Боль (ЛП)

Я покраснела, представив секс с Хейденом, не в первый раз, потому что моему извращенному уму нравилось играть со мной. К счастью, я могла притвориться, что мой румянец был связан только с пенисом Матео и никак не с парнем, который заставил меня испытывать все эти смешанные эмоции.
— И как я могу догадаться, Джесс? Я не «измеритель пениса». В следующий раз, когда я увижу Матео, я любезно попрошу его снять нижнее белье и позволить мне измерить его для твоих записей.
  
Мы снова разразились безумным смехом, но его быстро прервал шум машин снаружи. Тормоза взвизгнули, двери открылись и захлопнулись.
Глаза Мел расширились. Она вскочила на ноги и бросилась к окну.
— Нет, он не может этого сделать! Он обещал, что не будет!
— Что случилось? — Спросила ее Джесс.
— Мой глупый брат привел сюда своих бездельников-друзей, и, судя по количеству машин и людей перед нашим домом, это не просто какая-то маленькая вечеринка. — Она проворчала. — Он сказал, что не будет этого делать! У наших родителей сейчас трудные времена, и они строго-настрого запретили ему вытворять такие штуки.
Я прикусила губу, сочувствуя нынешнему семейному положению Мелиссы. У ее родителей в последнее время не было хороших отношений, и, несмотря на попытки преодолеть разногласия, они все больше отдалялись друг от друга. Они даже упоминали о разводе, но ради Мелиссы я надеялась, что они этого не сделают. По словам Мел, они не могли ужиться, потому что не соглашались во взглядах на воспитание Стивена, помимо прочего. Он был более проблемным, чем когда-либо, но, несмотря на это, миссис Брукс защищала его и отказывалась быть с ним строже.
— Может, они не будут устраивать беспорядок, — сказала Джесс, чтобы успокоить ее.
— Ты шутишь? Эти наркоманы и алкоголики вечно что-то портят. — Она посмотрела в окно и громко застонала.
— Что? — Спросила я ее.
— Это просто здорово. Эти идиоты из вашей школы тоже здесь. — Мое сердце болезненно сжалось.
— Хейден? — Выпалила я, не в силах удержаться от вопроса.
— И этот придурок тоже.
Мое сердцебиение достигло дикого темпа. Хейден был здесь.
— Нет. Я не позволю Стивену сделать это, — пробормотала Мел и прямиком направилась к двери.
Я встала.
— Подожди! Куда ты идешь?
— Я заставлю их уйти.
Я уставилась на нее.
— Ты не можешь быть серьезной.
— Смотри на меня, — сказала она и выбежала, не заботясь о том, что она была только в своей черной пижаме с черепами.
Джесс нахмурилась.
— Что она собирается делать?
Я подошла к окну, чтобы посмотреть, кто эти люди, и выглянула в него, чтобы Хейден не заметил, как я смотрю, если он там внизу. Однако все уже были внутри.
Мы не могли позволить Мелиссе разбираться со всеми ними в одиночку. Она была пьяна и не заботилась о последствиях, что было признаком неприятностей.
— Она может устроить беспорядок, учитывая, насколько она пьяна. Мы не можем позволить ей пойти туда одной, — сказала я, уже протягивая руку к двери.
— Но мы же в пижамах! — Она указала на мою голубую пижаму с принтом белого кролика на груди.
Я скользнула взглядом по розовой пижаме Джесс с изображением рожка мороженого спереди. Я бы предпочла, чтобы мы не были одеты так, но времени переодеваться не было, поэтому взяла ее за руку с ободряющей улыбкой.
— Я знаю, но мы не можем больше терять времени.
Она улыбнулась в ответ и сжала мою руку.
— Ты права. Пойдем.
Мы вышли из комнаты Мелиссы и направились к лестнице. Я чувствовала беспокойство, несмотря на алкогольное опьянение, внимательно прислушиваясь к любым звукам с первого этажа. Я нервничала из-за встречи со всеми этими людьми, особенно учитывая то, как я была одета, но больше всего я нервничала из-за того, что снова увижу Хейдена. Я понятия не имела, как он отреагирует, когда увидит меня.
Мое сердце громко билось в ушах, когда мы спускались по лестнице, моя социофобия усиливалась. Она становилась сильнее, чем ближе я подходила ко всем этим незнакомцам, потому что я боялась, что начну краснеть и выставлю себя дурой. Или, что еще хуже, они сделают что-нибудь, чтобы унизить меня. Старое беспокойство о том, что Хейден что-то сделает со мной, вернулось, хотя он не обращал на меня никакого внимания последние два месяца.
Моя грудь ныла от горькой реальности. Было иронично, как я всегда хотела, чтобы Хейден оставил меня в покое и позволил мне жить в мире, но когда он наконец сделал это, я почувствовала себя обиженной и подавленной. Я не имела права так себя чувствовать. Я была той, кто вытолкнула из себя эти жестокие слова, эмоционально истощенной и слишком сбитой с толку, чтобы справиться с водоворотом, в котором я оказалась.
Хейден сказал, что я больше не существую для него, и он остался верен своим словам. Он даже не смотрел на меня, не говоря уже о том, чтобы заговорить со мной. На самом деле, я редко его видела, потому что он часто прогуливал школу. Когда он не прогуливал, он часто приходил с синяками на лице, что говорило мне о том, что в последнее время он стал гораздо больше драться. Он получил травму плеча, когда Джош ударил его ножом той ночью в моем доме, и он должен был дать ему как следует зажить, а не травмировать его еще больше в драках.
Я беспокоилась о нем. Я не хотела, чтобы он страдал, физически или морально. Я уже нанесла более чем достаточно вреда в больнице.
Когда меня выписали, я исследовала расстройство Хейдена. У Хейдена было пограничное расстройство личности, и после нескольких бессонных ночей, проведенных на бесчисленных сайтах, форумах по ПРЛ и каналах YouTube людей с ПРЛ, я наконец поняла, что совершила серьезную ошибку. Я не подбирала слова мудро и не принимала во внимание его чувства, когда отвергала его. Я вела себя так, будто он вообще не важен, заставляя его чувствовать себя еще менее защищенным и чрезвычайно уязвимым после того, как он открыл мне свое сердце. Я чувствовала себя виноватой за то, что лгала и резко отреагировала.
Я знала, что сделала правильный выбор, но мое сердце не хотело слушать логику. Оно не хотело принимать во внимание все эти ужасные воспоминания о Хейдене. Ему было все равно на мои страхи и шрамы. Оно просто хотело любить его и сделать его счастливым.
Хватит, Сара. Ты с Матео, и он этого не заслуживает.
Я затаила дыхание, когда мы поднялись на первый этаж, но в гостиной никого не было. Из комнаты отдыха Стивена гремела рок-музыка, поэтому мы направились туда.
В огромной комнате отдыха был небольшой бар, бильярдный стол, два красных кожаных секционных дивана, огромный телевизор с плоским экраном на винно-красной стене и стереосистема с динамиками в каждом углу. Стивен часто приводил туда своих друзей покурить травку, когда его родителей не было дома, к большому неудовольствию Мелиссы.
Дверь была широко открыта, и вызывающая дрожь мелодия Linkin Park «Easier to Run» смешалась с громкими голосами.
— Стивен, подними свою грязную задницу и вышвырни этих людей, — закричала Мел. Я взглянула на Джесс, узнав в ней то же беспокойство, что и я. — И нет, придурок! Ты не будешь играть в чертов бильярд. Убирайся из моего дома, — снова закричала Мел, более яростно, и мы с Джесс ворвались внутрь.
Комната была тускло освещена, залитая красным светом от встроенных линейных светильников в потолке, и мне пришлось напрячься, чтобы разглядеть что-либо сквозь клубы сигаретного дыма, клубившиеся вокруг отдыхающих людей. Мелисса стояла рядом с бильярдным столом, противостоя Мейсену Брауну.
Пот выступил на моей коже, когда парни, находящиеся ближе всего к нам, начали пялиться на Джессику и меня. Их глаза расширились, когда они увидели наши пижамы, и я почувствовала себя полностью голой. Я с трудом сглотнула и оглядела комнату, скользя взглядом по людям, пока, наконец, не нашла того, кого искала.
  
Мое сердце пропустило удар, поток желанных, горьких чувств закружился во мне, утопая в своей интенсивности. Хейден сидел на диване рядом с баром, а рыжеволосая девушка сидела на нем верхом. Его лицо, на котором виднелось несколько свежих синяков возле левого глаза, было уткнуто в ее шею, и он медленно поцеловал ее, но его обжигающие глаза были устремлены на меня через ее плечо. Я даже не могла дышать, когда его темные, неразборчивые глаза скользили по моему телу, и я ждала… Я ждала…