Избранница темного короля
– Учеба продолжится и после ужина, – пробормотала я с набитым ртом, жестом указывая в сад, где висела полная луна. – Нам нужно место, где есть злые духи. Как раз ночь светлая, теплая… идеально.
– Ты не перегибаешь палку? – устало спросил глава семейства, потирая переносицу. В его голосе звучала привычная невозмутимость, но теперь к ней добавилась и тревога.
Я намеренно медленно прожевала кусок мяса, давая себе время подобрать слова.
– Ты учился владеть своей силой с детства. А у меня – девять лун. Есть причина поторопиться. – Сделав глоток воды, добавила: – Кстати, я бы еще ознакомилась с законами королевства.
Все за столом замерли. Даже Ауз, заглатывающий ужин, словно удав, оторвался от еды и уставился на меня. Мачеха прикрыла рот рукой, отец напрягся.
Потом раздался его тяжелый вздох.
– Юсиль, его величество – милостивый правитель.
Это он намекает, что я типа перегибаю. Угу.
Ауз усердно закивал, поддерживая главу дома, а потом снова уткнулся в тарелку, стараясь есть еще быстрее – будто боялся, что его вот-вот вытащат из-за стола за такие разговоры. Я тоже кивнула, изобразив почтительное выражение.
Король, конечно, очень милостивый, кто ж спорит. Я-то знала его историю – ту, что читала в книге.
Когда ему было четырнадцать, его отца предали. Предала его же супруга – мать наследного принца. Тогда реки крови затопили дворцовые залы, а юный король, вырвав власть из рук заговорщиков, отстоял свое право на трон огнем и мечом. С тех пор он выиграл несколько войн, укрепил королевство, периодически проводил показательные казни и правил кнутом и мечом. Не знал снисхождения – ни к женщинам, ни к детям.
Чудный мужчина. Филантроп. Помогает людям подняться вверх… чаще всего держа их за горло.
– Его величество – мудрый и справедливый правитель, – провозгласила я с искренним усердием и вгрызлась в кусок мяса. Оно сегодня было нежным, пропитанным ароматом трав и соком.
Услышав мой тон, отец возвел глаза к небу, будто прося у богов терпения. Мачеха же, улыбаясь, мягко вмешалась:
– Юной девушке свойственно волноваться.
– Да, – поддакнула я.
– Женщины… – пробормотал Ауз под нос, но тут же смутился, словно осознав, что сказал это вслух.
Ну, он в принципе не ценил в женщинах ум и не признавал их за равных. Отец… Он редко бывал у короля, а тот без нужды не давил на своих вассалов, пока те знали свое место. Король сосредоточил власть, деньги и знания в своей резиденции, но его величеству нужны были пастухи, которые следили бы за его овцами в королевстве.
На Земле ему психиатр, несомненно, поставил бы не один интересный диагноз. Травмы детства, сложная жизнь. А здесь… Он просто хороший правитель. К тому же сильный темный маг.
Что еще интересно – наш материк был соединен с другим перешейком, который находился на землях отца, а также мостом с еще одним материком на противоположной стороне континента. Это давало двум вассалам особое положение среди остальных. Они были богаче и контролировали торговые артерии королевства.
– Нам пора, – встала я из-за стола. – Сегодня у нас знакомство с потусторонними силами.
И направилась в свою комнату – мне требовалось переодеться в более удобную одежду.
* * *Женщинам в этом мире, будь они одарены магией или другими познаниями, не возбранялось работать. По крайней мере, в нашем королевстве. Его величество славился практичностью – зачем отказываться от талантов, если они приносят пользу? Но высокородные дамы редко снисходили до службы за жалкие монеты. Это считалось унизительным, почти постыдным. А вот для более бедного, но одаренного населения это был выход – можно сказать, социальный лифт.
Кто-то учился ремеслу или магии долго, кто-то – не очень. Шаманизм на самом деле был не очень сложным даром. Тридцать четыре ритуала для связи с потусторонним миром, одиннадцать – для уничтожения незваных духов, девять – чтобы обезвредить чужое колдовство и семь – для снятия проклятий. Из них по-настоящему сложных было не больше шести. Тех, что требовали долгой подготовки и риска. Остальные можно было провести за полчаса, если знать порядок действий.
Но «просто» не значит «неинтересно».
Каждый ритуал, даже самый элементарный, завораживал. Дрожащее пламя свечей, выписывающее таинственные узоры в воздухе. Шепот духов, проникающий прямо в душу, будто ледяные пальцы пробегают по позвоночнику. Мурашки, холодный пот на спине, странная слабость в коленях после особенно удачного обряда… Это было волшебство в его чистом виде – грубое, неотшлифованное, но живое.
И мне хотелось больше. Больше знаний, больше практики, больше этой странной близости с тем, что в этом мире называлось магией. Но на это не было времени. Да и незачем, если я собираюсь вернуться домой.
А еще у шаманов был один неоспоримый плюс, который выгодно выделял их среди остальных магов.
Обычные люди в этом мире редко жили более ста двадцати лет. Маги, если не погибали не своей смертью, часто обращались к лекарям, дотягивали и до ста пятидесяти – в зависимости от силы дара и того, насколько бережно обращались со своей энергией.
А шаманы жили дольше двухсот.
Иногда – гораздо дольше.
Мы умели договариваться с духами, выторговывать у них время, здоровье, силу. Если, конечно, не забывали платить по счетам. С доступом к хорошим лекарям и хоть каплей дисциплины перспективы были… заманчивые.
Но что самое интересное, мы могли продлевать жизнь своим супругам.
Правда, только если проходили полный обряд единения – сливали магические потоки, связывали души. Крайне редко в этом мире делали подобное. Вот, например, мой отец. Оба его брака были светскими, без единого ритуала.
Потому что, если один умрет – второй последует за ним без вариантов.
Все-таки варварский мир!
Все, что хотела, я успела изучить примерно за день до отбытия. Тогда же прибыла незаконнорожденная сестра отца – Изора. Ауз, получив щедрое вознаграждение (куда большее, чем мы договаривались), сбежал от меня, роняя тапки. А я с Айсир как раз перебирала и складывала новые платья, когда меня позвали в кабинет главы семейства.
Ну что ж, сейчас посмотрим, что из себя представляет моя дама для сопровождения.
Когда я вошла, тетушка стояла у окна, ее стройный силуэт резко выделялся на фоне закатного неба. Еще молодая, но возраст уже начал подкрадываться к ней. Очень эффектная. Темные волосы были заплетены в толстую косу и уложены в замысловатую прическу. Она не красавица, но симпатичная, хотя и не располагающая к себе женщина. Сейчас ее лицо было напряжено, брови сведены в едва заметную, но знакомую складку недовольства.
– Отец, – произнесла я, подходя к столу и бросая на него вопросительный взгляд.
– Это я хотела с тобой увидеться, – усмехнулась Изора, рассматривая меня.
Ее голос звучал как лезвие, прикрытое шелком. Она явно провоцировала меня.
– Кова говорит, что ты хочешь отправиться со мной в королевскую резиденцию.
Она никогда не называла отца братом. Наедине – по имени, при чужих – господин. И это несмотря на то, что она явно женщина гордая и умная. Ее характер напоминал закаленную сталь, а язык… язык был острее любого кинжала.
Возможно, с ней будет даже интересно.
– Это так, – спокойно ответила я на ее провокацию.
– Зачем?
В глазах тетушки читался не интерес, а вызов. Она явно испытывала меня.
– Выбора особого нет, – ответила я и, повернувшись к отцу, добавила с легкой насмешкой: – Она унаследовала дар шаманки?
– Нет.
Глава семьи сидел за массивным дубовым столом, пальцы сложены в спокойную пирамиду. Его лицо, как всегда, было непроницаемо, но в глубине взгляда я уловила насмешку. Он не вмешивался, наблюдал, изучал…
– А она и правда изменилась, – заметила Изора, слегка склонив голову.
В ее голосе прозвучало что-то между удивлением и недоверием.
Отец, посчитав, что наша перепалка окончена, молча достал из ящика серебристое блюдце и положил его передо мной. Присмотревшись, я поняла – это было зеркало. Я осторожно взяла его в руки. Поверхность была идеально гладкой, холодной, отражала свет мягким серебристым сиянием.