Меня зовут Гудвин (СИ)

— Так ты и убил, больше некому.
Осунувшаяся физиономия упыря приобрела на редкость озадаченное выражение.
— Всех троих? — уточнил он, словно не мог поверить собственным ушам.
— Ага! — кивнул я. — Ты как первого куснул, так и слетел с катушек. А поймал две пули и вовсе озверел. Я тебя от последнего оттащить пытался, но не сумел. Такие дела.
Дядя Вова забухал, но тут же совладал с приступом кашля и уточнил:
  
— А с протоколом что не так?
— Это легко! Одного покойника в такой ситуации любому упырю спустят, а три разом — это уже откровенно асоциальное поведение. За такое и сесть можно. Вот твои кореша из конторы и повесили на меня двух мертвецов.
— Бред же!
— Одному в место укуса гарпун воткнули. Второго топором искромсали так, что никакое вскрытие ничего не покажет. А меня обещали за сто первый километр выслать, если в отказ пойду. Но я-то не промах, отвертелся от дурки. Ибо нефиг!
— Клоун, ля! — выдал дядя Вова. — Тебя ж в цирк переведут!
— Не знаю, не знаю, — покачал я головой. — Медсестрички поверили, что ты сюда с похмельем загремел.
Фельдшер сел на кровати столь резко, что я невольно сделал ещё один шажочек по направлению к двери.
— Так ты это серьёзно?
— Предельно, — подтвердил я.
Дядя Вова хватанул себя ладонью по лицу и повалился обратно на подушку. После тяжко вздохнул и сказал:
— Про контору Жора сказал?
Я шофёра выгораживать не стал и подтвердил:
— Он. Мол, попёрли тебя оттуда после того, как пищевод кровью экстрасенса сжёг.
Упырь закатил глаза.
— Во-первых, не из конторы, а из пси-контроля. Во-вторых, не попёрли, а сам ушёл, когда оперчасть расформировали и только надзорные функции оставили.
Акцентировать внимание на том, что прозвучавшее заявление отнюдь не опровергало работы в органах госбезопасности, я не стал и усмехнулся.
— Я тебе, конечно, верю, но если с пищеводом порядок, то чего ж тебя так скрутило вчера?
— Говорю же: пищевое отравление у меня, сопряжённое с острой аллергической реакцией! Я ж сортовую кровь от доноров получаю, а тут уголовник, который невесть что пил и курил. И хорошо, если ещё не колол!
— Н-да… — протянул я. — Непросто вам…
— Иди ты! — ругнулся упырь и закрыл глаза. — Утомил.
— Выздоравливай! — сказал я, но только взялся за дверную ручку, как дядя Вова приподнялся на локте.
— Заглядывай! — попросил он и ухмыльнулся. — Дюже интересно, куда тебя теперь законопатят!
Оскал у него вышел без малого кровожадным, в прошлой жизни у меня непременно бы втянулась мошонка, ну а орки мало того, что отличаются повышенной толстокожестью, так ещё и мошонка большую часть бодрствования в сжатом состоянии пребывает. Постоянно начеку, ага.
— Загляну ещё, — пообещал я и ушёл.
Забрал сумку у интерна, наведался в раздевалку, где сдал дежурной халат и оставил в шкафчике больничную униформу, а сам уже в спортивных штанах и олимпийке поспешил в пси-блок на ежедневную капельницу.
Максим Игоревич при моём появлении даже очки на лоб приподнял.
— Ты! — поразился он.
— Я!
— На капельницу?
— Так точно! — подтвердил я, а когда эльф замялся, развёл руками. — Ну а что? Мне строго-настрого запретили капельницы пропускать. Грозились заведующему нажаловаться!
— И в самом деле… — озадаченно протянул Максим Игоревич. — А я думал, после вчерашнего долго тебя теперь не увижу.
— Ну а я, вот, припёрся.
Переводить на меня дефицитный препарат эльфу определённо не хотелось, но деваться было некуда — полез отпирать сейф. Всё прошло как обычно, и уже четверть часа спустя я рванул к центральной проходной, дабы погрузиться в трамвай и покатить в динамовский спорткомплекс, но пихаться локтями в общественном транспорте не возникло нужды: у главного корпуса повстречался Лев.
Лейтенант пытался расчёской привести в порядок растрепавшиеся чёрные волосы, а те никак не желали укладываться, словно были наэлектризованы.
«Нормально они там с Дашкой друг о друга потёрлись», — мысленно отметил я, а на предложение поморского эльфа подвезти сказал:
— Мне в «Динамо».
Тот округлил глаза.
— На кой?
— Ты к нам, я к вам.
— Спортом заняться решил?
— Подработку нашёл.
Мы дошли до зелёного «меркурия», и хоть салон того был несколько просторней малолитражки Арама, я забираться на переднее пассажирское сиденье не стал и устроился на заднем диванчике.
— Что за подработка? — полюбопытствовал Лев, поворачивая в замке зажигания ключ.
— Спасателем взяли.
— Даже так? — удивился эльф, но больше ни о чём расспрашивать не стал и включил радио.
Передавали прогноз погоды, погоды ожидались прекрасные.
Скучать на пляже точно не придётся.
Домчал Лев меня на место буквально за десять минут, и я воспользовался выгаданным временем, дабы расположиться в тренерской и сожрать обе пачки творога, в кои-то веки запив его не водой из-под крана, а минералкой.
Но проку с такого завтрака! В желудке перестало сосать, и только.
Есть в последнее время я хотел постоянно, ведь мало того, что сгонял сальце с боков на гребном тренажёре, так ещё и дополнительно развивал мускулатуру. Вот и худел, поскольку лишённому привычного мясного рациона организму отчаянно не хватало калорий, жиров и невесть чего ещё. Вроде бы и до того нормально было, но по мере избавления от лишнего веса жить становилось заметно легче.
Натянув шорты и нахлобучив на голову панаму, я прихватил с собой свисток и, покручивая его на шнурке, отправился отмечаться. Эд предупредил, что сегодня задержится и слово своё сдержал, но по утрам пляж обычно пустовал, так что я в обиде на напарника не был. Сплавал несколько раз до буйков и обратно, обсох и отправился на спортплощадку. Размялся и совершил несколько подходов к турнику и брусьям, перемежая их отжиманиями и качанием пресса, затем взялся постукивать висевший тут же боксёрский мешок. Сначала бил вдумчиво и не частил, стремясь акцентировать удар, затем начал наращивать темп, и точно бы набрал хорошую скорость, если б только не сдохла дыхалка.
— Неплохо-неплохо! — похвалил меня чёрно-зелёный громила, подошедший на площадку в компании лесостепного орка, телесной мощью ему особо не уступавшего. — Юрок, как он тебе?
— Удар надо ставить! — авторитетно объявил Юрок. — Бьёт, будто весу меньше центнера!
И орк легонько вроде бы ткнул кулачищем мешок, но показалось, будто его сейчас попросту сорвёт.
— Привет, Борис! — протянул я руку таёжному орку, в котором узнал тренера регбистов.
Мы обменялись рукопожатиями, и Борис спросил:
— Увлекаешься?
— Для общего развития.
— А то смотри, боксёрам и борцам отдельный корпус отдали. Мы там сейчас ремонт делаем — надумаешь, заходи.
— Погоди! Ты ж регбист!
Борис хохотнул:
— Так тоже для общего развития! — Он огляделся и уточнил: — Эд не появлялся ещё?
— Эд ближе к обеду будет, но это между нами.
— Понял, — кивнул здоровяк и окликнул спутника: — Юрок, он позже сегодня появится, сам с ним поговорю. Пошли!
Юрок бросил избивать беззащитный мешок, и громилы утопали прочь. Я постоял-постоял и двинулся к вышке спасателей. Сел там под навесом и вздохнул, сообразив, что с собой нет не только шахматного учебника, но и завалящей газеты.
Ну вот что стоило купить, а?
Но тут стало не до чтения: снова как по расписанию на пляж заявилась Ирена. Девчонка во всё том же чёрном спортивном купальнике подбежала, упёрлась ладонями в колени, шумно выдохнула и потребовала:
  
— Пошли купаться!
— Иди, — кивнул я на озеро. — Я уже.
— Не будь букой! — возмутилась Ирена. — Ты должен научить меня плавать!
— Прям должен? С чего бы это?
Девчонка запустила пальцы в короткие белые волосы и ещё больше встопорщила их, после чего объявила: