Анны Владимировны - бывшее? – немедленно вычленил странность отец.
Митя с Ингваром украдкой переглянулись и оба уткнулись в тарелки.
- А ... - на лице Штольца появилось отстраненно-равнодушное выражение. – Анна Владимировна мне написала... Господин Лаппо-Данилевский имение заложил. Деньги понадобились.
- Он не мог, она же ничего не подписывала! - выпалил Ингвар.
- Что? - старший Штольц удивленно обернулся к брату.
- Ингвар хотел сказать, что господин Лаппо-Данилевский не мог заложить приданое жены без ее согласия, а с ее стороны было бы глупостью согласиться, - торопливо вмешался Митя, одаривая Ингвара зверским взглядом.