Меня зовут Гудвин (СИ)

«До трёх лет», — утвердился я в своём первоначальном выводе и решил, что в бане мне придётся на какое-то время задержаться, ибо Эля — Элей, но молодой здоровый орочий организм реагировал на голых эльфиек однозначно и недвусмысленно.
Или на них реагировало моё сознание?
Как бы то ни было, заворачивать фотокарточки я повременил и взялся пересматривать их, на сей раз уделяя внимание уже не женским прелестям, а лицам, интерьерам, освещению и композиции. Очень скоро пришёл к выводу, что наблюдаю продукт зарубежной порноиндустрии. Слишком профессионально всё оказалось сделано, да и эльфы с орками были какие-то не такие. То ли иная разновидность, то ли в них после пластических операций попросту не осталось уже ничего естественного.
  
И самое главное — качество. Снимки были ровные как открытки, они не загибались по краям как обычные фотокарточки. Их точно не напечатал в домашней мастерской какой-нибудь фотолюбитель, их привезли из-за границы, и это следовало иметь в виду.
Завернув снимки обратно в газетный лист, я зашёл в помывочное отделение, но задерживаться там не стал и сразу закрылся в тесной, тёмной и пока ещё не слишком жаркой парной. С непривычки хватило и этого — пот прошиб чуть ли не сразу, как только улёгся на полог.
Минут пять я просто бездумно пялился в потолок, затем вышел и облился холодной водой. Подумал-подумал и решил закругляться — вытерся, оделся и пошёл в дом, не забыв прихватить с собой и пакет.
— Садись обедать! — пригласила меня на кухню Людмила. — А я пока в бане дров подкину.
Потчевать она взялась меня ухой и пирогом с курицей, запивал всё это я чаем — так в итоге разморило, что едва за столом не уснул. Но до вечернего дежурства в дружине требовалось хотя бы немного покемарить, вот и поспешил откланяться, хотя в иной ситуации и предпочёл бы задержаться.
— Огород на следующей неделе вскопаю тогда? — уточнил, получив от Людмилы пятёрку и чуть ли не половину пирога. — В субботу я свободен.
— Договорись. Но ты лучше зайди ко мне в конце недели или позвони.
Я пообещал так и поступить.
— Калитку прикрой! — попросила на прощание Людмила. — И спасибо, Гудвин! Даже не знаю, что бы я без тебя делала!
— Обращайтесь!
Отсалютовав на прощание отправившейся в баню кадровичке, я захлопнул калитку и двинулся к воротам, а там наткнулся на распивавшего чаи сторожа, который вынес на улицу и растопил здоровенный пузатый самовар.
— Снова ты? — поразился старик. — Откуда?
— Так дрова же Терентьевой привёз, — пояснил я. — Машина ушла, я их колоть остался.
— А! Точно! Он говорил, что дров совсем не осталось. Даже баню вытопить не смог.
— Кто? — не понял я.
— Терентьев — кто? Заявился на прошлой неделе, да ушёл не солоно хлебавши.
Я без спросу присел рядом со сторожем и уточнил:
— Ничего не путаешь? Это точно Терентьев был?
— Ну а кто ещё⁈ — возмутился сторож и, ничего не спрашивая, налил мне чая в гранёный стакан с мельхиоровым железнодорожным подстаканником. — Раз говорю — он, значит — он.
Если б о длительной отлучке главы семейства мне сказала сама Людмила, я бы сейчас только плечами пожал, ну а тут не утерпел и заметил:
— Терентьев же в командировке!
Старик с довольным видом хохотнул.
— Всем бы такую командировку с ногами от ушей!
— В смысле?
— А чего тут непонятного? Эльфийку он в баню привёл молоденькую. Ну или не шибко молоденькую — они ж не как люди стареют, только это никакой роли не играет. Ясно, что не коллегу помыться пустил из-за того, что у неё дома горячую воду отключили!
— Точно нет, — согласился я.
Потянуло обратно в баню, но сделал над собой усилие и отпил чая.
Муж объелся груш, да?
В ворота проехала белая легковушка, и я с некоторым даже удивлением узнал в водителе Игоря из больничного гаража.
— У Игорька тоже здесь участок? — спросил, когда старик вернулся за стол.
— Есть, — подтвердил тот. — Но он его совсем забросил. Только по работе и появляется. Заместителя главврача третьей городской возит. Видел двухэтажную домину за каменным забором? Там ещё кипарисы на территорию растут. С размахом начальство живёт! Зимой и вовсе трактор пригоняют дорогу чистить. Номенклатура!
Я покивал, допил чай и распрощался со словоохотливым дедком, поспешил в динамовский спорткомплекс. Позвонил с проходной в госбезопасность и ушёл в тренерскую, поделился с Борисом пирогом, завёл будильник и завалился на продавленный диванчик. Спать!
Встал по звонку. Зажал лицо в ладонях, потряс головой, и тут в дверь заглянул привлечённый дребезжанием будильника Ян.
— Ты чего так поздно? — удивился поморский эльф.
— Решил перед дежурством в дружине выспаться, — пояснил я, не став говорить, что сегодня у меня выходной.
— Подбросить? — предложил Ян.
— Давай, — согласился я, чем помощника тренера откровенно удивил.
— Серьёзно? — хмыкнул он. — Тогда каску с антресолей возьми и погнали.
Доехали до горздрава буквально за пять минут, и на сей раз никаких неприятных ощущений я не испытал. Ни голова не закружилась, ни тошнота не подкатила.
— Спасибо! — отсалютовал напоследок эльфу и отправился в штаб дружины.
Спросил там дежурного:
— Как Ант?
— Уже выписали, — сказал гном и повёл пальцем по строчкам, забормотал: — Гудвин, Гудвин, Гудвин… — встрепенулся. — Ага! Тебе в общежитие режим контролировать!
— Не пойдёт! — отрезал я.
— Чего это? — удивился дежурный.
— Сам из общежития, мне с коллективом ссориться не с руки.
— Конформист, да?
Прозвучало обидно, и я подался вперёд, навис над столом.
— Я полагаю нужным направлять коллектив и вести его к трудовым свершениям, а не противопоставлять себя ему! И моя задача как члена рабочей дружины — это охрана правопорядка! За режимом пусть следят те, кому за это деньги платят!
— Другие, значит, пусть грязной работой занимаются?
— По общежитиям не пойду!
— Боишься?
— Если в женские — да, боюсь. А в мужских чего я не видел? Не интересно! — отмахнулся я и перешёл в наступление. — И вообще — где моя путёвка в санаторий?
— Какая ещё путёвка? — округлил гном в глаза. — За что?
— За вредность!
— Иди ты!
— Куда?
Дежурный засопел и пошелестел какими-то бумагами, затем повысил голос:
— Лариса Ивановна! Мария Афанасьевна! Возьмёте третьим?
В комнату заглянули две подтянутых тётеньки поморско-эльфийской расовой принадлежности — темноволосые, спортивные и симпатичные или самое малое со вкусом накрашенные. Они смерили меня пристальными взглядами и едва ли не синхронно кивнули:
— Пойдёт!
— А мы куда? — уточнил я. — Не по общежитиям хоть?
— Для начала по проспекту Авиаторов до площади Энергетиков дойдём, — подсказала эльфийка в модном брючном костюме.
— А после по Золотому тракту походим, — не шибко-то понятно добавила тётенька в платье до колен.
Туфли у обеих оказались на платформе, и я счёл нужным предупредить:
— Только я бегаю медленно. Вы, главное, меня не бросайте.
— Хулиганов боишься?
— Очень. И ещё заблудиться.
Только нет — как раз заблудиться я нисколько не опасался, поскольку мало того, что изрядно продвинулся в изучении карты, так ещё и бывал уже на площади Энергетиков, ведь именно там располагалась рекомендованная мне Тони парикмахерская.
Тони…
Вспомнил о стиляге и невольно нахмурился, но сразу заставил себя расслабиться.
Бегать за ним не стану. Сам объявился! Тогда и поговорим.
Проспект Авиаторов мне понравился. Широкий, оживлённый, освещённый не только уличными фонарями, но и витринами многочисленных магазинов, гостиниц, кафе и ресторанов.
  
— И чего нам тут делать? — удивился я. — Тут хулиганов днём с огнём не сыщешь!
Мария Афанасьевна достала из миниатюрной сумочки на длинном ремешке пачку импортных сигарет с золотистым фильтром, сунула одну в рот и закурила, после чего заявила: