(Не) Единственная (СИ)

— А по-моему это лишь отличная возможность проверить в нашем браке доверие. Я ведь не собираюсь от тебя никуда уходить, что ты себе в голову вдолбила-то?
Он говорил, а у меня было ощущение, что рядом бьют большим молотом, по самой большой наковальне. Удар. Удар. Еще один.
— Доверие? О каком доверии речь?
— О таком, дорогая, об обычном, самом банальном, я не собираюсь никого приводить в наш дом, в наше семейное гнездо, я не собираюсь с тобой разводиться, я просто хочу расслабиться, тебе тоже советую, полезно.
  
Я никогда не слышала, чтобы он говорил настолько безразлично. Словно человека подменили. Либо я и правда, закопалась в своей работе, что не заметила.
Подменили, испортили, изменился.
Может, у него, как у мужа, срок годности вышел?
ЧТо он мне вообще предлагает? Расслабиться? Я была расслаблена, когда собиралась с ним, на его паршивый ужин.
— Спасибо за заботу, доброй ночи, — я облокотилась о спинку, показывая взглядом ему, чтобы вышел.
Он ухмыльнулся, кивнул, направился на выход.
А у меня камень с души.
Маленький такой, покатился и дрожать заставил.
Теплый свет светильника, мягкий махровый халат и сухость в горле. Я потянулась к телефону, чтобы узнать, сколько времени, но после одернулась.
Сам факт этого времени теперь для меня как тремор.
Собралась с силами и нажала на чертов экран.
Полночь.
Я оглянулась по сторонам и тяжело выдохнула. Приложилась головой к стенке.
Время для книги и для сна. А поспать я отлично и тут смогу. Завтра рабочий день. Трудный, не только из-за завала клиентов.
Мне придется что-то предпринимать, но пока я решилась только на маленькую месть. Такую маленькую, каким бы насекомым я хотела стать. Ничего, начнем с мелочи. Может, что-то после и дельное придумаю.
Все, Наташ, дыши. Читай и дыши.
Стресса на этот день более, чем достаточно.
Посмотришь с утра, как ему понравится твой маленький «сюрприз».
  
Глава 6
 
Наталья
Когда закончится мой воздух и терпение, я не знаю.
Я умылась, сделала укладку и пришла на кухню, варить кофе и готовить себе завтрак.
Костя еще спал, сопел в спальне, пока я под лучи рассвета ходила по кухне с вилкой.
Черт.
Остановилась, заострила на вилке внимание. Серебряная. Даже железяка прочнее, чем наш брак.
Ладно, новый день, нужно прийти в себя и показать моему дорогому супругу, что внутри меня есть что-то, кроме его злобы и прибора, нет-нет раз в месяц, по обещанию.
Стержень. Он и есть стержень, возможно, не стальной, но и не из соломы точно.
Я обернулась к кофемашине и взяла его любимую чашку. Синюю, с белыми волнами по каемке.
Посмотрим, какой кофе ты любишь больше всего.
Мелкая пакость, как пересолить ему яду, подарило мне душевное спокойствие.
Я оставила все на столе и вышла в коридор. Стоит переодеться. А для этого нужно зайти в спальню.
И вот, через минуту, я уже иду туда на цыпочках, в надежде его не разбудить.
Открываю медленно шкаф, смотрю на свою одежду, выбираю черное платье. У меня все-таки сегодня не праздник.
Беру его и так же медленно выхожу, прикрыв дверь.
Я на него почти не смотрела.
Почти.
Костя лежал, раскинувшись в форме звезды на кровати, и храпел. Тихо, но храпел.
Что от него еще ждать? Человек без жесткого графика работы, в отличие от меня.
Интересно, у него уже есть кто-то? Вот прям интересно, как она выглядит, насколько она меня моложе и какие у нее «сисюшки».
Резко выбившись из самокопания, посмотрела на восходящее солнце.
Наташа, у тебя новый день. Он будет лучше, чем вчера. Точно лучше. Просто знай это.
Сейчас можно было прибегнуть к чтению гороскопа или к «печенью с предсказаниями», но я же взрослая тетка, у меня сегодня пациенты. Это важнее.
Захлопнув аккуратно дверь и закрыв на замок, спустилась вниз.
Про себя шептала благодарности судьбе за то, что он не проснулся. Не знаю, как бы смотрела ему в глаза или как бы вообще с ним говорила. За эту ночь я остыла, и это не из-за тонкого пледа.
Внутри была теперь не боль, а злость. На себя и на него.
Возможно, агрессия — вторая сторона обиды, но лучше испытывать ее, чем соскрёбывать потекшую тушь с лица.
На работе все было как обычно, Катька уже открыла стоматологию и не успев я переступить порог, как она налетела на меня.
— Наташ, я полночи не спала, — задышала она тяжело мне прямо в лицо.
Да, девушка, зубы ты точно сегодня чистила.
— Поверь. Я тоже, — я оглянулась на сотрудников: администратора и ортодонта.
Они резко обернулись в нашу сторону, распахнув глаза от удивления.
На работе обычно, я крайне серьезная женщина, а тут, подруга буквально чуть не сбила меня с ног и принялась трясти за плечи.
Я как неваляшка, стою сейчас, под натиском своего зама.
— Поговорим в кабинете? — намекнула я на то, чтобы она разжала уже свои цепкие пальцы.
Хирург, тот еще. Специалист золотой и подруга. С первого класса дружим. Ну как, в школе мы дрались, а вот в медицинском, стали совсем не разлей вода.
Она кивнула, побежала в кабинет. Да, побежала так, что пятки сверкали и халат белый развивался.
Я зашла в свой кабинет и сняла пальто. Повесила его на вешалку, пока подруга развалилась на моем кресле, вальяжно сложим руки на подлокотники.
— Я тебя сейчас пытать буду, тут есть чем, сама знаешь, — вполне серьезно заявила Катя, а я села на стул рядом с ней.
Выдохнула.
Говорить-то стыдно, странно, но от нее не утаишь.
Я собрала всю волю, которая была внутри меня и выпалила на одном выдохе:
— Он предложил мне свободные отношения.
— Чегоооо, блять? — моментально выругалась она и даже подскочила со стула.
Облокотилась руками на стол, нависла надо мной как скала и заглянула мне в глаза.
— А ну повтори, мне послышалось?
— Не поверишь, у меня реакция была такой же, — в горле пересохло от этих слов.
— Наташ, он с ума сошел? Какие еще?! Что за бред?! Ты ему волшебного пенделя отвесила? Хотя, какой пендель? Нахер его надо было послать!
— Кать, — я сложила руки в замок и опустила голову.
Честно? Еще не могу свыкнуться с мыслью. Может он правда еще не серьезно? Или это я еще наивно так полагаю?
Может... Шанс спасти семью еще есть? Я боюсь, не переживу такого... Расставания.
Подруга подошла и положила руки мне на плечи.
— В глаза мне смотри, — приказала она, сжимая пальцами мю кожу.
Я послушалась, а ее лицо стало совсем грустным.
Как и мое.
Вижу сейчас словно свое отражение.
Такие же опущенные уголки губ и потерянные глаза.
— Может, он в секту какую попал?
— Ага, в кобелиную, — ухмыльнулась я, осознавая в очередной раз, какой это все бред.
Какие могут быть свободные отношения спустя двадцать лет брака? Ну какие?
Будем реалистами, это прямая заявка разрушить все. Растоптать и забыть.
Только я не забуду, это половина моей жизни. Половина...
— Что делать будем? — Катя принялась ходить из стороны в сторону.
Теперь уже маячить передо мной как маятник.
Туда-сюда. Туда-сюда. Туда-сюда. И все это под клацание каблуков.
— Не знаю, пока я решилась только пересолить ему еду, — я пожала плечами и натянула лживую улыбку.
— Это малого, Наташ, мало, надо что-то грандиозное, максимально, — подруга сняла с вешалки мой халат и положила его рядом со мной, — переодевайся и натягивай улыбку, а я пока подумаю. Каков козел-то а, ну мудачина, прости Наташ, ну прям конченый. Так бы и...
Она осеклась и села на соседний стул.
— Ой, Кать, — выдохнула я, — правда, за работу пора. Сегодня протез на боковой резец и первый премоляр, пошли. Планерка еще.
  
— Все о работе своей, дурная, о работе да о работе, — грустно возмутилась она, но я похлопала по ее плечу.
— Пациенты не ждут, у них болит. А моя боль подождет и до вечера.