Тёмный лис Петербурга

– Не чувствую, есть ли там серебро… – пожаловался Сунэку. – Все забивает соль, Дзигоку ее забери!
– Вряд ли, – ответил ему мысленно Генерал. – Скорее всего, он боится не нас, а своих же. Тех, кто захочет взять сны силой.
Митрофан подошел к стене слева, завешанной каким-то мрачным тряпьем, что-то отстегнул, а затем откинул его, будто защитный полог.
– Руками не трогать! – предупредил купец. – Только смотреть!
  
В груде тряпья на просторной полке лежало пухлое существо. Похожее одновременно на крупного кота и миниатюрного слона с коротким, как у тапира, хоботком, оно посмотрело на посетителей тусклыми большими глазами.
– Видали? – хвастливо улыбнулся Митрофан, показывая на пленника. – Это баюн. Я называю его Толстяком… Ну, кто первый? Налетай, не скупись! Есть копейка, поделись! Мало ночи одной, возьми сразу тройной!
– Какие отвратительные стихи! – мысленно пожаловалась Карико. – Но, Генерал… я думала, этот пожиратель снов в заточении!
– О… – неожиданно засуетился ёкай, посылая всем троим телепатические импульсы. – Свои? Какой приятный сюрприз…
– Ты говоришь с Генералом, ба́ку! – прорычал Сунэку, и пожиратель снов съежился.
– Э! – Митрофан не слышал их мысленного разговора и понял происходящее по-своему. – А ну, не пугать моего зверя! А то сейчас выгоню! И это… деньги не верну! За потраченное время, гы-гы! Ну, чего застыли-то? Обгадились, так пошли вон! Желающих много!
– Много? – переспросил у него Генерал. – Что ж… Тогда я первый.
– Ты это… Паренек, подойди чуть поближе, но не больно-то!.. – сразу же взял быка за рога Митрофан. – Он тебя и из-за прилавка услышит. Попроси его мысленно, а хошь, так попроси, голосом, он речь человеческую понимает. Про девок сон-то, небось, просить удумал? А-ха-ха! Да ладно тебе, не тушуйся! А хошь, сразу на две ночи попроси! Или на три! Есть деньги-то?
– Достаточно, – холодно ответил Генерал, и купец, ухмыльнувшись, принялся наблюдать за ним.
– А вы, сударыня? – Митрофан все же повернулся сначала к Карико, потом к Сунэку. – Или вы, почтенный? Может, сразу добавки?
– Жадность… – проговорила девушка-кошка, но Митрофан не смутился.
– Все честно, – он пожал плечами. – Мое дело – предложить… Жизнь вообще штука тяжелая, а я дарю людям ночи забвения. Иногда дни – он, знаете, и такое может…
– Помолчи, – отрезал Генерал, и Митрофан, возмутившись было, что его затыкает в собственной лавке какой-то мальчишка, вдруг и вправду примолк.
– Что ты здесь делаешь? – мысленно спросил Генерал у ёкая по кличке Толстяк. – Этот человек захватил тебя в битве? Похитил?
– Генерал, – пожиратель снов запоздало вскочил и совершил глубокий поклон прямо на своей полке под изумленным взглядом купца. – Я… Люди истребляют духов. А этот… Он… Митрофан…
– Что ты все мямлишь, скотина? – вступился Сунэку, добавляя в обмен мыслями низкое басовитое рычание, от которого Толстяк задрожал еще больше. – Говори четко!
– Митрофан прячет меня от КВАД! – выпалил пожиратель снов. – От охотников! Этих… егерей!
– Что-то не так? – забеспокоился, между тем, купец. – Эй, парень!..
– Все хорошо, – ответил ему Генерал. – Слишком сложная просьба, твой Толстяк спрашивает о деталях…
– А-а-а, – расслабленно протянул Митрофан. – Такого у меня еще не было. Богатое у тебя воображение, парень! А-ха-а! Только за сложность это… доплатить нужно!
– Возьми, – Генерал, не глядя, швырнул на прилавок пригоршню мелочи, купец тут же принялся ее подсчитывать, увидел, что там больше рубля. Замешкался на мгновение и решил ничего не говорить, будто все так и должно быть.
Карико и Сунэку стояли в ожидании приказа, а обрадованный неожиданной прибылью Митрофан не обращал на них внимания.
– Ты даешь людям сны, – говорил Генерал. – Чужие воспоминания. А что взамен?
– Взамен… – пожиратель сглотнул. – Я забираю и их сны. В том числе кошмары. Те, кто от них избавляется, благодарят меня, – он вдруг мерзко хихикнул. – Ведь я беру то, что они и так бы хотели забыть. Это не воровство! Это… диета для души! А еще есть те, кто… кому нравится смотреть чужие жуткие сны и мечты! Есть даже такие, кто жаждет крови во сне! Или ночи с красавицами, но это слишком банально… А бывает, что крови красавиц после бурных утех!
– Такие подробности мне не нужны, – отрезал Генерал. – Что ж, со снами и вправду честная сделка. Но что с этим человеком? Он прячет тебя из жалости? Из сострадания?
– Что? – Толстяк выпучил и без того круглые глазки. – Нет! Я помогаю ему заработать, а он дает мне защиту! Это сотрудничество!
– Предатель, – вдруг проскрипел бывший дракон. – Сотрудничество с врагом? Со смертным? Генерал, разрешите мне разорвать его! И человечишку!
– За что? – переполошился пожиратель снов. – Почему? Люди платят за забвение! Я даю им это! А Митрофан делится со мной! Приводит мне жертв! Кормит! Оберегает! В чем мое преступление? Это же честная сделка!
– Честная сделка, – нахмурившись, проговорил Генерал вслух.
– Честная сделка! – яростно закивал Митрофан. – Э… Ты о чем?
– Генерал! – вновь напомнил о себе Сунэку. – Человечишка что-то подозревает! Позвольте убить его!
– Служба или смерть, баку? – вдруг спросил Генерал. – Что ты выберешь?
– Служба! – ожиревший от обилия снов пожиратель неожиданно резво соскочил со своей полки на прилавок и подобострастно распластался перед древним существом, прячущимся в теле человеческого подростка. – Служба! Служба!! Служба!!! Пощадите!
– Э! Э! – тут Митрофан уже не выдержал и наставил пистолет на Генерала. – А ну, осади!
Карико прыгнула, в мгновение ока очутившись возле прилавка, и ударила купца по руке. Тот взвыл, оружие выпало из рук на пол.
– Сиди тихо, не то пожалеешь! – глаза девушки-оборотня сверкнули, и Митрофан, спинным мозгом почуяв, что с ней шутки плохи, поднял руки и прислонился к стене.
– Как я сразу не догадался… – пробормотал он. – Вы же от Малюты? Почему не сказали сразу? Нет-нет, я понял! Понял! Сам виноват!
– О чем он? – спросил Генерал у пожирателя снов.
– А-а… – облегченно выдохнул тот. – Малюта – это местный бандит. Держит рынок, собирает дань с нелегальных доходов… Люди, хе-хе, жрут не только нас, но и друг друга.
– Генерал, мы можем оставить его здесь, – предложила Карико, не оставляя без внимания дрожащего купца.
– Зачем?
– Пусть зарабатывает для нас деньги, – пояснила девушка-кошка. – Возьмем их обоих под защиту… Как этот Малюта.
Она облизнулась, ее глаза снова сверкнули, а на лице расплылась такая плотоядная улыбка, что перепуганный купец тихонько завыл и осел на пол.
– Нет, мы не будем этим заниматься, – покачал головой Генерал. – Это недостойно воина. Возьмем его с собой.
Бакэнэко вздохнула.
– Служба? – услышав, что его больше не собираются убивать, заискивающе произнес Толстяк, заглядывая в разгоравшиеся лисьим огнем глаза Генерала.
– Даю тебе шанс доказать, что достоин, – коротко ответил тот.
– Как? – с готовностью спросил пожиратель снов.
– Узнаешь.
– Тебе нелегко придется, – прошипел Сунэку. – Из кожи вон будешь лезть!
– Буду! – кротко сказал Толстяк.
– Мы забираем его, – Генерал повернулся к сжавшемуся в комочек купцу.
– Но… – жалобно заблеял тот. – А и ладно! Главное, что я выживу! Ведь выживу, да? Вы меня не убьете? Скажите Малюте, что я все отдам! Отработаю! Сапоги ему чистить буду! Полы подметать! Только не убивайте!
– Трус, – презрительно фыркнула Карико. – На месте Малюты я бы давно тебя пустила на фарш.
– Он справедлив, – нервно хихикнул купец. – Скажите ему, что я сам вам отдал Толстяка… Добровольно! В подарок ему!
  
– Что ты несешь? – прорычал Сунэку. – С чего мы должны дарить пожирателя снов какому-то человечишке?
– А… – опешил купец. – Вы разве не от него?
– С чего ты решил? – хмыкнул Сунэку.
– Тогда… – лицо Митрофана налилось кровью, он вскочил и набросился с кулаками на Генерала. – Ах ты, мальчишка!