Меня зовут Гудвин (СИ)

— Ты чего сегодня так рано?
— В смысле — рано? — удивился орк. — Смена в десять начинается!
— Угу, а ты до обеда и не появлялся никогда, наверное, — фыркнул я и развернул пестревшую масляными пятнами бумагу. — Будешь?
Эд покачал головой.
— Позавтракал уже. — Он встал и потянулся. — Боря просил с разгрузкой машины помочь — что-то для ремонта должны привезти. Прикрой меня, если что.
  
Я кивнул.
— Замётано.
Но только откусил пирожок, и напарник не выдержал.
— Гудвин, ля! Ты издеваешься? С милицией у тебя что⁈
Выставив перед собой указательный палец, я прожевал и проглотил, уже только после этого произнёс:
— С милицией полная неопределённость. Опросили, но не задержали и даже обвинения не предъявили.
— А почему неопределённость тогда? Хорошо же!
— Хорошо-хорошо, да не очень-то! — Я вздохнул и махнул рукой. — Да не, нормально всё, не бери в голову.
Но так просто отвязаться не получилось, и пришлось во всех подробностях рассказать о вчерашнем визите в горотдел. Мог бы, конечно, и парой фраз отделаться, да только Эд меня сильно выручил, вот и не стал тайн на пустом месте разводить.
— Может, папаша того эльфёныша и замнёт дело, — подытожил я свой рассказ, — но ему теперь точно не до меня будет.
Эд поднялся на ноги и скривился так, будто собирался сплюнуть.
— Поморские! — процедил он. — Поморские из всех эльфов самые противные!
— И чего в них пловчихи нашли, да? — подколол я напарника.
Тот пожал плечами.
— Бабы — дуры, с них какой спрос? — И тут же уколол в ответ: — А вот что ты в белобрысой лахудре нашёл — это для меня загадка. Она ж плоская как доска!
— Э-э! — возмутился я. — Ты тёплое с мягким не путай! Это не я в ней, это она во мне нашла!
— Вот тоже удивительно! — фыркнул Эд. — Ей-то ты на кой?
— Это она мне на кой. Я ей — куда!
Островной орк покачал головой.
— Одно слово: стиляга. Нашёл бы себе нормальную орчиху и не страдал ерундой!
— Ничего-то ты не понимаешь! — вздохнул я и достал очередной пирожок. — Орчиха у меня уже есть. Остаётся ещё двух эльфиек завести: светлую и тёмную. Для комплекту.
— Красиво жить не запретишь, — ухмыльнулся Эд, — но ты точно трёх баб потянешь? И не в постели, а финансово?
— Так у меня и работ тоже три! — расплылся я в широченной улыбке. — Одно к одному!
— Завидую твоему оптимизму, — покачал головой орк, — но как по мне, лучше ни одной, чем три сразу. Был у нас бабник — сразу с двумя на стороне шуры-муры крутил, и всё хорошо было, пока об одной из них жена не прознала и не нажаловалась в профком.
— И что? — заинтересовался я. — На товарищеском суде пропесочили?
— Собирались, — кивнул Эд, — но любовницы же тоже друг о друге узнали, а девочки у нас спортивные, руки у них тяжёлые. В общем, слово за слово и ушёл на больничный со сломанной ключицей.
— Сочиняешь, поди? Может, руки у девочек и тяжёлые, но и мальчики тут не для битья.
Напарник хохотнул.
— Для битья — не для битья, но грифом от штанги даже тролля ушатать можно! — Он кинул мне свисток. — Ладно, пойду. Вон, твоя уже чапает.
Я оглянулся и увидел целенаправленно шагавшую к нашей вышке Ирену. Удержаться от обречённого вздоха не удалось, и напарник похлопал меня по плечу.
— Если потянет знакомиться с родителями — иди в отказ!
Островной орк утопал, а эльфийка даже здороваться не стала, сразу позвала:
— Гудвин, пошли плавать!
Я в ответ показал надкушенный пирожок.
— Не видишь, я кушаю?
— Это у тебя с чем?
— С картошкой.
Ирена запустила руку в свёрток, но в самый последний момент засомневалась.
— Точно только с картошкой? Мне с мясом нельзя! И с яйцами тоже лучше не надо…
— Вот и не ешь!
— Просто тебе помочь хотела: ты час завтракать будешь, а у меня тренировка скоро начнётся! — заявила в ответ девчонка и подбоченилась. — И вообще: почему это ты на рабочем месте приём пищи устроил?
— Спроси лучше, почему это я в рабочее время на обучение тебя плаванию отвлекаюсь!
— Так нету же никого!
— Ну и вот.
— Ну ты чего такой скучный! Пошли купаться!
Я указал пирожком на озеро.
— Иди!
— Я боюсь одна! Я ещё плохо плаваю!
— Глубоко не заходи и плавай вдоль берега. Давай! Посмотрю, что с тобой не так.
— Но как доешь, зайдёшь ко мне?
Солнце припекало совсем не по-осеннему, так что я кивнул.
— Зайду!
— Ты обещал! — наставила на меня указательный палец Ирена и зашагала к воде.
Я поглядел ей вслед и порадовался тому, что у меня есть Эля. Та далеко не идеал, но в плане сброса напряжения…
Додумать мысль попросту не успел, поскольку именно в этот момент белобрысая дурында поплыла, но на поверхности воды не удержалась и пары мгновений, почти сразу ушла под неё с головой. Вынырнула, отплевалась и крикнула:
— У меня ногу свело!
— Хорошая попытка, но нет, — покачал я головой.
— Я серьёзно! Похоже, потянула!
— Не верю!
Но Ирена поковыляла к берегу.
— У нас же соревнования через неделю!
Я со вздохом оставил свёрток с пирожками, подошёл к самой кромке воды и предупредил:
— Если ты мне заливаешь, я тебя притоплю и ещё подумаю, стоит ли откачивать!
— Да перестань! — ответила эльфийка, чуть не плача. — Если я тренировку пропущу, меня Матильда убьёт!
Пришлось брать девчонку на руки и нести к вышке. Там я усадил её на лежак и посоветовал:
— Разотри. Может, не потянула, а судорогой свело.
Ирена попыталась что-то изобразить, тут же закусила губу и предложила:
— Лучше сам попробуй!
Я тяжко вздохнул.
— То есть ты хочешь, чтобы орк на всеобщем обозрении лапал тебя за ляжки?
— Да тут кроме нас нет никого!
— Ещё хуже! Ты предлагаешь орку лапать тебя на пустынном пляже!
Эльфийка смахнула с лица прядь светлых волос и глянула на меня с интересом:
— Что — боишься не сдержаться?
— Я другого боюсь. Того, что у тебя с головой не всё в порядке!
— Дурак! — фыркнула Ирена, откинулась на спину и с болезненным шипением приподняла левую ногу.
Пальцы на той выглядели странно скрюченными, и я закатил глаза.
— Чёрт с тобой! Только пообещай, что других орков об этом просить не будешь.
Эльфийка залилась краской.
— Ты за кого меня принимаешь? — вспылила она. — Чтоб я первого встречного…
— Я и есть первый встречный, дура! — рыкнул я, опускаясь на корточки. — Всё уже, не дёргайся!
Мышцы голени показались занемевшими, и меньше всего мне хотелось сделать ещё хуже, поэтому начал с лёгкой разминки стопы, потом стал постепенно подниматься. Сильно не давил, но и поглаживаниями не ограничивался, добрался до колена и спросил:
— Ну как?
Притихшая Ирена шмыгнула носом и признала:
— Лучше. Но вверх так до сих пор и отдаёт.
Я с тоской взглянул на свёрток с пирожками и занялся бедром.
— А теперь?
— Ещё чуть выше помни…
Но я и без того уже подобрался к нижнему краю купальника, поэтому приложил девчонку ладонью по заднице.
— Хватит с тебя!
— Эй! — возмутилась та. — А вторую ногу для симметрии? Мне же бегать сейчас!
На пляж к этому времени так никто ещё и не заявился, поэтому я выполнил просьбу Ирены. Та от избытка чувств чмокнула меня в щёку и умчалась на тренировку, я же отправился освежиться. Поплавал, размялся и позанимался на пляжной спортплощадке, чуток даже боксёрский мешок поколотил и попинал, а когда на пляж начали подходить отдыхающие, вернулся к вышке и довёл до конца завтрак.
Людей и нелюдей загорало и купалось пока что немного, а купить газету по пути на работу я не догадался, поэтому поначалу заскучал, но затем подошли волейболистки. Примерно полчаса возвращал им улетавший в озеро мяч, а дальше туман окончательно рассеялся, и в полную силу начало припекать солнце, пришлось надевать панаму и подниматься на вышку, наблюдать оттуда за пляжем, время от времени резкими трелями свистка призывая расшалившихся отдыхающих к порядку.