Кулачник 4 (СИ)

— Ты же понимаешь, что я тебе поддался. На ринге цифры будут другие.
Я не торопился тянуться за деньгами, как он хотел. Взглянул на пачку, потом на него.
— На ринге не будет отговорок, — ответил я. — И да, бабки вон туда на стол положи, негоже возвращать долг в руки.
Он положил деньги на столешницу и одёрнул руку так резко, словно обжёгся. Я забрал их, сунул в карман. Феномену было важно сохранить лицо, потому он резко подался вперёд, упираясь мне лбом в лоб.
  
— Парни, без контакта! — на автомате среагировал ассистент в жилетке, уже подавая рукой сигнал охране.
Честно? Уверен, что контакт ему как раз был нужен, но на камеры он не мог себе позволить это обозначить.
Но что мне понравилось особо — как только в радиусе трёх метров возникает человек с бейджем «охрана», градус бычки у многих вырастает мгновенно. Потому что уже знают — в нужный момент охрана разнимет. Так что кнопка «стоп» гарантирует смелость…
Феномен чуть подался вперед, упираясь в меня грудью, желваки на его скулах заходили. И он попытался меня толкнуть…
— Выйдем на улицу? Без камер, а по-мужски чисто⁈ — заверещал он, когда между нами втиснулась охрана.
— На улице, — ответил я. — Я с тобой не соревноваться буду, а бить. Разницу улавливаешь?
Феномен понял, судя по тому, как на секунду исчезла улыбка, а в зрачках мелькнуло что-то «некинематографическое». Там был простой человеческий расчёт. Всё-таки на улице нельзя «передохнуть раунд», а асфальт всегда выигрывает борьбу у затылка.
— Эй-эй, господа, стынем! — ассистент тоже оказался между нами. — Дистанцию держим. За улицу вам никто платить не будет!
Феномена оттянули на шаг, да он особо и не сопротивлялся. Давал картинку «меня удерживают». Вот такая… телевизионная драка. Агрессия включается только тогда, когда ясно, что её выключат.
— Не радуйся, — бросил он. — Твой один килограмм не спасёт тебя от реальных ударов в голову.
Охрана окончательно развела нас.
— Так на улицу-то пойдём? — усмехнулся я.
В этот момент внутри меня щёлкнуло знакомое: «шоу должно продолжаться». Для продакшна это была не фигура речи, это было правило. Зрителю нужен всплеск адреналина каждые три минуты, желательно с короткой моралью и понятным злодеем.
— Парни, парни, — ассистент не скрывал улыбки. — Давайте сохраним интригу. Комментарии дадите позже, а сейчас у нас следующий блок. Заселение, ключи… Работаем!
Феномен двинулся вдоль линии камер.
— Вечером во двор. Посмотрим, кто кого! — во всеуслышание заявил он.
— Вечером там, — ответил я.
Он что-то бросил своему менеджеру, и на этом успокоился. Продолжился продакшн, как называли теперь съёмку.
Я поймал взгляд Насти. Она смотрела выпучив глаза, явно испугавшись. Шамиль усмехнулся одними глазами — мол, оценил. Антони шепнул своё неизменное «о май гад» и показал мне большой палец.
Ассистент громко хлопнул в ладони, призывая всех замолчать. Толпа бойцов постепенно стихла, внимание снова переключилось к экрану силомера. На нём всё ещё горели цифры: 1021.
— Ну что ж, — начал ассистент. — Поздравляем! У нас есть победитель сегодняшнего испытания. Лучший результат показал… — он сделал паузу, камеры медленно навелись на меня. — Саша Файтер!
Бойцы начали перешёптываться, видимо не до конца определившись, как реагировать на мою победу.
— Люкс твой. Поздравляем!
Ключ от номера сверкнул в пальцах ассистента. Я взял его и убрал в карман.
Ассистент поднял ладонь, снова прося тишину.
— Но… — он сделал театральную паузу. — Всё не так просто. Люкс — это не просто комната. Это иммунитет. Каждый, кто живёт в люксе, три дня точно не вылетит из шоу. Но! Каждые три дня житель люкса будет меняться.
Глаза десятка бойцов одновременно метнулись в мою сторону. Пакет с бутылкой в руке Васи качнулся, Феномен стиснул зубы. Ощущение было такое, будто стая гиен вдруг поняла, что теперь я главный объект для охоты.
— А сейчас вылетает самый слабый. Тот, кто показал худший результат, — заключил ассистент.
Внимание мгновенно переключилось на парня, который едва пробил на 560.
— Как… как вылетаю? — изумился он.
— Вот так, — безжалостно ответил ассистент. — Слабейшие уходят первыми.
В глазах «проигравшего» читался настоящий шок. Он стоял, как будто не верил, что его уже списали. Можно понять, кстати… ехать в такую даль, чтобы ни копейки не заработать… ведь он не провёл ни одного боя, а значит съездил бесплатно.
Ассистенты уже подводили выбывшего к выходу. Камеры снимали его растерянное лицо крупным планом.
А все взгляды снова вернулись ко мне. Люкс превратился не в награду, а в мишень.
— Спасибо! — я достал ключ и повертел его возле объектива камеры.
— Я сюда приехал, чтобы подать пример своим ученикам, — сказал я. — Пацаны, я передаю вам привет!
Наконец, съёмка эпизода закончилась, ассистенты проводили меня по лестнице на второй этаж.
— Ваш номер. Люкс.
Мой сопровождающий заверил, что всегда на связи, если мне что-то понадобится.
Я вошёл и на секунду почувствовал себя не на шоу, а в дорогом отеле. Просторная комната метров сорок, огромная кровать с белоснежными простынями и подушками. Мягкий свет от торшеров…
У окна стоял стол с резными ножками, на нём расположилась ваза с фруктами. На стене висел огромный телевизор, рядом игровая приставка последней модели. А чуть поодаль блестел мини-бар. Ряды бутылок были аккуратно расставлены в стеклянном шкафчике. Даже ледогенератор был.
Да, жить можно. Но именно в этом и был подвох.
Я подошёл к бару, открыл дверцу. Для любого другого бойца это было бы искушением. Расслабиться, выпить после съёмок, устроить «мини-праздник». Но я знал, что это капкан. Я всё же хорошо помнил слова про то, что гораздо сложнее подняться на пробежку в четыре утра, когда спал на шёлковых простынях. Тут то же самое — гораздо тяжелее заставить себя работать, если рядом есть бар и приставка.
Я взял первую бутылку и без колебаний швырнул в мусорное ведро. Стекло лишь глухо звякнуло.
Через минуту ведро было забито дорогим алкоголем, который другие бойцы, наверное, берегли бы как золото.
Камера в углу комнаты мигала красным глазком, снимая каждый мой шаг. Пусть снимает.
Закончив с баром, я подошёл к телевизору. Приставка мигала огоньками, на столе лежали два джойстика. Я отсоединил провода и сложил в ящик стола.
Я оглядел комнату. Нет, это место было не «рай для отдыха», а ловушка для слабых. Тех, кто забудет, зачем приехал.
Я наконец сел на кровать и достал телефон. Камера в углу комнаты мигала. Значит, всё, что я делал, уже шло в запись. И я прекрасно понимал, что любой звонок при монтаже могут вытащить наружу. Но, пожалуй, это сейчас было мне на руку. Если уж меня снимают круглосуточно, то пусть снимают то, ради чего я в том числе сюда приехал.
Я позвонил по видео. Несколько гудков, и на экране появились знакомые лица. Марик и Виталя.
— Здорова, тренер! — Марик аж подпрыгнул на стуле, когда увидел меня. — Ну ты даёшь! Мы тут уже в «сливах» видели отрывки твоего рамса.
— Сань, ты как доехал? — спросил Виталя, видимо смекнув первый, что я позвонил сюда не Феномена обсуждать.
— Доехал нормально. Заселился.
Я перевёл камеру и показал им комнату. Огромная кровать, бар (уже пустой), приставка, фрукты на столе.
— Ни фига себе! — Марик присвистнул. — Вот это номер… прямо как в кино!
— Ага, — подтвердил Виталя. — Круто, Сань. Слушай, ну ты там покажи себя. Тут все ждут, все болеют.
Я кивнул.
— Обязательно покажу. Но вы мне главное расскажите, как сами?
— Да всё нормально! Ученики приходили… один даже показал дневник. Представляешь — исправил оценки! По-русскому трояк поднял до четвёрки. Сказал: «Тренер сказал, что настоящий боец не может быть тупым», прикинь?
  
Я усмехнулся, чувствуя, как по груди растекается приятное тепло.
— Сань, — сказал Виталя, — мы тут подумали… Ты там в люксе, в шоу, всё снимается. Запиши короткое видео. Мы пацанам покажем, они будут ещё больше гореть.