Боль (ЛП)

Мой телефон время от времени пищал, уведомляя меня о новом сообщении от Матео, который тусовался со своими друзьями.
— Матео сказал мне не напиваться слишком сильно. — Джессика и Мелисса переглянулись и захихикали, чокнувшись своими банками.
— Он такой милашка, беспокоится о тебе. Он не может дышать без тебя, — проворковала Мелисса, и я шлепнула ее по колену. — Что? Это правда! Вы виделись сегодня вечером, и он уже пишет тебе. Он очень скучает по тебе! Более того, он заботится о твоем употреблении алкоголя. Такая пылкая любовь! Такая страсть! — Она встала на колени и подняла руки в воздух, ее выражение лица было чрезмерно драматичным.
  
Я закатила глаза и рассмеялась.
Она уже была пьяна, как Джессика и я, и более ребячлива, чем обычно. Я посмотрела на них и почувствовала огромную волну благодарности. Мне нравилось проводить время с девочками и вести себя как обычный подросток. Это помогло мне забыть о проблемах в моей жизни. Это сделало меня сильнее и менее тревожной. Жизнь — это не только тьма и боль, и я наконец-то могла расслабиться и сосредоточиться на позитивных вещах, которые так долго ускользали от меня.
Почти три месяца назад рядом со мной никого не было, но теперь у меня были Матео, Джесс и Мелисса, и они были потрясающими. Мы узнавали друг друга все больше с каждым днем, и мне становилось все комфортнее рядом с ними.
Они помогли мне поверить в себя, с чем я боролась даже сейчас. К сожалению, мою самооценку и самоуважение нельзя было развить так легко или быстро. Я все еще не доверяла людям. У меня все еще было много шрамов, но я отказывалась относиться к ним негативно. Я хотела верить, что однажды я исцелюсь. Я хотела верить, что жизнь может предложить мне гораздо больше.
Кайден был бы очень рад видеть меня сейчас, и ему определенно понравились бы мои друзья. Он бы сказал что-то вроде: «Что я тебе говорил, тупица? Ты не такая уж чудачка, как ты думала, и ты можешь добиться гораздо большего, чем думаешь». Он всегда верил в меня, несмотря ни на что.
— Ну, это нормально, что он теперь такой романтичный. Вчера они отметили свой первый месяц, — сказала Джесс и осушила банку.
Один месяц. Я улыбнулась этой мысли. Я вспомнила милый браслет, который я оставила на своем столе, который он подарил мне вчера вечером. На нем были маленькие подвески в форме сердечек разных размеров, прикрепленные к цепочке, и он был милым, как и он сам. Матео Диас всегда был внимательным.
Я не могла поверить, что встречаюсь с ним. Даже когда он пригласил меня на наше первое свидание, у меня было предчувствие, что мы быстро закончим, но вот мы здесь, празднуем первый месяц. Для некоторых людей один месяц не был большим событием, но для меня, у которой никогда раньше не было парня, это было огромным, особенно из-за того, как все началось…
Несколько нитей старой темной паутины поймали меня, и моя улыбка погасла.
— Что не так? — Спросила Джессика, заметив перемену во мне.
Я потянула за волосы и затянула хвост, что я обычно делаю, когда нервничаю.
— Ничего. Теперь моя очередь крутить бутылочку, верно? — Сказала я и крутанула бутылочку.
Прошло почти два месяца с тех пор, как я оттолкнула Хейдена Блэка. Два месяца с тех пор, как я истекала кровью в той больничной палате, сказав ему, что мне на него наплевать. Два месяца с тех пор, как я узнала самым болезненным образом, что он любил меня…
Бутылка остановилась на Джессике.
— Правда или действие? — Спросила я ее.
— Правда, — без колебаний сказала она.
— Ты поцеловала бы Стивена?
Мелисса скривилась.
— Фу! Ты говоришь о моем брате!
Я пожала плечами.
— Что? Никто не говорил, что эта игра честная.
Джесс хихикнула.
— Нет. Без обид, Мел, но поцеловать твоего брата — это как поцеловать улитку. Мокро и отвратительно.
Мелисса поморщилась.
— Стой. Давай не будем говорить о моем брате, ладно? Я не хочу, чтобы мой ужин вырвался наружу. — Она сделала большой глоток пива.
— Если ты продолжишь так пить, тебя все равно вырвет, — поддразнила я.
Она рыгнула.
— Заметано, мам.
Джессика крутанула бутылку, но я больше не могла сосредоточиться на игре. Я допила пиво, и Мелисса протянула мне еще одну банку. Мое опьянение не могло помешать мне вернуться к тем болезненным воспоминаниям о Хейдене. Так было всегда, как только я начинала думать о нем, я не могла остановиться. Его поцелуи и прикосновения глубоко запечатлелись в моем сознании, часто проигрываясь, как заезженная пластинка.
Я причинила боль нам обоим, и, несмотря на все усилия сосредоточиться исключительно на Матео, были моменты, когда мои мысли предавали меня. Я думала, что время все вылечит, но через два месяца я уже не была так уверена. Мне нравился Матео, правда, но это была не любовь. Этого не могло быть, потому что я по глупости отдала свое сердце человеку, который был моим давним мучителем, человеку, который спас мне жизнь и полюбил меня…
Он определенно больше меня не любил. Я разрушила это, когда отвергла его.
— Правда или действие? — Голос Джесс вывел меня из моих мрачных мыслей, и я увидела, что бутылка остановилась на мне.
— Правда.
— Кто целуется лучше? Матео или Хейден?
Мое дыхание прервалось от ее неожиданного вопроса. Мелисса с рычанием посмотрела на нее.
— Правда? Из всех глупых вопросов ты должна была задать самый глупый.
Джессика выгнула брови.
— Почему нет? Я хочу знать.
— Ну, я не хочу. Мне плевать на этого ублюдка или на то, как он целуется. — Ее голос был полон яда, но это неудивительно. Мелисса невзлюбила Хейдена с самого начала, и еще больше после того, как узнала обо всех отвратительных вещах, которые он со мной сделал. Она никогда не могла понять, почему я его люблю.
Мел поддерживала мои отношения с Матео, и она была уверена, что я забуду Хейдена рано или поздно. Джесс, с другой стороны, понимала, что я чувствую, и всегда говорила мне следовать своему сердцу. Я была в противоречии. Я хотела сделать правильный выбор, но мой внутренний голос, который утверждал, что разлука с Хейденом была неправильной, становился громче.
Я не хотела причинять боль Матео. Он был тем парнем, которого хотела бы каждая девушка, и он относился ко мне как к ангелу. Он делал меня счастливой, и я хотела сделать его счастливым тоже, но была часть меня, которая знала, что это несправедливо с моей стороны быть с ним, когда у меня есть чувства к кому-то другому. Чувство вины время от времени мучило меня, но я подавляла его всякий раз, всегда надеясь, что мне удастся забыть Хейдена.
Я не могла быть с Хейденом, особенно сейчас, когда мы были дальше друг от друга, чем когда-либо. Я все еще не знала, как относиться к его насилию. Я разрывалась между прощением и обидой. Воспоминания обо всем, что он сделал для меня, о ночи в больнице, когда он рассказал мне о своих чувствах, и о его ссоре с Джошем смешались воедино, но даже если бы я простила его, Хейдена бы не было со мной. Роли поменялись, и теперь Хейден держался в стороне, игнорируя меня, когда наши пути пересекались.
Ответ на вопрос Джесс был ясен, но я не хотела говорить ничего, что могло бы разозлить Мелиссу.
— Хорошо, я изменю вопрос, — сказала Джесс. — Какого размера член у Матео?
Мы с Мелиссой уставились на нее, а затем рассмеялись. Джессика была как будто другим человеком, когда напивалась.
— Извини, но ответ на этот вопрос остается загадкой даже для меня.
— Так вы, ребята, определенно этого не делали? — спросила меня Мел, кажется, в сотый раз.
— Как я уже говорила вам много раз, нет, мы этого не делали.
  
— Но ты же, должно быть, иногда смотрела на его промежность, — настаивала Джессика. — Или даже чувствовала ее? Ты наверняка можешь догадаться.
Это мгновенно напомнило мне, как Хейден чувствовался на мне в моей комнате. Я потеряла себя в удовольствии, которое он мне тогда доставлял, в том мире, полном захватывающих ощущений и безумия, которое стирало все следы разума.