Меня зовут Гудвин (СИ)

Вот же влип! Как кур в ощип!
 Глава 12 
Двенадцать
Два бойца метнулись на кухню, послышалась возня, донёсся металлический щелчок наручников.
— Живой! — сказал кто-то из милиционеров, и сразу затрещала рация. — Скорую!
Одновременно с этим мои карманы сначала охлопали, а затем и вывернули наизнанку.
  
— Чист! — объявил проделавший это боец.
Мне велели подниматься, затем последовала команда:
— Руки!
Послушно вытянул их перед собой, и на запястьях тотчас защёлкнулись наручники.
«Забраслетили, ля!» — подумал я и присмотрелся к прошедшим в квартиру сотрудникам в штатском. Ни одного знакомого лица.
— Понятые, заходите!
В одном из чемоданов оказались шубы, на содержимое другого я даже не взглянул и, повысив голос, потребовал:
— Что вы себе позволяете? Вы на каком основании сюда вломились! Вы вообще кто? Представьтесь немедленно! Я буду жаловаться!
При понятых бить меня не стали, плотного сложения мужчина с тронутыми сединой волосами и бесстрастным лицом всякого повидавшего опера раскрыл красную книжицу удостоверения, сунул её мне под нос.
— Майор Усольцев! Уголовный розыск! — Сразу отвлёкся и уточнил: — Что со скорой?
— Едет.
— Уводите!
«Уводите» — это пока не меня, а пытавшегося уверить присутствующих в собственной невиновности Витю Бабаева. Гнома вытянули из квартиры, а пару минут спустя пришёл и мой черёд. В сопровождении двух автоматчиков я спустился этажом ниже, встал стиснутый ими с двух сторон у лифта. Послышалось гудение электродвигателя, и тут же приоткрылась дверь боковой квартиры.
— А что происходит-то? — спросила старушка гномьей расы. — Что за лиходеев повязали?
Один из бойцов повернулся и улыбнулся.
— Всё в порядке, мать.
Я тоже кинул взгляд в ту сторону и разом напрягся.
Хотя чего напрягаться-то? И без того злой дальше некуда!
Дверцы лифта открылись, но всем одновременно туда было никак не зайти, поэтому один из конвоиров шагнул вперёд и потянул меня за собой, ну а другой, наоборот, чуть поотстал. В прошлой жизни при таком раскладе играть в тянитолкай я бы не рискнул, тут же со звонким щелчком разлетелось пережжённое электрическим разрядом звено цепочки наручников, и — толчок!
Застигнутый врасплох боец влетел в кабину и со всего маху врезался в её заднюю стенку, второй вцепился в автомат, но я уже развернулся и ухватил его. Бросок!
Рывком в развороте я закинул милиционера в лифт, и столкновение напарников вышло столь жёстким, что мне удалось сунуть в кабину руку и наугад нажать сразу несколько кнопок. Дверцы начали закрывается, а уже миг спустя я очутился рядом с любопытной старушкой и заставил её попятиться обратно в квартиру. Закрылся, заблокировал автоматически сработавший замок и улыбнулся.
— Без паники! Оперативная необходимость!
Записную книжку у меня изъяли при задержании, но нужный номер я вызубрил наизусть, поэтому, сняв трубку с закреплённого на стене телефонного аппарата, без промедления принялся крутить диск.
Чёрт! Слишком много семёрок и восьмёрок!
— Сейчас меня будут бить, попрошу запомнить кто и куда это станет делать, — сказал обомлевшей от испуга старушке, и — гудки! Длинные, длинные, длинные…
Ну быстрее же! Берите трубку!
Кто-то отозвался на том конце провода, и я выпалил:
— Это Гудвин! Угро! Майор Усольцев!
И — тишина! Перерезали провод!
В следующий миг кнопка блокировки замка сместилась вниз, и начал проворачиваться его механизм, я выругался и повалился на пол, прикрыл голову.
Спасло меня это от тумаков? Ну… не совсем.
Не могу сказать, будто сидеть было так уж больно, скорее я лишь испытывал при этом лёгкий дискомфорт. Как ни крути, отбить почки существу моей комплекции не так-то и просто, а разойтись бойцам группы захвата не позволил руководивший операцией майор. Правда, моё отношение к нему из-за этого не улучшилось ни на грош.
Сидит за столом, протоколы изучает, индюк надутый!
Но прохаживавшегося за спиной капитана из поморских эльфов я не любил, прямо скажем, много-много сильнее. Более того — испытывал настоятельное желание повстречаться с ним во внерабочее время, желательно в тёмной подворотне.
— Квартирная кража, разбой с применением огнестрельного оружия, причинение тяжких телесных повреждений, сопротивление при задержании… — перечислил майор Усольцев. — Как же ты докатился до жизни такой, Гудвин? И что это вообще за имя такое — Гудвин? А фамилия у тебя какая? Или это и есть фамилия? Понимаю — орочьи традиции, но ты же в социуме живёшь. Опять же, где Гудвин, а где орочьи традиции?
— Вас и правда именно это сейчас волнует, гражданин пока ещё майор? — изобразил я удивление, поднял скованные наручниками руки и похлопал себя по плечу. — Осенний звездопад близко!
Капитан отвесил мне подзатыльник и потребовал:
— Не юродствуйте, задержанный!
Голова мотнулась, и всего так передёрнуло от бешенства, но мир не заволокло красной пеленой, да и при осознанном обращении к пси-энергии та ощущалась какой-то совсем уж рыхлой и жидкой. Увы и ах, вколотый нейтрализатор свёл экстрасенсорные способности практически на нет, да ещё и парочка таёжных орков у двери замерла. Рыпнусь — наваляют.
И я рыпаться не стал, ограничился словами:
— Давай, молодой! Зарабатывай себе на статью! Вот сниму побои, тогда вы у меня попляшите!
Эльф вновь замахнулся, но перехватил взгляд майора и бить не стал.
— Побои ты получил при оказании сопротивления!
— Это ты прокурору и судье доказывать станешь!
— Хватит, Гудвин! — потребовал майор Усольцев. — Кому звонил? Сообщникам?
— Поверь, гражданин майор, — тихонько рассмеялся я, — тебе не хочется этого знать.
Усольцев глянул укоризненно, открыл мою записную книжку и принялся её листать.
— Мы ведь всё равно узнаем, так зачем всё усложнять?
Я закатил глаза.
— Если вам сложно просто запросить АТС, то даже не знаю, что и сказать!
Хозяин кабинета продолжил переворачивать страницы, спросил, обращаясь к эльфу:
— Лейтенанта Иванова знаешь? Рабочий номер записан.
Капитан пожал плечами.
— Попадал в разработку уже, значит.
Я закрыл глаза, вздохнул и произнёс:
— Подождём.
Ну да — в уголовном розыске наверняка выяснили, с кем именно я пытался связаться, и потому просто тянули время в ожидании реакции сотрудников госбезопасности.
Успел я что-то сказать? А если успел, отреагируют ли на звонок?
Вот и сидим, катаем вату.
Задребезжал телефонный аппарат, майор снял трубку и по его мимолётной гримасе я понял, что меня услышали и на моё сообщение отреагировали.
— Что — не свезло, не прокатило? — рассмеялся я. — Начальство на ковёр вызывает?
Усольцев ничего не ответил, взял лежавший на столе перед ним скоросшиватель, встал и скомандовал:
— На выход!
Он покинул кабинет первым, следом конвоиры вывели меня, а замкнул нашу процессию капитан. Подниматься или спускаться с этажа не пришлось — мы просто перешли в другое крыло, где располагалась приёмная начальника управления.
— Проходите, вас ожидают, — сказал секретарь в чине лейтенанта и глянул на меня неодобрительно и даже зло.
Майор распахнул следующую дверь, я приметил за столом для совещаний помимо хозяина кабинета ещё и капитана Кузнецова, поэтому, переступая через порог, скособочился и начал подволакивать левую ногу.
— Здравия желаю, товарищ капитан! — поприветствовал сотрудника госбезопасности, и конвоиры тут же придержали меня, не позволив приблизиться к столу. Из всех нас к нему подошёл лишь майор, выложил перед полковником прихваченный с собой скоросшиватель.
  
Перед полковником — ага. Пусть сейчас тот и был в штатском, но я его запомнил по встрече у прокурора.
Капитан Кузнецов этой заминкой воспользовался и спросил:
— Гудвин, тебя что — били?